Горничная с секретом - Злата Романова

был мажордом Георгий, самый бесстрастный и невозмутимый человек из всех, кого я встречала, и каждый раз, когда я чувствую на себя взгляд Леры или слышу команды Макса, я мысленно повторяю себе: «Сегодня ты Георгий, Соня, тебя ничего не трогает». Как ни странно, мантра работает. Внутри я киплю, но внешне это не отражается.

— Так, когда точно уезжает Тархан? — слышу я обрывок разговора, когда подаю горячее.

— В эти выходные, — отвечает Макс. — Он распускает весь штат, кое-кого из охраны я взял к себе и не будь у меня горничной, я бы еще и Георгия переманил, но тогда Софии совсем нечем будет заняться.

— С этим ты опоздал, Георгию я уже предложил работу, — самодовольно заявляет Казбек. — И повару тоже, Наташа отлично готовит.

— А вот Соня не очень, тебе бы тоже найти себе повара, Максим, — морщится Лера и я быстро выхожу, потому что повода задержаться нет, а выслушивать критику я не хочу.

Я знаю, что отлично готовлю и все равно мне паршиво, ведь Лере не за что меня так ненавидеть. Когда я только узнала о ней, я надеялась, что обрету еще одного члена семьи. Жаль, что в итоге она меня восприняла, как врага.

Между подачами я загружаю посудомоечную машину и занимаюсь следующим блюдом. Заметив, что Лера отлучилась в ванную, я иду за ней и как только она открывает дверь, подталкиваю ее в спину, заходя следом и запирая нас внутри.

— Ты с ума сошла? — зло смотрит на меня сестра.

У меня нет большой надежды, что она поможет, но я просто не могу бездействовать. Я должна выйти из этой квартиры и узнать, что с моей мамой.

— Лера, помоги мне! — буквально умоляю ее, схватив за руку в порыве чувств. — Я должна выбраться отсюда, пожалуйста, Макс держит меня здесь насильно, а я должна…

— Даже не начинай, — холодно заявляет она, отдергивая руку и отходя от меня с брезгливым видом. — Скажи спасибо, что тебе позволили отработать твой косяк. Ты просто идиотка, раз решила обдурить Тархана, Соня! Он мог тебя просто убить и все. Еще и меня втянула, тупая сука! Знаешь, какой допрос он мне устроил, пытаясь узнать, не помогала ли я тебе?

— Ты не понимаешь, мою мать держат в заложниках, у меня не было выбора…

— Выбор есть всегда! — снова обрывает она меня. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего, от тебя одни проблемы. И на мать твою мне наплевать, поняла? Эта бесстыжая дешевка, соблазняющая чужих мужей, давно заслужила, чтобы ее проучили. А ты… — Лера ядовито улыбается. — Не представляешь, как я рада, что карма вас настигла, Соня! Вы всю жизнь сосали деньги из моего отца, и даже после его смерти получили то, что принадлежит мне и моей маме. Мы — его законная семья! А ты и твоя шлюшка-мать… Если справедливость существует, то вас просто пришьют за ненадобностью, как только ты надоешь Максиму!

— Как ты можешь такое говорить? — в ужасе смотрю на нее. — Мама не знала, что он женат, Лера! А как только узнала, то сразу же ушла от него, даже несмотря на беременность! А что касается денег… Хочешь, я перепишу на тебя все, что у нас есть? Клянусь, я так и сделаю! Только помоги мне, пожалуйста! Ее ведь и правда убьют, это же не шутки! Я отдам тебе все, что скажешь, до последней копейки! Только помоги мне выбраться отсюда, умоляю!

— Нет, — с явным удовольствием отказывает она. — Я не дура, в отличие от тебя, Соня. Помогу тебе — и подпишу себе приговор. С Максом шутки плохи, навредишь ему — и все, тебе конец. Он никого не прощает, поэтому я не собираюсь вмешиваться в его дела, даже если бы и хотела. А я не хочу. Зачем мне деньги, когда я могу насладиться твоим концом? А теперь выйди отсюда, потому что мне надоело слушать твое нытье. Или мне закричать, что ты тут планируешь побег?

— Какая же ты дрянь, Лера! — не могу удержать в себе ярость и открыв дверь, вылетаю в коридор, пока не выдрала ей все волосы.

Хочется взвыть от отчаяния, но я бегу вместо этого на второй этаж и валюсь на свой матрас, задыхаясь от слез и пытаясь не скатиться снова в бессмысленные рыдания.

«Держись, Соня, держись! Сегодня ты Георгий, у тебя вообще нет эмоций. Просто переживи, минута за минутой, а когда они уйдут…»

Мысль обрывается, потому что я понимаю, что когда они уйдут, я останусь наедине с Максом.

Глава 7

Ужин затягивается на пару часов, потому что они долго разговаривают, но, когда гости, наконец, уходят, Макс направляет все свое внимание на меня.

— Ты плакала, — констатирует он, как только мы остаемся вдвоем.

Я стою посреди холла, напоминая себе не быть с ним грубой и придерживаться намеченной тактики, но это трудно, когда он осматривает меня, как интересную зверушку в зоопарке.

— От разочарования, есть такое понятие, как злые слезы, Макс.

— И из-за чего ты так разозлилась? — закатывая рукава рубашки, спрашивает он.

У Максима красивые руки. Я и раньше так считала, поэтому ничего удивительного в том, что мой взгляд сосредоточен сейчас на его движениях. На том, как его длинные пальцы расстегивают запонки, убирая их в карман брюк, как потом медленно подворачивают рукава, обнажая широкие запястья, поросшие темными волосками. У него и на груди есть легкая поросль волос, это кажется мне таким сексуальным, что я просто плыла, стоило мне увидеть его без рубашки, когда я помогала ему после ранения. Даже сейчас залипаю на мужских предплечьях, забывая, что мне совсем не до этого. Сказывается то, что в последний год я убила в себе женщину и отказывалась иметь дело с мужским полом после того, как меня предал парень.

— София?

— Из-за того, что Лера такая стерва! — выпаливаю, смущенная тем, что меня поймали за разглядыванием. — Она искренне желает смерти моей маме. Врагу не пожелаешь такую родню!

— Даже так? — хмыкает он. — И о чем же вы еще успели поговорить, когда остались наедине?

— Не волнуйся, помогать мне сбежать от тебя она отказалась, — фыркаю я, складывая руки на груди.

— Я и не волновался, Лера далеко не дура, — подходя к креслу и вальготно устраиваясь на нем, говорит Макс.

Его ноги расставлены в стороны, а поза расслабленная. Он наблюдает за мной своими синими глазами, чему-то ухмыляясь, а потом взглядом указывает на пол у своих ног, слегка кивая. Я сразу понимаю, чего