Поверь мне - Тахира Мафи

Что-то, кажется, разжимается в моей груди.

"Я люблю тебя", — шепчет она. "Я так сильно тебя люблю. Я просто хочу сделать это правильно — для нас обоих. Я хочу, чтобы у тебя была красивая свадьба. Я думаю, это имеет для тебя больше значения, чем ты думаешь."

"Нет", — говорю я, качая головой. "Мне всё равно, любовь. Мне безразлично всё это. Я просто хочу тебя. Я хочу, чтобы ты была моей семьёй."

Она не спорит со мной. Вместо этого она сжимает мои пальцы, пока её эмоции закручиваются, множатся. Я закрываю глаза от их силы. Когда я наконец снова поднимаю взгляд, её глаза блестят от непролитых слёз.

Видение вгоняет кол в моё сердце.

"Нет", — шепчу я, проводя тыльной стороной пальцев по её челюсти, кожа там холодная и шёлковая. "Откладывай свадьбу сколько хочешь. Мы можем пожениться когда захочешь, мне всё равно."

"Аарон—"

Я двигаюсь медленно поначалу, целую её в щёку и задерживаюсь там, прижимая лицо к мягкости её кожи. Здесь никого, кроме нас. Никаких мыслей, кроме её и моих. Она в ответ касается моей груди, мягко вздыхая, пока ведёт рукой вверх по задней части моей шеи, в мои волосы.

Моё тело реагирует прежде, чем мой разум успевает догнать.

Я беру её лицо в ладони и целую её так, как хотел дни. Недели. Я подталкиваю её рот открытым и пробую её на вкус, проводя руками вниз по её телу, притягивая ближе.

Её желания поглощают меня по мере их эволюции, оставляя меня слегка опьянённым. Это всегда пьянящий коктейль — испытывать её так, чувствовать её эмоции в реальном времени. Чем сильнее я её целую, тем больше она хочет, тем отчаяннее становятся её потребности. Это опасно; это затрудняет ясно мыслить, помнить, где мы находимся.

Она издаёт звук, когда я целую её шею, тихий стон, за которым следует шёпот моего имени, и комбинация вызывает бунт в моём теле. Мои руки теперь под её свитером, скользят по атласу её кожи, по застёжке её бюстгальтера, а она тянется ко мне, к пуговице моих брюк, и я слышу, но предпочитаю игнорировать далёкий голос в голове, говорящий, что должно быть лучшее место для этого — где-то теплее, где-то мягче, где-то, что не является кладбищем—

Собака громко лает, и Элла отрывается от меня с испуганным криком.

"О Боже мой", — говорит она, прижимая руку к груди. "Я не — О Боже мой. Собака была здесь всё это время?"

Я пытаюсь отдышаться. Моё сердце колотится в груди. "Да", — говорю я, всё ещё глядя на неё.

Я тяну её обратно в свои объятия, овладевая её ртом с сосредоточенностью, которая делает момент сюрреалистичным даже для меня. Она удивлена всего секунду, прежде чем становится мягкой в моих руках, раскрывается, целует меня в ответ. Я так давно не прикасался к ней так — мы так давно не были вместе так—

Что-то регистрируется в задней части моего разума.

Я снова отрываюсь, снова пытаясь дышать, надеясь, что приглушённый предупредительный звонок в моей голове был ошибкой.

"Что не так?" — говорит Элла, её руки тянутся к моему лицу. Она всё ещё расслаблена от удовольствия, её мысли не разбавлены шумом, который всегда мучает меня. Она целует моё горло, мягко и медленно. Мои глаза закрываются.

"Ничего", — шепчу я, желая больше, чем когда-либо, чтобы у нас была спальня — или хотя бы нормальная кровать. "Ничего. Я просто подумал, что услышал—"

"О Боже мой. Вот где вы прятались?"

Я внезапно каменею, лёд прогоняет жар в моих жилах так быстро, что я почти содрогаюсь.

"Чёрт", — шепчет Элла.

"У вас совсем нет стыда, да? Вы просто собирались осквернить кладбище? Даже не можете сохранить одежду на себе в такой мороз?"

"Кенджи", — тихо говорит Элла. Слово — предупреждение.

"Что?" — Он скрещивает руки. — "Говорил и ещё раз скажу: отвратительно. Думаю, мне нужно промыть глаза отбеливателем."

Я помогаю Элле подняться на ноги, обнимая её за талию. "Что тебе нужно?" — говорю я Кенджи, полностью неспособный обуздать свой гнев.

"Ничего от тебя, приятель, спасибо. Я здесь, потому что мне нужна Джульетта."

"Зачем?" — одновременно спрашиваем Элла и я.

Кенджи выдыхает, отводя взгляд, прежде чем снова посмотреть на Эллу. Загадочно он говорит: "Мне просто нужно, чтобы ты пошла со мной, ясно?"

"О." Её глаза слегка расширяются. "Хорошо."

"Что случилось?" — спрашиваю я. — "Тебе нужна помощь?"

Элла качает головой. Я чувствую её опасения, но она наклеивает улыбку. "Нет, это пустяки — просто скучные дела на нерегулируемой территории. Нам даже удалось выследить одного из градостроителей в этой области, существовавших до Восстановления, и он заходит обсудить наши идеи."

"О", — говорю я.

Элла что-то скрывает.

Я чувствую это — чувствую, что она не совсем честна. Осознание вызывает тонущее чувство в животе, которое пугает меня.

"Ты же не будешь скучать, правда?" — Её улыбка напряжённая. — "Я знаю, у тебя всегда куча дел."

"Да." Я отвожу взгляд. "Всегда есть много чего сделать."

Пауза. "Так — увидимся сегодня вечером?"

"Сегодня вечером?" Я смотрю на Эллу, потом на солнце.

До наступления ночи ещё есть часы, а значит, она собирается отсутствовать всё это время. Мой разум переполнен сомнениями. Сначала наша свадьба, теперь это. Я не понимаю, почему Элла не честна со мной. Я хочу что-то сказать ей, задать ей прямой вопрос, но не здесь, не при Кенджи—

Эмоции Эллы внезапно меняются.

Я поднимаю взгляд и вижу, что она теперь смотрит на меня с беспокойством, с ощутимым страхом — за меня.

"Или я могу остаться здесь, — говорит она тише. — Мне не обязательно никуда идти."

"Э-э, нет, принцесса, тебе нужно—"

"Заткнись, Кенджи."

"Ты нужна нам там, — настаивает он, разводя руки. — Ты должна быть там — мы не можем просто ре—"

"Аарон", — говорит Элла, кладя руку мне на грудь. "Ты будешь в порядке?"

Я цепенею, затем отступаю.

Вопрос вызывает во мне реакцию, которой я не восхищаюсь. Я ощетиниваюсь от сочувствия в её голосе, от мысли, что она может считать меня неспособным прожить несколько часов в одиночестве.

Понимание настигает меня с силой кувалды:

Элла думает, что я сломлен.

"Я буду в порядке", — говорю я, не в силах встретиться с ней глазами. "У меня есть, как ты сказала, много дел."

"О", — осторожно говорит она. "Ладно."

Я всё ещё чувствую, как она