Сделка с собой - Лера Виннер

— Ты поняла, Джулия?

Ещё один шлепок, — унизительный, острый, смущающий. Не в пример сильнее, чем прошлый.

— Да! — я почти выкрикнула это.

Было уже всё равно, с чем именно я соглашаюсь, — лицо горело, сердце колотилось в горле, и я готова была сделать что угодно, лишь бы это не повторилось.

— Ну вот и хорошо.

Дин шлепнул меня ещё раз, — просто так, просто утверждая свою власть, — а потом отпустил меня и сделал несколько шагов назад.

В кабинете было тепло, но, стоило ему отстраниться, меня обдало холодом.

Я охнула и схватилась за стол, чтобы не упасть.

Перед глазами вспыхивали алые, жёлтые круги, в ушах звенело, а тело отказывалось подчиняться. Как будто ещё не поняло, что всё прекратилось и продолжение не последует.

Взгляд Коула жёг плечи и спину.

Он был очень доволен тем, что видел.

— Ты… — я сама не знала, что хочу сказать.

Красиво и самодовольно усмехнувшись мне в лицо, он направился к столику с напитками так спокойно, будто сам не сходил с ума от безумного возбуждения.

— У меня были планы на сегодня. Ты одета неуместно, а значит, они откладываются. Не смею больше задерживать, детектив Спирс.

Он фактически выставлял меня за порог. Прямо так. Сейчас, в таком состоянии.

Мои пальцы дрожали, и, стараясь хоть немного восстановить равновесие, я провела ими по волосам.

Это было бы уже слишком.

Он сам дышал чуть чаще, чем было прилично.

Дин плеснул виски в один стакан. Сделал небольшой глоток.

И только потом бросил на меня равнодушный взгляд, как будто только теперь обо мне вспомнил.

— Что-то ещё?

Пол качнулся под ногами, горло пережало, и я выскочила из кабинета, хлопнув дверью напоследок.

Глава 8

План

Несмотря на все свои достоинства и недостатки, Редж Гурвен оставался капитаном, на которого можно было положиться.

После случившегося в «Фениксе» тишина и пребывание наедине с собой казались мне немыслимыми, и прямиком оттуда я поехала в спортзал. Несколько часов работы над «грушей» помогли свести к минимум растерянность, глупую обиду и немыслимое напряжение, но домой я добралась только к двум часам ночи.

Прежде чем встать под душ, я отправила Редж сообщение, и в половине четвёртого он уже стоял в моей прихожей.

— Надеюсь, это действительно что-то срочное, детектив Спирс.

Это было обычное капитанские ворчание, обязательное для любого копа, достужившегося до начальничьего кресла.

Сама я никогда не хотела бы в такое сесть.

В то, что понадобится мне среди ночи исключительно по рабочим вопросам, Реджинальд, очевидно, до конца не верил, потому что, явившись, привёз с собой еду из рыбного ресторана и бутылку белого вина.

Есть мне не хотелось, но всё же это пришлось весьма кстати, — мне было чем занять руки, пока он изучал предложенные мной материалы. Сначала со скепсисом, но постепенно выражение его лица, — я отметила это, наблюдая за ним краем глаза, — начало меняться.

К тому моменту, как Гурвен погрузился в чтение целиком и полностью, ужин уже стоял на столе, но отвлекать его я не стала. Устроилась в кресле и постаралась думать о рыбе, о работе, об усталости, — о чем угодно, но только не о том, как тяжело, оказывается, бывает смирить плоть.

Чёртов Коул не прислал больше ни одного сообщения, не перезвонил, не…

Не сделал ничего, как будто имевший место в баре инцидент, а заодно и я сама, не стоило его высочайшего внимания.

Планы на сегодня…

Чёртов сукин сын!

— Где ты это взяла? — закончив с файлами, Реджинальд поднял на меня тяжёлый взгляд.

Через семь месяцев ему должно было исполниться пятьдесят. Он уже начал седеть, но это было даже красиво, — тонкие белые «перышки» в темно-русых волосах. Он был высок и широкоплеч, умел держать спину безупречно прямой, и даже небольшой живот, наросший за время кабинетной работы, его, по большому счету, не портил.

Доведись мне смотреть на него объективно и оценивать беспристрастно, я могла бы назвать его всё ещё привлекательным, волевым и целеустремлённым мужчиной. Хорошим копом.

К сожалению, ни о какой беспристрастности речь между нами уже давно не шла.

Редж помнил, что я хотела уйти от него.

Я не забыла и не простила способ, который он выбрал, чтобы меня удержать.

Сегодня я выдернула его прямиком из тёплой супружеской постели, и едва ли он будет в настроении проводить со мной время, но в целом я, была вынуждена признать: каждый раз с ним с тех пор становился возможен только потому, что у меня был план.

Нет, не мести, но своего освобождения из-под его влияния.

В конце концов, ну кто в здравом уме и твёрдой памяти осудит храброго детектива, тем более, женщину, отправившую за решётку могущественного мафиози, а после попросившая перевод не просто в другой участок, а в другой город?

Вопросы безопасности и здоровая осмотрительность. Не более того.

Сейчас Редж смотрел на меня напряженно, выжидающе.

Он хорошо понимал, какими опасностями и неприятностями было чревато то, что он только что прочитал.

Я тряхнула головой, отметая его сомнения и не давая ему задуматься обо всём этом слишком глубоко:

— Купила, украла, какая разница? Ты понимаешь, что это, Редж?

Вопрос был риторическим, но мне важно было обратиться к нему именно так — по имени, с правильной интонацией. Вызвать нехитрую ассоциацию с иллюзией нашей близости и склонить на свою сторону.

Без одобрения капитана я не могла взяться за такое дело. Согласие Гурвена было нужно мне позарез.

Он поморщился, покачал головой, а потом опустил крышку моего ноутбука, как будто открытые на нём файлы могли подсматривать за нами.

— Ты меня в могилу загонишь, Спирс.

Редж то ли разгадал мой ход и ответил достойно, то ли мой план всё-таки сработал, — эту фразу он нередко произносил с совсем иной интонацией, сытой и самодовольной, когда ещё мог кончить со мной.

Я улыбнулась ему уголками губ, подкрепляя это состояние.

— Скорее уж во внеочередное звание. Если дашь добро.

Быть может, я сменила интонацию слишком резко, хотя и не собиралась этого делать, но Редж нахмурился ещё сильнее.

Мне слишком не терпелось, а он с некоторых пор стал до неприличия осмотрителен.

— Если облажаешься, как с Коулом, сожрут с потрохами и тебя, и меня.

Это не было упрёком или попыткой выместить раздражение, — скорее уж честным предупреждением. После той истории «шишки» из Департамента выпили ему немало крови — из таких дел копы должны были выходить победителями, и никак иначе. Для одних Коул был костью в горле,