Тобой я стану - Вера Копейко

Третья четверть пролетала быстро, как зима, которая неотвратимо вкатывалась в весну, даже в этом северном Тырнывате. Неотвратимо приближалось событие, к которому готовилась школа. Представители Фонда приедут в каникулы, чтобы отыскать таланты под здешними снегами. В число находок должны войти Иван и Рита.

Насчет Ивана Рита не сомневалась. Никто не споет так, как он. А Иван не сомневался, что Ритина скорость и меткость сразят наповал высоких гостей.

— Ага, ты думаешь, вы в обнимочку полетите в Новосибирск? — хихикала Люба. — Может, сразу поженитесь? — Сахарные зубки казались особенно острыми на фоне нежных губ, по которым она то и дело проходилась розовым блеском.

— Тебя не спросили, — бросила Рита.

— Не спросили, конечно. Хорошо, что сама знаешь.

Рита поморщилась. После того, как Рита побывала дома у Ивана, Люба следила за каждым шагом. Она садилась рядом с ними в телевизионной комнате, в комнате для занятий. Она даже бегала на лыжах по той лыжне, что и Рита. Иван часто катался вместе с Ритой. Они быстро отрывались от Любы. Наконец, она поняла, что лыжная слежка требует чрезмерных усилий.

Укладываясь спать, Люба говорила Рите:

— Во сне он мне не нужен. Можешь видеть его всю ночь. — Она смотрела на свою соседку прищуренным взглядом и добавляла тихо: — В любом виде.

Рите хотелось двинуть ей в нос, но она помнила, что сказала ей Галина Даниловна. Конечно, сейчас не время разбираться с Любой.

— Спокойной ночи, Люба. Я тебе желаю увидеть во сне… Хочешь, спою песенку? Спокойной вам ночи, приятного сна, желаю вам видеть осла и козла. Осла до полночи, козла до утра, спокойной вам ночи, приятного сна… Ха-ха!

Люба привстала на локте. Тонкий широкий рукав из розового шелка сполз по самое плечо. «У нее красивая рука, — отметила Рита. — Она вообще красивая вся, но какая противная».

— Ага, ты думаешь, кроме этих животных, мне некого пригласить в свой сон? Ты просто большой ребенок, Маслова. И очень глупый. — Она расхохоталась. — Если бы можно было тебя впустить в мой сон, ты бы… Ты бы… Ах, нет. Тебе такое рано смотреть. — Она упала на подушки, натянула одеяло на голову. А оттуда сдавленным голосом проговорила: — Я ушла туда, куда тебе нет дороги…

Рита закрыла глаза, приказала себе спать. Комиссия Фонда уже приехала, завтра бежать дистанцию. Значит, все посторонние мысли надо прогнать. Она умела справляться с собой.

Утром, взглянув на нее, Люба сказала:

— А ты не волнуешься. Ты сильная. Ты пробежишь, как чемпионка. Если бы я захотела, тоже смогла бы.

— А ты не хочешь? — спросила Рита, одеваясь.

— Да зачем это девушке? — протянула она, подводя глаза тонким черным карандашом. — Можно подумать, на свете нет машин, снегоходов, вертолетов. Мой отец, между прочим, может управлять даже самолетом.

— Он тебя научит? — спросила Рита с легкой завистью. Она хорошо запомнила вопрос маленькой сестры Ивана: «А что ты умеешь?». Теперь она задавала себе такой вопрос очень часто. И радовалась, когда могла прибавить что-то новое. Ей хотелось уметь все, что умеют другие.

— Ме-ня! — Люба привалилась к стене, а рука замерла перед зеркалом. — Меня всегда отвезут куда надо. В лучшем виде. Поняла?

Рита поморщилась.

— Как скучно с тобой, Люба. — Она сказала так искренне, что Любу словно подбросило. Она села прямо и спросила:

— Да неужели? Тебе скучно, а другим — нисколечко. А скоро мне будет так весело, так весело… — Она захихикала. — Еще немножко, и моя матушка дожмет отца. Тогда мы уедем в другую страну.

— Страну? — Рита удивилась. — Зачем?

— Затем, что там в сто раз лучше. Отец сможет приезжать и жить с нами сколько хочет.

— А здесь он не может? — спросила Рита с внезапной жалостью к Любе.

— У него тут жена и дети. Другая жена и другие дети.

— А почему он не разведется, если он любит твою мать и тебя?

— Потому что его жена тоже в бизнесе. И ее отец. Мне мама сказала. — Люба объясняла так спокойно, словно говорила о контрольной по физике.

— Понятно, — пробормотала Рита.

— Ты не думай, моя мать не какая-то… такая… Ну, сама понимаешь. Она училась в институте, она знает венгерский язык.

— Правда?

— Конечно, правда, — усмехнулась Люба. — А ты думала? Знаю, что ты думала. Но все не так. Венгры из настоящей Венгрии давно приезжают сюда на охоту. Иван говорил тебе, что они живут у его отца?

— Что-то такое… — Рита неопределенно покрутила рукой, — говорил.

— Однажды, меня еще не было на свете, приехали венгры и выбрали несколько детей из детского дома, чтобы увезти их к себе и выучить. Моя мать попала в эту группу. А потом она приехала обратно, мой отец увидел ее и… Вот она я.

— А твоя мать… — осторожно начала Рита.