Настоящий джентльмен - Дэнис Аллен

– О том, что Присс и Нэн прочли в дневнике, я сам тебе расскажу, Сэм.

Он снова взял ее руку в свою. В другой ситуации это порадовало бы Сэм. Но сейчас в душу снова закрался страх. Джулиан не сводил с Саманты пристального льдисто-голубого взгляда. Его брови сошлись на переносице, губы вытянулись в жесткую линию.

– Как тебе известно, – начал он, – в посмертном письме твой отец сообщил Аманде, что твоя мать, имя которой нигде не упоминается, умерла, рожая тебя. Но из дневниковых записей Клоринды следует, – маркиз сделал паузу, – что она до сих пор жива. Во всяком случае, была жива год назад, когда Клоринда сделала последнюю дневниковую запись перед своей безвременной кончиной.

У Сэм почва ушла из-под ног и перехватило дыхание. Сердце, казалось, остановилось. Сначала мир стал невероятно ярким, затем погрузился во тьму. Очнувшись, Саманта обнаружила, что лежит на диване, а над ней склонился Джулиан с выражением глубокой озабоченности на лице. Она вспомнила, что произошло, и снова закрыла глаза.

– О небо! – услышала она словно издалека голос Присей.

– Может быть, дать ей еще нюхательной соли? – предложила Нэн.

– Нет… – Сэм с трудом разомкнула веки и попыталась сесть. – Я вам не кисейная барышня. Пожалуйста, дайте воды.

– Лучше бренди, – сказал Джулиан и, сев рядом с девушкой, обнял ее за плечи.

Так приятно было находиться рядом с Джулианом, но мысли безжалостно вернули ее к реальности.

«Твоя мать до сих пор жива. Твоя мать до сих пор жива».

В это трудно было поверить. Если мать жива, то где она и почему бросила ее, как и отец?

Нэн протянула Джулиану стакан с бренди, и он помог девушке сесть. Но когда поднес стакан к ее рту, она покачала головой:

– Я сама.

Сэм выпила стакан залпом и закашлялась, когда жидкость обожгла горло. Но через минуту по телу разлилось приятное тепло и голова прояснилась. Она повернулась к Джулиану и заглянула ему в глаза.

– Кто моя мать и где она? – спросила Сэм затаив дыхание.

– Не знаю, милая, – помолчав, ответил он.

Саманта была явно разочарована.

– В дневнике ничего не сказано о моей матери, кроме того что она жива?

– Нет, есть еще кое-что, – сообщила Нэн, стоя над Сэм со склянкой нюхательной соли в руке.

– Есть, – поддакнула Присс, откинувшись на диване. – Но ничего существенного. Боюсь, подобного рода информация может кого угодно озадачить.

– Озадачить… – Сэм повернулась к Джулиану. – Надеюсь, моя мать не была убийцей, воровкой или…

– Нет, Сэм, – заверил ее Джулиан и, криво усмехнувшись, добавил: – Держи себя в руках, девочка. Похоже, ты должна занимать в обществе еще более высокое положение, чем то, которое занимал твой отец. Твоя мать, как пишет в своем дневнике Клоринда, принадлежит к высшему сословию знати.

– Титулованная особа… – только и могла произнести Сэм.

– Если это правда… – начал Джулиан, кивнув.

– Клоринда всегда говорила правду, – заявила Нэн.

– Я склонен вам верить, – заметил Джулиан, – однако совершенно очевидно, что Саймон Дарлингтон подобной добродетелью не отличался и, возможно, сказал это, чтобы отвести от себя подозрение.

– Очень может быть, – вздохнула Нэн.

– Не исключено так же, что твоя мать, Сэм, действительно из высшего общества, но забеременела тобой, не будучи замужем.

– Почему вы так думаете? – спросила Сэм, снова обретя дар речи.

Бросив на Присс и Нэн вопросительный взгляд, словно ища поддержки, Джулиан продолжил:

– Тебе предстоит еще многое узнать об этом мире, Сэм. Дело в том, что в аристократических кругах женщина остается верна мужу по крайней мере до тех пор, пока не родит ему наследника, после чего вправе завести любовника.

Сэм округлила глаза и вспомнила о сестре.

– Но Аманда не…

– Конечно, Аманда не станет заводить любовника, а Джек – любовницу, – заверил ее Джулиан. – Брак Джека и Аманды основан на взаимной любви. Но как я тебе уже говорил, в большинстве случаев это не так. – Маркиз замолчал, дав Саманте возможность переварить информацию.

– Значит, второй ребенок может быть и не от мужа? – спросила Сэм.

– Да, если чистота линии сохранена в наследнике, мужей, как правило, не волнует, является ли второй… третий или четвертый ребенок продолжателем его собственного рода.

– Все это как-то противоестественно, – пробормотала Сэм, открыв для себя еще один аспект лицемерия так называемого «респектабельного» общества.

– От этого никуда не денешься. Таково положение вещей, – пояснил Джулиан.

– Значит, ты полагаешь, что моя мать была не замужем, иначе не бросила бы меня, несмотря на то что я не дочь ее мужа, – заключила девушка.

– Ты всегда легко схватывала суть вещей, – заметил Джулиан, устало улыбнувшись.

У Сэм голова пошла кругом. Она испытывала то удивление, то радость, то огорчение, но главное – обиду. Кто бы и где бы ни была ее настоящая мать, факт оставался фактом: ее бросили оба родителя – отец и мать. Едва сдерживая слезы, девушка пожала плечами:

– Но теперь уже не имеет значения, была она замужем или нет?

– Во всяком случае, у нас появился хоть какой-то ключ к разгадке. Попытаемся узнать, основаны ли дневниковые записи миссис Дарлингтон на реальном факте. Попробуем выяснить, кто твоя мать.

– Зачем? Разве нельзя оставить все как есть?

– Это невозможно, Сэм.

– Невозможно?

– Мы должны выяснить, кто она.

– Не понимаю. Зачем? – рассмеялась Сэм.

– Чтобы по неведению случайно не выдать тебя замуж за… твоего брата!

– Понятно, – протянула Саманта, осознав наконец, насколько запутанной оказалась ситуация.

– Да, – продолжил Джулиан, – можно жениться на кузине, но родные братья и сестры не могут вступать в брак. Близкородственные браки имеют определенные ограничения… даже в Англии.

– Но я могу избежать этого… – Сэм замолчала и наморщила нос, – близкородственного брака, если выйду замуж за американца.

– Ничего подобного ты не сделаешь, Саманта! – воскликнул Джулиан, изумив Саманту неожиданной пылкостью тона. – Я выясню, кто твоя мать, чего бы мне это ни стоило!

– Каким образом, Джулиан? – удивилась Нэн.

– Вряд ли найдется женщина, готовая сознаться, что бросила своего ребенка, – взволнованно возразила Присс.

– У меня есть план, – признался Джулиан.

– Ты, видимо, не собираешься поделиться им с нами? – грустно заметила Сэм.

– Ты права, – согласился он. – В этом деле главное – осторожность. – Сэм открыла было рот, чтобы возразить, но Джулиан жестом остановил ее. – И не вздумай спорить со мной, сорванец. Бальный сезон только начался. И я не хочу, чтобы ты забивала себе голову тем, что узнала сегодня.