Любовь по соседству - Дебби Кавано

– Все дети такие. Ничего, она привыкнет за пару дней, и все будет хорошо.

– Вы думаете? – В его глазах промелькнула надежда. – Я так редко с ней общаюсь, что не хочу упускать ни секунды.

Деннис весь светился от счастья. Боже, если бы ее бывший муж, Боб, проявлял хоть немного того тепла, что она видела в Деннисе, возможно, она не стала бы подавать на развод.

Он зарекомендовал себя только с лучшей стороны, и она была абсолютно уверена, что если бы дочь захотела, то он был бы школьным учителем где-нибудь в северных штатах, поближе к семье. Это напомнило ей еще об одном деле.

– Кстати, Деннис, в мой почтовый ящик на ваше имя пришло письмо, я просунула его в щель под вашей дверью. – Она не сказала ему, что ненароком прочла обратный адрес – школа в Миссури. – Если хотите добрый совет, наберитесь терпения.

– Да-да, я все это знаю. – Он глубоко вздохнул.

Когда они вошли в «апартаменты» Денниса, их встретили презрительные слова Мэнди:

– Ну и дыра, ни у кого сейчас нет таких допотопных ковров. Их что, у старьевщика покупали?

Деннис поставил свою нелегкую ношу и поднял с пола письмо.

– Считай, что это урок истории. Такой декор был писком моды как раз незадолго до твоего рождения.

– Я рада, что с тех пор вкусы изменились. – Она провела рукой по велюровой спинке дивана. – Ну и где же моя спальня?

– Ты на нее смотришь.

– Ты шутишь? – В ее глазах Деннис прочел неподдельный ужас. – Я не могу здесь спать. Мама говорила, что ты жмот, но чтобы до такой степени… она мне не поверит.

Натали поразило упрямство и своеволие девочки. Она поставила чемодан на стол.

– Я вас покидаю, располагайтесь, – проговорила она, направляясь к двери, – если надумаете, мы заказали на ужин пиццу, можете присоединяться.

– Здорово. – Лицо Мэнди моментально просияло. – Хоть кормят здесь нормально. – Затем она посмотрела на отца, и ее лицо тут же изменилось, выражая скуку и раздражение. – Ну хоть душ-то у тебя есть?

– Нет.

– Нет?! – вскричала она. – Поверить в это не могу… а-а, ты опять шутишь, я и забыла, что ты у нас большой шутник. – Оглядев комнату, она увидела дверь в ванную и, подхватив один из чемоданов, направилась туда.

Когда дверь за Мэнди закрылась, Натали увидела, как плечи Денниса поникли.

– Так же случилось на Рождество. – Он взъерошил волосы. – Она ведет себя, как маленькая папина дочка, а в следующее мгновение превращается во взрослую женщину и дает понять, что я ей больше не нужен. Моя кредитка – да, а я – нет.

– Вас всего лишь испытывают на прочность. Поверьте, я прошла через это. Кристал не отходила от отца ни на шаг, и, когда мы развелись, она долгое время обвиняла в этом меня. Говорила, что я всегда срывалась на ее отце и поэтому он ушел.

Деннис кивнул и тяжело вздохнул.

– Хоть в этом Мэнди меня не может обвинить. Я был скучным занудой.

– Ваш брак был таким неудачным?

– Да, за исключением, конечно же, рождения ребенка. Мэнди компенсировала многие сложности в наших отношениях, пока наконец семейные проблемы не выросли выше Эйфелевой башни.

– В ваших словах звучит горечь.

– Больше, чем мне хотелось бы. – Он пожал плечами.

Натали было непонятно, как такого парня, как Деннис, можно назвать скучным занудой.

– Единственное, что я вам могу ответить, я буду ждать вас на свой скромный ужин, и не принимайте все так близко к сердцу.

Из-за двери раздался собачий лай.

– Похоже, она обнаружила Сорванца. – Лицо его просияло, затем он продолжил: – Я с удовольствием приму ваше приглашение, если моя дочь сочтет этот ужин лишь проявлением добрососедских отношений.

– Ну конечно, а как еще это может выглядеть в ее глазах? – Она попятилась к двери, ощутив легкий укол ревности.

– Мы зайдем позже. – Он проводил ее до двери. – Если, конечно, у меня останутся силы на такую длинную дистанцию.

– Ха-ха, у меня-то гостиница, – радостно прокричала Джессика всем собравшимся за игровым полем «Монополии».

– Так нечестно, у меня всего какой-то ресторан, а у нее целая гостиница, да еще пятизвездочная, – обиделся Кайл.

– Не думай, что я тебе сочувствую, – сказала Натали, – из-за тебя я сижу в долговой яме.

Деннис быстро передвинул свою фишку на клетку, где расположилась электрическая компания. Ему нравилась семейная обстановка в доме Реддингов. Может быть, и Мэнди заметит, как это здорово и просто быть частью семьи, и не станет исключать его из своей жизни. Он все равно ее отец. Даже пытался убедить судью, чтобы тот оставил их в Техасе.

– Мистер Фишер, не старайтесь делать вид, что ничего мне не должны, – сказала Кристал, протягивая руку за причитающейся ей долей.

По правилам игры он должен был жаловаться и оттягивать платеж до последнего.

– Ну ты и жадина. Если так дальше пойдет, я вам последнюю рубашку оставлю.

– Это еще ничего, – сказала Кристал, пересчитывая разрисованные бумажки, заменяющие им деньги, – вот когда я скуплю нефтяные вышки, всех вас по миру пущу.

– Вряд ли, Кристал, – сказала Мэнди, помахав у девочки перед носом пачкой рисованных денег, – у меня контрольный пакет акций над золотыми приисками и алмазными копями, так что у тебя денег не хватит на нефтеразработки.

– Ну, это мы еще посмотрим, – сказала Кристал, кинув кости на стол.

Деннис сразу заметил, что между Мэнди и старшей дочерью Натали установились дружеские отношения, несмотря на то что Мэнди была почти на год старше. Может быть, это поможет ему решить проблему с дочерью, которая упрямо не желала с ним разговаривать. Идея совместного вечера принадлежала Натали, и сейчас он готов был расцеловать ее за это.

Она сидела напротив него в черной безрукавке, которая открывала руки и шею, и в кои-то веки выглядела умиротворенной. Он не мог не восхищаться тем, как она управляется со своими детьми. Мать, домохозяйка, водитель, снабженец да еще и лучший друг. За последние несколько недель он успел убедиться, как тяжело ей справляться с работой и успевать по дому. Не было никаких сомнений, что она вполне может обойтись без мужчины в доме. И эта мысль слегка задевала его мужское самолюбие.

Вдруг она поднялась и, обогнув стол, подошла к нему.

– Пиццу привезли, не поможете?

– Конечно. – Он поднялся и прошел с ней шага три, затем внезапно обернулся к игровому столу.

– Даже и не думайте трогать наши деньги, – прорычал он.

Четыре руки, потянувшиеся было к бумажкам Натали и Денниса, отдернулись.