Леди полуночи - Тесса Дэр

– Я думала, вы ушли, – сказала она укоризненно, глядя на отвороты его кителя.

– Я передумал. – Когда Кейт наконец отважилась поднять на него глаза, то увидела, что он, прищурившись, пристально разглядывает ее. – Вы знакомы с какими-нибудь маркизами?

Она покачала головой.

– Единственный человек с высоким положением, известный мне, – это лорд Райклиф, но он граф.

– Я пойду с вами.

– Мне кажется, в этом нет необходимости. Тут гостиная, а не бандитский притон.

– Все равно я пойду.

Не успев начать с ним спор на эту тему, Кейт поняла, что ее уже подталкивают в сторону гостиной. Торн следовал за ней по пятам. Несколько постояльцев выстроились в коридоре и, вытаращив глаза, с любопытством разглядывали ее, когда она проходила мимо.

Когда они подошли к дверям гостиной, миссис Николс пропустила ее вперед.

– Милорд и дамы, а вот и мисс Тейлор наконец.

На этих словах хозяйка захлопнула дверь у нее за спиной, и Кейт услышала, как она принялась освобождать коридор от постояльцев.

Сначала ей показалось, что в гостиной сидят не меньше дюжины визитеров, но, внимательно приглядевшись, Кейт насчитала всего четверых. Богатство и элегантность заполняли гостиную, а она стояла перед ними в рваном и перепачканном платье, с торчавшими из волос шпильками.

Одетый во все черное джентльмен поднялся и отдал ей поклон. Кейт едва успела сделать приличный реверанс в ответ, как громкий общий вздох чуть не потушил свечи.

– Это она. Должна быть она.

Кейт нервно сглотнула.

– Э… кем я должна быть?

Из кресла поднялась очаровательная молодая женщина, – на вид моложе Кейт на несколько лет. На ней было платье из белоснежного, без единого пятнышка муслина и бледно-зеленая шаль с вышитыми узорами. Когда она вышла в центр комнаты, лицо ее выражало искреннее изумление: так разглядывают привидение или какой-нибудь редкий вид орхидеи.

– Это, должно быть, вы. – Девушка подняла руку и кончиками пальцев коснулась родимого пятна на виске Кейт.

Кейт инстинктивно отшатнулась. Из-за этой отметины ее сегодня уже называли и ведьмой, и плодом греха.

И вдруг она оказалась в теплых, добрых объятиях.

Зажатый между ними двоими, заворчал Баджер.

– Ох, дорогой мой, – спохватилась Кейт и с извиняющейся улыбкой освободилась от объятий. – Я совсем про тебя забыла.

Девушка весело рассмеялась.

– Эта прелесть возмущается совершенно законно. И где только мои манеры? Давайте начнем заново. Сначала познакомимся. – Она подала руку. – Я Ларк Грамерси. Как поживаете?

Кейт ответила на пожатие.

– Прекрасно, я думаю.

Ларк повернулась и указала на своих спутников.

– Здесь еще присутствует моя сестра Харриет.

– Хэтти, – представилась женщина, о которой шла речь, поднялась из кресла и решительно протянула руку. – Меня все так зовут.

Кейт постаралась не таращиться на нее. Харриет, или Хэтти, потрясающе красивая женщина – таких Кейт в жизни не видела, – и даже без румян и других украшений лицо ее казалось совершенным: с нежной, словно мерцающей кожей, большими глазами и ярко-красным ртом. Маленькая родинка на скуле добавляла что-то чувственное к выражению ее глаз, обрамленных мохнатыми черными ресницами. Черные как смоль волосы были разделены на пробор и собраны в тяжелый пучок на затылке, который только подчеркивал ее высокую стройную шею. Но, несмотря на классическую женскую красоту, одета она была в наряд, который больше подошел бы мужчине: в сорочку с небольшим кружевным жабо под горло, жилет – из тех, что носят мужчины, – и – самое шокирующее! – юбку-брюки из серого сукна, короче на несколько дюймов, чем допускали приличия.

Боже всемилостивый! Кейт видела ее лодыжки.

– Мой брат Беннет сейчас путешествует в горах Гиндукуша, а другая наша сестра Каллиста замужем и живет на севере. Но с нами приехала тетя Мармозет[2]. – Ларк потрепала по плечу сидевшую в кресле пожилую женщину.

Кейт захлопала глазами.

– Наверное, я ослышалась. Мне показалось, вы сказали «тетя…».

– …«Мармозет». Все верно. – Ларк улыбнулась. – Вообще-то ее зовут Милисент, но когда я была ребенком, произносить такое мне удавалось с трудом. Невольно получалось «Мармозет». Так это имя к ней и прилипло.

– А я с каждым годом все больше привыкала к нему, – добродушно добавила тетушка Мармозет.

– Ну конечно, дорогуша, – сухо откликнулась Хэтти. – Я вот только на днях подумала, что, если бы мне пришлось снимать тебя с еще одного дерева…

– О, прекрати. Я просто имела в виду, что была маленького роста, живой и заразительно веселой. – Миниатюрная старушка протянула Кейт руку, и ее рукопожатие оказалось неожиданно крепким, а рука теплой. – Это поразительно – увидеть тебя, дитя.

Пока Кейт соображала, что могли бы означать эти слова старушки, Ларк представила ее последнему из визитеров.

– А это наш брат Эван, лорд Дру.

Кейт обернулась к джентльмену, стоявшему у окна, и решила, что это и есть маркиз.

Лорд Дру приветствовал ее низким официальным поклоном, на который она ответила самым грациозным реверансом. Это был мужчина, как говорят, в расцвете сил: красивый, уверенный, опытный – и, несмотря на то что явно нес ответственность за сотни, если не тысячи, арендаторов, производил впечатление этакого денди, занятого только собой.

Кейт неожиданно обнаружила, что испытывает трепет в его присутствии, и теперь поняла возбуждение миссис Николс.

– Наше родовое гнездо находится в Дербишире, но есть еще собственность возле Кенмарша, – пояснила Ларк. – Место называется Амбервейл, там мы обычно живем летом.

– Для меня большая честь познакомиться с вами. – Кейт опустилась в кресло, чтобы маркиз тоже мог сесть. – И вы приехали в Спиндл-Коув ради…

– …ради вас, мисс Тейлор. – Ларк уселась рядом. – Правда-правда.

– О! Так вы интересуетесь уроками музыки? Я могу ставить вокал, преподаю игру на фортепиано и клавесине.

Все Грамерси рассмеялись.

У нее за спиной Торн прочистил горло.

– У мисс Тейлор сегодня был трудный день, а ваше дело наверняка терпит до завтра.

Лорд Дру кивнул.

– Ваша заботливость делает вам честь, мистер…

– Торн.

– Капрал Торн, – встряла Кейт. – Капрал командует местным ополчением.

Ей показалось, что к представлению нужно добавить что-то особенное. Например: «Они с графом Райклифом большие друзья», или: «Он с честью служил на полуострове под командованием Веллингтона». Но поскольку в данный момент она не испытывала к нему особого расположения, подняла на руках Баджера.