Чудеса возможны - Скарлет Уилсон

– Мне пирожное с ревенем и заварным кремом, «шоколадную смерть», слойку с клубникой и ванилью и пирожок с орехами. – Слова сами вырвались у Лары, и она услышала, как позади приглушенно рассмеялся Рубен.

Он сделал свой заказ:

– Я буду порцию яблочного пирога, – и, снова склонившись к уху Лары, добавил: – Мужского размера.

Ее щеки залил румянец. Это же нелепо. Рубен всего лишь поддразнивает ее – вон как озорно поблескивают его глаза.

Лара полезла в сумочку за кошельком, однако ее спутник запротестовал.

– Но ведь вы только что заплатили за продукты. Позвольте и мне за что-нибудь заплатить.

– Обсудим это позже.

Она вздохнула, направилась к столику и села на стул, обитый бархатом.

Рубен принес поднос с чашками и тарелками и сел напротив.

Лара указала на его кусок пирога, еле виднеющийся из-под покрывающих его взбитых сливок.

– Не желаете к своим взбитым сливкам немного яблочного пирога?

Рубен воткнул вилку в свою порцию.

– Смейтесь, смейтесь. По крайней мере, у меня всего один пирог, а у вас – целых четыре пирожных.

Лара взяла ореховый пирожок.

– Но это же нелепо – называть эту штуку пирожком. Смотрите, он не больше моего ногтя. Всего на один укус.

Странно, но она чувствовала себя сейчас так хорошо, так легко. А ведь после вчерашнего утра ей казалось, что следующий месяц будет сплошным несчастьем. Да о том, что произошло с ней за последние сутки, можно написать целую книгу!

Выяснилось, что не так уж это сложно и неудобно – общаться с Рубеном Тайлером, как ей сперва подумалось. К тому же он еще и очень привлекательный. А этот его акцент!

Разглядывая собеседника, она обратила внимание на то, что некоторые женщины оборачиваются, чтобы посмотреть на него, а потом на нее.

«Может, он и не футболист, – подумала Лара, – но вокруг него наверняка вертятся жены и подружки футболистов, куда мне до них!»

Закончив уничтожать пирог, Рубен поинтересовался:

– Так чем вы собирались заниматься следующие две недели?

Лара пожала плечами:

– Побыть с Джошем, подготовиться к нашему отпуску. – Она сморщилась. – Полагаю, этого уже точно не случится.

Карие глаза собеседника внимательно смотрели на нее.

– А вы бы хотели, чтобы это случилось?

– Что? Конечно нет! Уж точно не после вчерашней сцены. – Лара поежилась. – Не скоро она изгладится из моей памяти.

– Звучит так, словно вы сожалеете о том, что произошло.

Она сделала глоток, подбирая слова.

– О Джоше? Часть меня сожалеет, а другая – нет. – Взяв ложечку, Лара начала размешивать кофе, чтобы отвести глаза от испытующего взгляда Рубена. – Думаю, я так долго ждала этого отпуска, что даже не обращала внимания на остальное.

– На что именно?

Продолжая помешивать кофе, она призналась:

– На то, что Джош не собирался платить за отпуск, а еще он не платил за квартиру и даже не искал работу после того, как мы вернулись из Австралии. Его устраивало, что я оплачивала все счета. Теперь-то я понимаю, какой была идиоткой. Все время пропадала на работе, пока он дома занимался бог знает чем.

Рубен потянулся через стол и накрыл руку Лары своей ладонью.

– Не осуждайте себя. Вы – великолепная девушка, которая просто связалась с неудачником. Урок усвоен, надо жить дальше.

Во рту внезапно пересохло, а пирожное встало поперек горла. И все из-за легкого сочувственного прикосновения руки Рубена. Лара не ожидала, что после вчерашнего неудачного дня кто-нибудь заговорит с ней по душам, поможет снова почувствовать ценность своей личности.

Сердце наполнило теплое чувство, которое Лара всегда ощущала в присутствии своей бабушки: с ней были особо доверительные отношения. Родители тоже хорошо относились к Ларе, но именно бабушка поощряла занятия внучки английским языком и литературой и очень гордилась, когда та поступила в университет. Но месяц спустя бабушка умерла, а отец и мать, хотя и очень любили Лару, не поддерживали в ней тягу к учебе.

Чувствуя, что после смерти бабушки ей необходимо немного побыть одной, вдали от семьи, Лара отложила обучение и начала переходить с одной плохой работы на другую, от одного неудачного романа к следующему и наконец оказалась в Австралии.

Слезы навернулись на глаза. Слава богу, Рубен их не заметил. Он еще раз пожал Ларе руку и продолжил пить кофе. Вряд ли он почувствовал тот же трепет в своей руке, который ощутила Лара от их соприкосновения. Он слизнул языком с губы крошку пирога, и Лара сглотнула, заставив себя отвести глаза.

– Калеб очень помог мне, – сказал Рубен. Казалось, он тщательно подбирает слова.

– В чем?

Он сжал губы.

– Оставаться уравновешенным, здравомыслящим, целеустремленным. Может, Аддисон и недолюбливает меня, но когда я прихожу к ним в дом и вижу Калеба с его сыном… – Рубен замолчал и пожал плечами. – В такие моменты я понимаю, какой должна быть семья. Я не сомневаюсь, что Калеб не задумываясь отдаст жизнь за жену или сына. Они для него – все.

От того, как он произнес эти слова, у Лары по спине побежали мурашки. Она тоже не сомневалась, что ее отец и мать поступят ради нее так же. Но Рубен ни слова не сказал о своей семье.

– Разве не все семьи одинаковы? – осторожно спросила Лара.

Он несколько мгновений смотрел ей в глаза, а потом покачал головой:

– Это одно из качеств, которые мне в вас нравятся, – ваш идеализм. – Рубен сделал большой глоток кофе. – Так чем вы собираетесь заниматься на этой неделе?

Было ясно, что он хочет сменить тему. Лара понимала, что не имеет права совать нос в его дела: она едва знает этого человека. Поэтому она доела очередное пирожное и сказала первое, что пришло в голову:

– Решила осмотреть столичные достопримечательности. С тех пор как я переехала в Лондон, у меня никак не находилось для этого времени.

Этот ответ, казалось, позабавил собеседника.

– И что вы собираетесь осматривать?

– Букингемский дворец, – ляпнула Лара, не желая выглядеть идиоткой перед Рубеном. Она не будет вести себя как брошенная женщина, тоскливо слоняясь по дому. Пора начинать новую жизнь.

Какая-то блондинка с длинными волосами, уложенными в шикарную прическу, в дорогих туфлях на шпильке и в длинном кремовом пальто подбежала к их столику и смерила взглядом Лару и ее спутника:

– Рубен Тайлер?

Идеальные пухлые розовые губы, запах дорогих духов и сумочка, стоящая бешеных денег. Лара сжалась на стуле.

Рубен замер на долю секунды, а затем, похоже, включил свое обаяние.