На этот раз – да! - Лесия Корнуолл

– Как я только что намеревался вам сообщить, некогда я служил лакеем у герцогини Коллидж. Эта добрая леди обожала танцы и прочие увеселения, частенько давала балы. И все слуги дома в свободное время, когда леди не случалось дома, практиковались в искусстве танца – с согласия хозяйки, разумеется. Мы выучили все самые модные танцы…

Мсье Лавалль снова привстал на цыпочки и скрестил на груди руки:

– В самом деле? А вы знаете «Кошачьи следочки»? А «Шалунью мисс Мэри»? Как насчет «Кадрили леди Девоншир»?

Мистер Грейвз усмехнулся – если, разумеется, легкое подергивание щеки может сойти за усмешку. В остальном его лицо оставалось неподвижным, словно маска.

– Разумеется, все эти танцы я знаю, но все они очень стары. В светских кругах «Кошачьих следочков» не танцуют вот уже лет тридцать. Ее светлость предпочитала современные танцы.

– Какие же, к примеру? – спросил мсье, буравя дворецкого пылающим взором своих черных глазок.

– «Новый шаг», иначе именуемый «Причудой принца Эдуарда», или «Брайтонский вальс» – это новейшие танцы, и именно их изучают сейчас все поголовно юные английские леди – чтобы протанцевать их безупречно во время будущего придворного бального сезона, – отчеканил дворецкий.

Меган поклясться могла, что нос мсье Лавалля задергался точно так же, как и его тонкие губы. Щелкнув каблуками, он протянул к дворецкому руки:

– Ну-ка, покажите мне!

– Показать… вам? – отшатнулся Грейвз.

– Про-де-мон-стри-руй-те! – с нажимом повторил француз.

– Мне… танцевать… с вами? – Грейвз с презрением оглядел французика с головы до пят.

Мсье проигнорировал презрительный взор:

– И побыстрее, будьте любезны. Хочу понять, что это за «Брайтонский вальс» или… этот ваш «Новый шаг».

Вздохнув, мистер Грейвз извлек из кармана белоснежные хлопчатобумажные перчатки и надел их одну за другой:

– Хорошо. Но поведу я…

– Еще увидим! – отпарировал мсье.

Горничная графини, нанятая за непревзойденное искусство сооружать прически и умение играть на фортепьяно, села к инструменту.

– Я готова, – произнесла она.

Мистер Грейвз коротко и с достоинством кивнул и слегка приобнял мсье Лавалля.

Когда комнату наполнили звуки вальса, Меган увидела впечатляющую картину: строгий английский дворецкий вовсю кружил по натертому полу французского учителя танцев – и это в зале, видавшем на своем веку куда больше разухабистых шотландских плясок, нежели вальсов! Рука мистера Грейвза в белоснежной перчатке покоилась на талии партнера, голова была высоко поднята, колени выпрямлены… и он элегантно кружил мсье в танце. Голова французика, исполнявшего сейчас роль юной дебютантки, склонилась слегка набок, а на губах играла безмятежная улыбка – он вел себя сейчас, как и подобает смущенной деве на первом балу…

– Знаешь, это ужасно забавно, – шепнула Сорча на ухо Меган. – Если бы я могла вот так танцевать каждый день, то, ей-богу, с легким сердцем отправилась бы в Англию!

Это и вправду смотрелось забавно – Меган силилась вообразить себе вальсирующего Ичэнна, обутого в тяжелые башмаки, с пледом, наброшенным на плечи…

– Уверена, в Англии вовсе не каждый день танцуют вальсы!

И вдруг Сорча ахнула. В дверях возникла фигура мисс Каррадерз. Желтые глаза Драконши едва не вылезли из орбит, а рука взметнулась к глухому вороту платья, внушительная грудь вздымалась и опадала при виде ужасного зрелища, открывшегося ее взору.

– Что все это значит?! – взревела она, врываясь в комнату, подобно урагану.

Музыка тотчас стихла, танец оборвался. Грейвз отпрянул от партнера и вытянулся как струна. Выражение его лица не выдавало никаких эмоций.

– Я… демонстрировал юным леди новый танец, – пробормотал мсье. – Всегда предпочтительнее иметь партнера-мужчину.

Мисс Каррадерз сощурилась:

– Предпочтительнее… для кого?

Мсье Лавалль залился краской до самых кончиков своих заостренных эльфийских ушей:

– Для юных леди, разумеется. Ведь в Лондоне они не станут танцевать с… другими юными леди. – Мисс Каррадерз, казалось, стушевалась, и воодушевленный мсье продолжал: – Cher Madame, если в округе есть другие мужчины, годящиеся в партнеры по танцам – а мисс Меган заверила меня, что таковые отсутствуют, – то можете их пригласить! В противном случае я стану учить барышень так, как сочту уместным! – Француз захлопал в ладоши: – Леди Меган, встаньте в пару со мной. Леди Алана, позвольте мистеру Грейвзу руководить вами!

– Постойте! – взревела мисс Каррадерз. – Сперва попробую я! – Подступив к дворецкому, она присела в глубоком реверансе: – Вот так следует приседать, юные леди, когда вас приглашает кавалер! – Выпрямившись, она позволила дворецкому приобнять ее за объемистую талию. – И не позволяйте джентльмену чересчур тесно прижимать вас к себе, если вас вдруг пригласят на вальс. Помните, вы вольны позволить это или запретить! Но если вы это дозволяете, то не забывайте: лунный свет, музыка и прекрасное лицо незнакомца могут таить опасность!

– Благодарю вас, мисс Каррадерз. Клянусь соблюдать всяческие приличия! – сухо ответствовал Грейвз, стоя на почтительном расстоянии от дамы и слегка придерживая ее руку.

Драконша вспыхнула до корней волос. Да что там, она сделалась совершенно пурпурной!

– О-о-о… я вовсе не это имела в виду. То есть… я подумала…

На лице Грейвза отобразилось нечто, показавшееся Меган «английским вариантом улыбки». Интересно, неужели все англичане улыбаются столь холодно и надменно? Или только дворецкие? И зачем вообще улыбаться, если делать это столь неискренне?

Грейвз покружил в танце мисс Каррадерз, и она изумленно ахнула, когда он выпустил ее из деликатных объятий. Затем дворецкий поклонился Сорче:

– Вы позволите пригласить вас на тур вальса, мисс Сорча? Разумеется, с любезного позволения мисс Каррадерз…

Меган фыркнула и споткнулась, отдавив ногу мсье. Поморщившись, он укоризненно взглянул на девушку.

– Здесь и со мной такое простительно, леди Меган. Ведь мне заплатят за каждый сломанный палец… Но вообразите, что случилось бы, будь на моем месте какой-нибудь граф или герцог? Non, mademoiselle! Вы не имеете права наступать им на ноги! Будьте внимательнее, прошу!

– Но я вовсе не намерена… – начала было Меган, однако тут в комнату вихрем ворвалась матушка.

В глазах ее стояли слезы, она через всю комнату кинулась к Меган, не обращая внимания на танцующих. Когда она схватила дочь за руки, мсье почтительно отступил.

…Отчего у матушки такие ледяные пальцы? Девушку обуял ужас.

– Боже Всемилостивый, что стряслось, мама?

В голове у нее роились предположения одно ужаснее другого. Алек убит… Кэролайн ранена… Корабль Ичэнна потерпел кораблекрушение, возлюбленный бесследно исчез где-нибудь у побережья неведомых островов…