Иван-Царевич для Снегурочки - Юлия Набокова

– Ура! – Малышня пустилась в хоровод, а мамы с умилением нацелили на них смартфоны.

Дождавшись, пока первые восторги поутихнут, сыщик предъявил женщинам портрет.

– В нашем доме такой нет, – убежденно сказала ровесница Клары. – Хотя у нас много квартир сдается-продается, жильцы постоянно меняются. Всех я, конечно, не знаю. Но ее никогда не видела.

– Я тоже. – Девушка с красной помадой ревниво взглянула на рисунок и принялась строить Носову глазки: – А вы хорошо рисуете.

– Мама, мама! – Дюймовочка в розовой шапке подбежала к миниатюрной женщине, увлеченно читавшей книгу на скамейке. – Я снеговику морковку прилепила. Смотри, какой красивый снеговик!

Читательница нехотя оторвалась от книги, поправила на дочке шапочку и подошла ближе.

– Может быть, вы видели эту девушку? – Носов протянул ей рисунок.

– Не видела, – покачала головой она и во все глаза взглянула на Клару. – Извините, вы Клара Рассветова? А я как раз вашу книгу читаю. Подпишете?

– Конечно. – Клара охотно подписала книгу, добавив от себя теплое пожелание. Благодаря таким читателям, которые покупают, а не скачивают книги на пиратских сайтах, она может писать, только благодаря им издаются новые книги. После таких встреч ей всегда хочется скорее вернуться в свой кабинет и продолжить писать новый роман.

– Мама, пойдем к снеговику! – Дюймовочка нетерпеливо потянула мать за руку.

– У вас прелестная дочка, – улыбнулась на прощание Клара.

Внезапно закружила метель, мамы заторопились домой, принялись ловить малышей и рассаживать по коляскам. В считаные минуты площадка опустела, Клара и Носов остались вдвоем под падающим снегом, как в каком-то новогоднем кино. Только белый, с черными пятнами, пес по-прежнему сидел под елкой, одинокий и печальный, как забытая плюшевая игрушка, и прямо на глазах у него на макушке вырастала снежная шапка. На миг Клара встретилась с ним взглядом и тут же отвернулась – столько тоски и безысходности было в собачьих глазах!

– Как я и предполагал – все впустую, – подвел итоги детектив. – Если бы девушка здесь жила, кто-нибудь бы ее узнал. А раз ее случайно в эти края занесло – то ищи ветра в поле.

– Как жаль! – для вида посокрушалась Клара. – Иван так расстроится!

– Откуда вы знаете имя заказчика? – Носов остро взглянул на нее. – Я не говорил.

Объясняться не хотелось, поэтому писательница ухватилась взглядом за ухоженную старушку, которая брела по тротуару, волоча тележку на колесах.

– Давайте у бабушки спросим! Последний шанс!

Клара на прощание обернулась на пса – тот по-прежнему смотрел на нее, а потом вдруг тряхнул головой, сбрасывая снег, и потрусил следом.

От разыгравшейся метели спрятались под козырек подъезда. Носов помог старушке затащить тележку, развернул портрет. Старушка вынула из пальто футляр с очками, а пес сел на краю крыльца и опять превратился в статую.

Клара отвлеклась на пса и уже забыла об истинной цели их поисков, поэтому слова бабульки застигли ее врасплох.

Лишь только взглянув на рисунок, та убежденно заявила:

– Знаю! Конечно, знаю!

Клара так и остолбенела. Вот уж не ожидала она от божьего одуванчика такой подлости!

– Наташа это, – продолжила старушка.

– Значит, ее зовут Наталья? – деловито уточнил Носов. – А фамилию знаете?

– Знаю! – закивала старушка. Еще секунда – и случится непоправимое. Старушка объявит фамилию незнакомки – и тогда встречи Ивана с этой девушкой не миновать, а Полина окажется в пролете и в новогоднюю ночь будет страдать от неразделенной любви.

Этого Клара допустить не могла. Не дав бабульке раскрыть рот, она сделала вид, что поскользнулась на ровном месте и выронила свою сумку. Наружу выпали три розовых томика с ее фотографией на обложке – как удачно, что она захватила их на встречу с сыщиком в кафе!

– Простите! – забормотала Клара и наклонилась за книгами. – Подержите! – Она сунула одну из книг в руки бабульке.

Расчет оказался верным, пока Носов помогал ей поднять две оставшиеся книжки, старушка разглядела фото Клары на обложке, и глаза ее зажглись любопытством.

– Так ты писательница? Как Донцова?

– Ну, не как Донцова, но пишу. – Клара скромно кивнула. А старушка увлеченно зашелестела страницами, потеряв всяческий интерес к портрету.

– Как фамилия этой девушки? – Носов тщетно пытался привлечь внимание важной свидетельницы к рисунку.

Но бабушка только отмахнулась от него и зачитала вслух:

– «Муж бросил Анфису с двумя детьми, когда младшему едва исполнился год». Ох, бедная! Ну прям как Галя, соседка… А хочешь, я тебе свою жизнь расскажу? – Она с жадностью впилась глазами в Клару. – Такую книгу написать можно, все обрыдаются!

Клара уже была не рада, что представилась писательницей. Каждый второй новый знакомый, узнав о том, что она пишет, рвался рассказать историю своей жизни и убеждал Клару написать о нем. Она была даже благодарна, когда вмешался Носов, и оттеснил ее от старушки. Но не успела Клара перевести дух, как сыщик возобновил допрос свидетельницы:

– Так как фамилия этой Натальи?

– Как ее… – Старушка морщила лоб, вглядываясь в рисунок. – Это…

– А хотите, я вам книгу подпишу? – снова вмешалась Клара, отвлекая старушку, и достала из сумки ручку.

– Подпиши, милая! – обрадовалась та, протягивая томик.

– Вы мне специально мешаете? – Носов недовольно повернулся к писательнице.

Клара невинно пожала плечами и взяла у старушки книгу.

– Прости, милый. – Старушка тронула сыщика за рукав. – Запамятовала я, как этой Наташи фамилия.

Клара размашисто вывела «С наилучшими пожеланиями в Новом году» и мысленно поблагодарила старушку.

– А вас как зовут? – спросила Клара.

– Елизавета Ильинична я, – представилась старушка.

Клара добавила ее имя в памятную надпись и вернула книгу старушке.

– А где эта Наталья живет, знаете? – не сдавался Носов.

– Так известно где! – уверенно заявила старушка.

Клара не успела среагировать, как Елизавета Ильинична выпалила:

– В этой, как его… В Антарктиде!

– Где? – растерянно кашлянул сыщик. А Клара приободрилась: да старушка-то никак ку-ку!

– Там еще пальмы и бананы, – неуверенно проговорила Ильинична.

– Может, в Аргентине? – со смешком подсказала Клара. Она начинала догадываться, за кого приняла старушка девушку с рисунка.

– Точно! – обрадованно закивала Никитична. – В Аргентине!

– А что эта Наталья там делает? – на всякий случай уточнил Носов. По его виду было ясно, что он уже не верит в полезность старушкиных сведений.