Больше ни слова лжи - Мишель Кондер

Уголки ее губ слегка приподнялись:

– Как ни неприятно в этом признаваться, мне нравится.

– Очень рад, что сумел вас удовлетворить, мисс Харрингтон, – саркастически отозвался Лукас.

Как ни странно, он действительно был рад, хотя никогда прежде не старался добиться чьего-либо одобрения, тем более женщины, которая выглядела чертовски привлекательной в юбке-карандаше.

Элеанор улыбнулась кому-то за его спиной и отошла от окна.

– Зрастуйте.

Лукас поморщился – не только от ее ошибок, но и от ужасного произношения, – повернулся и увидел, как Элеанор протягивает руку его личной помощнице.

– Я Элеанор Харрингтон.

Его невозмутимая помощница, которая давно с ним работала и считала себя чуть ли не его матерью, к удивлению Лукаса, утратила самообладание, увидев энергичную и ослепительную Элеанор.

– Петра. Личная помощница Лукаса.

– Приятно с вами познакомиться, Петра.

Петра взглянула на босса, и ее глаза весело сверкнули.

– Лукас, на столе тебя ждет гора работы. Я сделала на документах пометки о приоритете. Твое расписание встреч на завтра было отправлено тебе на телефон. Извини, что немного поздно.

– Спасибо, Петра. Организуй нам, пожалуйста, кофе. Мисс Харрингтон – с одной ложкой сахара.

– Спасибо, не надо, – отказалась Элеанор. – А вас, похоже, ждет куча дел.

Лукас нахмурился. Она что же, торопится от него избавиться?

– Когда я увижу наброски, над которыми вы работали во время полета?

Почему у него такой голос, словно он этим недоволен, хотя, наоборот, должен был бы радоваться? Ведь она предоставляет ему возможность погрузиться в работу.

– Они еще не совсем готовы. Мне необходимо увидеть место до того, как я их закончу. Вы запланировали для меня посещение стройки на это утро?

– Да. Мой прораб встретит вас, а завтра вы познакомитесь с остальными членами команды.

– Отлично. Тогда, если не возражаете, я хотела бы взглянуть, где мне предстоит работать.

– Сюда, пожалуйста, – сказала его личная помощница.

И Лукас понял: да, черт возьми, ему предлагают заняться своими делами. Это ему не очень понравилось.

Элеанор сразу прониклась симпатией к практичной и доброжелательной Петре. И ей понравился выделенный для нее кабинет.

– Ух ты, какая красота! – Она выглянула из окна, откуда открывался вид усыпанного снегом Санкт-Петербурга.

В Нью-Йорке ее окна выходили на пожарную лестницу другого здания.

– Мистер Кузнецов хотел, чтобы из всех окон был виден город, – сказала Петра с сильным акцентом. – Так как наше здание самое высокое в этом районе, все получилось.

– Вам нравится у него работать?

– Очень.

Элеанор была удивлена. Но, может, Петра просто закрывает глаза на недостатки Лукаса. Она осмотрела свой аккуратный кабинет и заметила большую белую коробку на столе.

– Кто-то оставил здесь свои вещи?

– Нет, это куртка, шапка и перчатки. Лукас попросил меня купить это для вас еще до того, как вы вылетели из Сингапура.

– Он очень предусмотрителен, – пробормотала Элеанор, размышляя, с чего это Лукасу вздумалось проявлять о ней заботу.

В коробке она обнаружила очаровательную черную куртку, подбитую натуральным мехом. Это означало, что она никогда не сможет ее надеть.

– Он всегда думает о других, – кивнула Петра.

– Вот как?

Неужели они говорят о человеке, за которым в прессе закрепилась репутация хищника, безжалостно поглощающего маленькие компании, и плейбоя?

– О да. Когда прошлой осенью моей матери понадобилась операция, Лукас оплатил не только ее, но и услуги сиделки. А прибыль от ледяного отеля пойдет на благотворительность.

– На благотворительность? – Это стало новостью для Элеанор.

– Разве он вам не сказал?

– Нет. Вы уверены?

– Конечно уверена. А в прошлом году Лукас открыл в этом здании ясли для детей сотрудников компании.

– Я сделал это, – послышался протяжный голос за их спинами, заставивший обеих женщин вздрогнуть, – чтобы мои сотрудники меньше волновались за своих детей и больше работали. Эффективность прежде всего.

Это было больше похоже на человека, которого Элеанор знала.

Петра взглянула на Элеанор, и в ее глазах та прочла: «Не верьте ему».

– Сотрудники вам очень благодарны.

– Это стоило каждой затраченной копейки. Кстати, о сотрудниках… Несколько человек, с которыми вам следует познакомиться, уже должны быть на строительной площадке, так что нужно пошевеливаться.

Улыбка застыла на губах Элеанор, когда она осознала, что Лукас едет с ней.

– Вы тоже едете? – все же решила уточнить она.

– Да. Это проблема?

Конечно. После длинного перелета, когда ей приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы сконцентрироваться на работе, провести немного времени вдали от Лукаса не помешает.

– Нет конечно, – вежливо ответила Элеанор, но скорее ради Петры, чем ради него.

– Хорошо. Надевайте куртку и поехали.

– Не могу.

– Она не подошла?

Петра улыбнулась:

– Мисс Харрингтон ее еще не примеряла.

Элеанор медлила. Как объяснить, почему она не может надеть куртку, чтобы не обидеть Петру, которая ее выбирала?

– Э-э-э…

– Ты не оставишь нас на минуту одних, Петра?

– Конечно. Если понадоблюсь, я на своем рабочем месте.

Лукас подождал, пока она не вышла, и только затем зашел в кабинет. Когда он закатал рукава рубашки, Элеанор пожалела, что он это сделал.

– В чем дело сейчас? – шелковым голосом осведомился он.

Она чувствовала себя ужасно.

– Я благодарю вас за этот жест, но не могу ее надеть.

– Это был не жест, – устало произнес Лукас. – Я сделал это ради себя. Если свалитесь от простуды, вы станете бесполезны. А теперь не противоречьте мне и наденьте куртку.

– Я не противоречу. – Элеанор взяла свой пуховик, лежавший в кресле и всунула руки в рукава. – У меня есть куртка.

– Она годится для Нью-Йорка. К тому времени, когда вы закончите осматривать строительную площадку, вы замерзнете, как суслик.

– Но я не могу ее надеть. Она отделана мехом. Вы когда-нибудь слышали о ЛЗЭОЖ?

– Это любовник, которому не нравится мех?

– Нет, это организация «Люди за этичное обращение с животными».