Игра по его правилам - Сара Морган

– Поверить не могу, что ты мыла мой душ.

– Мытье душа хорошо оплачивается, а у меня есть долги по учебе.

– Если бы у тебя не было долгов, чем бы ты занималась?

Лили засомневалась, стоит ли рассказывать о своей мечте незнакомцу.

– Понятия не имею. Я не могу позволить себе мечтать. Я должна быть практичной.

– Почему Крит?

– На Крите есть все, что необходимо для производства гончарных изделий: глина, вода и топливо. Микроскопический анализ черепков указывает на то, что эти составляющие использовались по меньшей мере восемь тысячелетий. Самый практичный способ понять древние технологии – воссоздать их.

– Значит, вы пытаетесь работать, как минойцы?

– Да. Мы берем материалы, которые были доступны в бронзовом веке. У Британи и ее команды другие цели, но, пока они проводят раскопки, я получаю доступ к глине. Часть времени я провожу на раскопках, часть – в музее, но скоро все подойдет к концу. Расскажи, чем занимаешься ты.

– Ты работаешь в моей компании. Тебе следует знать, чем я занимаюсь.

– Мне известно лишь, что ты кудесник. Наверное, поэтому твой душ выглядит как оборудование, разработанное для NASA. Готова поклясться, что ты отлично ладишь с компьютерами. Технологии вообще-то не мой конек.

– Если это так, почему ты работаешь в моей компании?

– Мне не приходится заниматься технологической стороной. Некоторое время я проработала в отделе кадров – кстати, без дела они у тебя не сидят, – а потом стала помощницей твоих личных ассистентов. Я еще не решила, чем хочу заниматься, поэтому пробую разные вещи. Я хотела посмотреть, понравится ли мне корпоративная жизнь.

– И как тебе?

– Она другая, – уклончиво ответила Лили.

– Как ты связалась с мужчиной, который по возрасту годится тебе в отцы?

Потому что она была идиоткой.

– Я никогда не рассказываю о своих отношениях.

– За время нашего короткого знакомства я понял, что трудно заставить тебя замолчать. Так что рассказывай.

В его темных глазах было столько спокойной властности, что не ответить было невозможно.

– Думаю, меня привлек его статус. И авторитет. Я была польщена, когда он уделил мне внимание. Психолог, возможно, сказал бы, что дело в отсутствии у меня отца. В общем, он не давал мне проходу, и все быстро стало серьезным. А затем я узнала, что он женат. – Лили скривилась. – Я ненавижу себя, но еще сильнее ненавижу его за то, что он мне лгал. Мои отношения всегда протекают по одному сценарию. Я знакомлюсь с человеком. Он заботлив, внимателен и умеет слушать. Я влюбляюсь, занимаюсь с ним сексом, начинаю планировать будущее, а затем все рушится.

– Такой опыт не отвратил тебя от любви?

Никто не задерживался в ее жизни. С раннего детства Лили мучил вопрос: что с ней не так? Отчего люди ее бросают?

Им принесли восхитительно выглядевший десерт.

Лили постаралась взять себя в руки.

– Если один раз еда была не очень, это не отвращает тебя от еды, верно? И кстати, это самый вкусный ужин, который мне когда-либо доводилось есть. – Она погрузила ложку в десерт, и по тарелке растекся мед. – Как обычно развиваются твои отношения? Ты встречаешь женщину, которую находишь привлекательной. Что потом?

– Я иду с ней на свидание.

Лили облизала ложку.

– Ужин? Театр? Кино? Прогулка по пляжу?

– Любой из предложенных тобой вариантов.

– Давай предположим, что ужин. О чем вы будете говорить?

– Обо всем.

– За исключением твоей семьи и отношений?

Ник улыбнулся:

– Именно.

– Значит, вы беседуете, пьете дорогое вино, восхищаетесь романтическим видом из окна, а потом? Ты везешь ее домой и укладываешь в постель?

– Да.

Он молчал, пока подошедший официант ставил бутылку с прозрачным напитком и два бокала. Лили покачала головой:

– Это ракия? Британи его любит, а у меня от него болит голова.

– Мы называем его tsikoudia. Это виноградный ликер – важная деталь критского гостеприимства.

– Я знаю. Он известен с древних времен. Археологи обнаружили окаменевшие остатки винограда и экстракта виноградных косточек в пифосах, глиняных сосудах. Считается, что минойцы многое знали о дистилляции. Но это не отменяет мою головную боль.

– Следует запивать раки водой. – Ник подал ей небольшой бокал. – Местные жители считают, что это гарантирует долгую и здоровую жизнь.

Лили сделала глоток, и в ее горле мгновенно заполыхал огонь.

– А теперь закончи рассказ о своем типичном свидании. Ты не влюбляешься, потому что не веришь в любовь. Значит ли это, что, ложась с женщиной в постель, ты не испытываешь никаких чувств?

– Я испытываю массу чувств.

От его взгляда сердце ее забилось быстрее.

– Но ты не говоришь «я люблю». Все сводится к физическому удовлетворению. Похоже на спортивную тренировку, только голышом.

– Секс, – мягко сказал Ник, – требует определенной степени доверия.

– Тем не менее привязанности ты не ощущаешь.

– Я уделяю большое внимание удовольствию женщины, ее счастью, комфорту. Но я ее не люблю.

– Ты не любишь женщин?

– Люблю. – Уголки его губ дрогнули. – Просто не хочу любить какую-то конкретную женщину.

Лили зачарованно смотрела на него.

Он идеально подходит для операции «Льдинка».

– Надеюсь, я не шокирую тебя. – Она поставила бокал на стол и сделала глубокий вдох. – Я хочу заняться классным сексом. Без всяких эмоций. Без любви.

Выражение лица Ника было непроницаемым. В его неподвижности сквозило что-то опасное.

– И ты говоришь мне это потому, что…

Сердце загрохотало в ее груди.

– Я хочу, чтобы ты занялся со мной сексом.