Опрометчивость королевы - Виктория Холт

Она устала от жизни в Брунсвике. Правда, она любила отца, но ее угнетали ревность и зависть матери к герцогине де Гертцфельдт, которая, в свою очередь, лишь терпела присутствие ее матери. Положение было нелегким, а у Каролины не сложилось хороших отношений ни с одной из этих женщин.

В ней обнаружилась склонность к меланхолии. «Я закончу свои дни в Брунсвике, – думала она, – мечтая о детях, которых у меня не будет. Я была дурой. Надо было соглашаться на предложение хотя бы одного из тех, кого мне прочили в мужья».

И вдруг случилось чудо.

Однажды за ней прислал отец. Она пришла, ничего не подозревая, и застала у него мать. Герцог выглядел торжественно, герцогине потребовалась вся ее выдержка, чтобы не выложить сразу ошеломляющую новость дочери.

Познакомить дочь с этой новостью должен был герцог, что он и сделал:

– Каролина, я должен сообщить вам очень важную вещь. У нас хорошие новости. Вот письмо от вашего дяди, короля Англии. Принц Уэльский просит вашей руки.

– Принц Уэльский? – Ее обуяла дикая радость. Она думала: «Значит, еще не все для меня пропало. Я ждала, и вот он, главный приз».

– Это большая честь, – сказал герцог. – Конечно, он ваш кузен, но это возможность, от которой, я уверен, вы не должны отказываться.

– Конечно, вы не должны упускать свой шанс, – больше не смогла сдерживаться герцогиня. – Подумайте об этом, Каролина, вы будете королевой Англии. Вообразите! Вы, Каролина, – королева Англии!

– Да, – медленно проговорила Каролина, – если я выйду за него замуж, однажды я стану английской королевой.

Отец посмотрел на нее почти испуганно. Он положил ей руку на плечо и заглянул в глаза, которые так внезапно становились бешеными.

– У меня никогда не было желания избавиться от вас или отослать вас прочь, – мягко сказал он с нежностью. – Но если вы хотите выйти замуж, то такой возможности больше не представится.

– Это правда, отец! – подтвердила она его слова.

– Вы понимаете это, чудесно! – воскликнула герцогиня. – О принц Уэльский! Мой дорогой, дорогой племянник! Первый джентльмен в Европе. Я слышала, он самый очаровательный молодой человек. И красивый… такой красивый! Вы самая счастливая из молодых женщин… особенно если учесть, что вам уже двадцать семь. Бог посылает вам случай. Я думаю, я должна сразу же ответить брату, безотлагательно. Я думаю…

– Мадам, – холодно прервал герцог, – это Каролина собирается замуж, а не вы.

Герцогиня открыла рот, собираясь возразить. Унизительно то, как с ней обращаются. И в присутствии детей к тому же. Он никогда бы не стал так разговаривать с этой Гертцфельдт. О нет, у нее он попросил бы совета и прислушался к нему.

Она метнула на мужа полный ненависти взгляд, который не преминула заметить Каролина. Хорошо бы поскорее уйти отсюда.

– Моя дорогая, – сказал герцог, – вам понадобится время, чтобы все обдумать.

– Я все обдумала, – сказала Каролина, – я принимаю предложение принца Уэльского.

Герцогиня от радости захлопала в ладоши. Герцог испытал облегчение. Каролина стояла тихая и умиротворенная.

– Дитя мое, – сказал герцог, – вы приняли мудрое решение.

Она посмотрела на него в упор, а затем бросилась в его объятия. Он больше не был суров и крепко обнял дочь. Герцогиня смотрела на них и не видела родных лиц. Ей грезились приготовления к свадьбе, венчание; она ликовала в душе. Еще бы, ее дочь с таким тяжелым характером, доставлявшая им столько хлопот, собиралась стать принцессой Уэльской.

* * *

Каролина вернулась к себе и встретила там баронессу де Бодэ, которая чувствовала, что происходит что-то важное. Она видела гонцов из Англии и догадывалась, что речь, пожалуй, идет о замужестве принцессы.

– Вы пришли узнать новости, – сказала Каролина.

– Я надеюсь, это хорошие новости.

– На это я не смогу ответить, пока не буду лежать на смертном одре, – ответила Каролина.

– Что Ваше Высочество имеет в виду?

– Только в конце замужества можно сказать, было оно хорошим или плохим.

– Замужество?

– Не пытайтесь изобразить удивление, ведь вы вовсе не удивлены. Вы догадывались, что речь идет о предложении?

– Из Англии?

– Как странно, что всех волнует моя свадьба больше, чем меня.

– Умоляю, скажите мне, который из сыновей английского короля?

– Старший, мадам. Не стоило бы вам, между прочим, так выкрикивать вопросы, ведь я – будущая принцесса Уэльская и королева Англии, относитесь ко мне с большим почтением, мадам.

– Так это правда? О, какой великий день!

– Все вы вздохнете с облегчением, когда избавитесь от надоедливой принцессы.

– Я не это имею в виду. Я хотела сказать, что у вас прекрасное будущее. О Ваше Высочество, будьте… осторожней. Вы должны извлечь пользу из ваших былых ошибок.

Принцесса посмотрела на гувернантку с хитрецой.

– Что было, то прошло, – сказала она, – прошлого не вернешь. А что должно случиться, то и случится. Как ни старайся.

Баронесса хотела возразить, но Каролина подняла руку и остановила ее.

– Я хочу остаться одна и подумать, – сказала она. – Я приняла предложение принца Уэльского, которого никогда не видела, но о котором много слышала. Я приняла его, потому что начинаю уставать от жизни в Брунсвике.

– Ваше Высочество… Принцесса покачала головой.

– Я хватаюсь за корону и скипетр, как утопающий хватается за соломинку.

– Не говорите так. Это опасно… Если это дойдет до принца…

– Принца Уэльского, – Каролина внезапно рассмеялась своим обычным буйным смехом. – Он меня никогда не видел… но хочет взять меня в жены. Не кажется ли вам, баронесса, что его отношение к женитьбе похоже на мое?

Баронесса молчала. Каролина воскликнула:

– Не будьте такой угрюмой! Настало время радоваться. Принцесса Брунсвикская помолвлена с принцем Уэльским.

* * *

Фредерик, герцог Йоркский, приехал к принцу Уэльскому в Карлтон-хауз, где его принимали в апартаментах, выходящих окнами на Сент-Джеймский парк.

Принц был элегантен, в жемчужно-сером костюме, с бриллиантовой звездой на груди, лосины облегали стройные, хотя и полные ноги, на шее повязан по-особому шарф серо-голубых тонов, потому что у него была толстая шея и этот изъян принц пытался скрыть, светлые волосы тщательно завиты и напомажены, на пальцах сияли бриллиантовые перстни, от него исходил запах изысканных духов.

– Ну, Фред, – допытывался принц, – скажите правду, как она выглядит?

Фредерик пытался припомнить свой визит ко двору в Брунсвике, воскресить в памяти кузину Каролину. «Очень милая, – думал он, – я тогда не захотел жениться на ней, но, если бы вдруг решился, это не было бы трагедией. Хуже, чем сейчас, не было бы». Когда он думал о женщине, с которой он очертя голову вступил в брак по той же причине, по которой Георг сейчас замышляет это сделать – ох уж эти вечные долги, – любая женщина казалась ему необычайно привлекательной.