Отвергнутый наследник - Эрин Уатт

– Но это же правда, – дразнюсь я.

– Это не значит, что мы должны вспоминать об этом. Вообще, – она сердито смотрит на меня, – ты прекрасно знаешь, что я просто использовала тебя, чтобы забыть Рида.

Я хлопаю себя ладонью по груди, где сердце.

– Ого! А я думал, это Вэл злыдня.

– Эй! – со смехом вскрикивает Вэл.

– Ой, да ладно, – взмахнув рукой, говорит Элла. – Ты тоже говорил, что влюблен в другую.

Я хмурю брови.

– Разве?

– Ага.

Засунув в рот несколько кусочков картошки фри, я медленно жую.

– Я был пьян, когда говорил это?

Элла на мгновение задумывается и потом кивает.

– В слюни.

– Так и думал. Когда я в стельку пьян, то болтаю всякие глупости.

А еще я абсолютно уверен, что когда целовался с Эллой, то не притворялся, что она – это какая-то другая девушка. Элла чертовски сексуальная. Еще до того, как она стала встречаться с моим братом, я хотел трахнуть ее, очень хотел.

Теперь от таких мыслей попахивает кровосмесительством, но мне все равно нравится дразнить ее по этому поводу.

– На тебя пялится какая-то девчонка, – сообщает Сойер, который с веселым любопытством смотрит куда-то за мою спину.

Я оглядываюсь, и мое настроение мигом становится еще лучше. За столиком рядом с окном сидит Хартли. На одну короткую секунду ее непроницаемые серые глаза встречаются с моими, но она быстро отводит взгляд.

– Кто это? – с интересом спрашивает Лорен, отпивая глоток воды «эвиан» из бутылки.

– Мой новый лучший друг.

Подмигнув окружающим меня изумленным лицам, я вскакиваю со стула и направляюсь к Хартли.

Не дожидаясь приглашения, сажусь на стул напротив нее и хватаю ролл из ее тарелки.

Хартли громко вздыхает.

– Ты еще не устал ходить за мной по пятам?

– А ты не устала играть в недотрогу?

– Я бы поняла твои переживания, если бы действительно играла в недотрогу, но в реальности, как бы тебе ни сложно было это принять, ты просто меня не интересуешь.

Я барабаню пальцами по столу. Это возможно. Существуют девушки, которых я не интересую. Наверное. Теоретически это может быть правдой.

– Ты выглядишь озадаченным.

– Если честно, меня еще никто никогда не отшивал. Я говорю так, не чтобы похвастаться, а потому что это правда. Я довольно хорошо в этом разбираюсь. А еще ты призналась, что я горячий парень.

– Я использовала слово «клевый» и еще сказала, что даже если бы хотела встречаться с кем-то, то не выбрала бы тебя. Вчера твоя рука была под юбкой учительницы.

Я не обращаю внимания на упоминание об учительнице и сосредотачиваюсь на положительных моментах.

– Клевый. Горячий. Одно и то же. Мы можем хотя бы переспать. Сегодня вечером я свободен.

Хартли снова вздыхает. Еще громче.

– Истон, – начинает она.

Я опускаю руки на столешницу и подаюсь вперед.

– Да, детка?

В ее взгляде заметно раздражение.

– Знаешь что? Забудь об этом. – Она тянется к портфелю, который лежит на соседнем стуле. – Мне нужно кое-что прочитать для урока по литературе.

Я так и сижу с отвисшей челюстью, а Хартли достает книгу и начинает читать, продолжая есть одной рукой. Она словно не замечает меня. Полностью игнорирует.

Хартли очаровала меня. Ее тянет ко мне, но она ничего не собирается с этим делать?

– Я ни с кем не встречаюсь.

Она не отвечает.

– А у тебя есть парень?

Молчание.

Я барабаню пальцами по столу. Другой парень – это сложности, которых я обычно избегаю. Но если бы у нее был бойфренд, она сказала бы мне об этом в первые пять минут нашего разговора. По крайней мере, если бы у них все было серьезно. И тут меня осеняет.

– Тяжелое расставание, да? Ох, хорошо, что у тебя есть я: ты можешь поплакать у меня на плече. – И я хлопаю себя по плечу.

В ответ слышу очередной долгий тяжелый вздох.

– Не было у меня никакого тяжелого расставания. Парня у меня тоже нет, хотя это и не твое дело. И я по-прежнему хочу, чтобы ты оставил меня в покое.

Хартли произносит все это на одном дыхании. Она даже не потрудилась поднять на меня глаза. Хотя, по-моему, она даже не читает – уставилась в одну точку.

Я решаю уличить ее.

– Я бы поверил тебе, если бы ты действительно читала.

Она слегка краснеет и переворачивает страницу. Ту самую, которую «читает» вот уже минут десять. Я доедаю ролл и беру из ее тарелки морковную палочку. Хартли поджимает губы, но ничего не говорит. Я продолжаю уничтожать остатки ее ланча. Ну, если она не собирается его доедать, мне не хочется, чтобы он пропадал зря.

Когда ничего, кроме воды, не остается, я решаю, что пора уходить.

– Почему все смотрят на нас?

Раздраженный вопрос Хартли заставляет меня остановиться. Я оглядываю столовую. Не заметил, что мы стали центром всеобщего внимания. Гиены пускают слюни, учуяв запах свежего мяса. Фелисити Уортингтон за столом с парой подружек, тоже из выпускного класса, и они склонили головы, как будто перешептываются о том, что только что увидели. Истон Ройал сидит за ланчем с какой-то девчонкой? Ничего себе!

Клэр тоже наблюдает за нами, и она явно недовольна. Глазами мечет молнии в Хартли, но, когда встречается со мной взглядом, выражение ее лица тут же смягчается. Сидит с видом раненого олененка, как у одной из бывших Рида: она смотрела на него точно так же, когда он бросил ее. Похоже, действительно пора придумать что-то, чтобы отделаться от Клэр.

Покраснев, как свекла, Хартли берет бутылку воды и отпивает глоток.

– Серьезно, это же глупо. Почему они пялятся?

Я пожимаю плечами.

– Я Ройал.

– Везет же!

– Это что, сарказм?

– Еще какой, – весело отвечает она.

Закатив глаза, я забираю у нее бутылку с водой и делаю большой глоток. До меня доносится ошарашенный возглас Клэр. Ну и ладно! Моей бывшей не помешает остыть. Серьезно.

– Уж если у кого и было тяжелое расставание, так это у тебя, – бормочет Хартли, по-прежнему притворяясь, что читает книгу.

– Тогда так не казалось. Мы оба были согласны с тем, что уже надоели друг другу.

– А почему она оскорбилась, увидев, что ты пьешь из моей бутылки?

– Наверное, забыла, что устала от моего дерьма.

В ответ Хартли сдавленно усмехается.