Роковое кольцо - Сьюзен Виггз

Акасия бесшумно выскользнула из постели, накинула плащ и, как была, босая, тихо вышла из спальни.

Тонкая полоска света пробивалась через щель в двери спальни Розы. Акасия без стука вошла в комнату девушки. Роза не выдала своего удивления по поводу внезапного позднего визита мачехи. Она устремила на нее холодный взгляд чудесных фиалковых глаз и кивнула:

– Добрый вечер, леди!

Акасии куда приятнее было бы увидеть, что девушка задрожала от страха, но единственной, кто в Браервуде не робел в ее присутствии, была Роза. Ну что ж! Скоро она пустит по миру старшую дочь своего мужа! Губы женщины растянулись, изображая некое подобие улыбки.

– Лорд Джон рассказал мне, что ты собираешься замуж.

– Да, леди.

– Значит, это правда! Ты собираешься украсть у нас Браервуд?

– Я не могу украсть то, что принадлежит мне по праву, мадам.

– Но кто же решится взять в жены такую неблагодарную девицу, как ты? – спросила ехидно Акасия. – И не мечтай о замужестве! Твои надежды умерли вместе с юным Хью.

Забыв об осторожности, Роза выпалила:

– Нет, мадам! Все не так! Я выйду скоро замуж за лорда Гарета Хока, и…

Грубый хохот Акасии заставил ее замолчать.

– Отличный выбор ты сделала! Разбойник! Мерзавец!.. Кто еще?.. Впрочем, и этого достаточно?

Роза стиснула зубы, чтобы стерпеть злые насмешки мачехи.

Пальцы Акасии, как когти, вцепились в плечо девушки.

– Ты не выйдешь замуж за Хока! Твой отец не допустит этого! А сейчас, будь благоразумна, отдай мне кольцо! Это необходимо для того, чтобы сберечь Браервуд. Это необходимо для блага всех людей, живущих в Браервуде. Постоянство приносит уверенность. Люди меня уже полюбили и признали хозяйкой, а про тебя они знают лишь, что ты испорченное взбалмошное дитя и собираешься внести сумятицу в их спокойную жизнь.

Роза сжала руку с кольцом в кулак, а другой рукой закрыла кольцо от мачехи. Дрожащее пламя свечи высветило ее огромные темные глаза.

– Вы сможете снять его с пальца только после моей смерти. Но этого, миледи, не произойдет! Немедленно уходите, а не то я так закричу, что разбужу весь замок и моего отца в том числе!

Угроз от Розы Акасия не ожидала. Муж был покладист, мягок и податлив, как теплый воск в руках. Эта же девчонка с распущенными черными волосами и огромными темными глазами, пронзительными, как у ведьмы, напугала ее.

Акасия поспешила скрыться за дверью.

* * *

Розе нравилось бы снова жить у себя дома, в Браервуде, если бы не злобные происки Акасии. Наступали яркие теплые летние дни, лишь иногда ветер привносил с северных болот влажный холод приближающейся осени.

Девушка нашла своего отца в саду на каменной скамье, стоявшей рядом с беседкой, увитой розами. Птицы сладко пели нежными, волнующими голосами. Трудолюбивые полосатые пчелы гудели натруженно и умиротворяюще.

Роза поцеловала отца и села с ним рядом. Ей показалось, что он чем-то озабочен. Лорд повернул к себе лицо дочери и вопросительно заглянул в глубину дивных фиалковых глаз.

– Есть ли кто на свете, кого я любил бы, как тебя? – спросил он, и его голос старчески задрожал.

– Да, отец, есть. Акасия и леди Беттина.

– Это правда, я их люблю тоже, не менее сильно, чем тебя и твою покойную мать, которую до конца своих дней не забуду.

Сердце девушки взволнованно забилось.

– О, папа! И я тебя так люблю!

– Родная моя! Мне так больно отправлять тебя из Браервуда!

Роза отшатнулась. Ее глаза от удивления стали еще больше, брови неистово взметнулись.

– Отправлять из Браервуда?! Я ведь только что вернулась от Векслеров!

– Оставаться здесь тебе небезопасно. Акасия завистлива и хитра. Она может причинить тебе немало зла. А если ты спрячешься в укромном месте, никто тебя не найдет.

– Нет, милорд! Браервуд – мой дом, он принадлежит мне по праву! Почему бы вам, отец, не увезти Акасию из Браервуда?

– Я не могу покинуть поместье, пока ты не выйдешь замуж.

Роза в растерянности сплела руки. Если она хочет поскорее вступить в свои права на владение Браервудом, то ей придется принять предложение лорда де Ваннэ или какого-нибудь другого старого и противного барона или графа. Но если она хочет выйти замуж за Гарета Хока, то нужно будет набраться терпения и провести немало времени в пустынном месте. Она затихла и задумалась. Ей надо было принять жизненно важное решение. Нет! Она предпочтет второе. Лучше помучиться несколько месяцев, чем страдать всю жизнь!

– Куда вы отправляете меня, милорд?

– В монастырь святой Агаты. Это неподалеку от Найнбэнкса. У Джанет там сестра.

– В монастырь? – Роза представила таинственных молчаливых монахинь, мрачные своды, бесконечные службы и молитвы…

– Пребывание в монастыре пойдет тебе на пользу. Ты укрепишься в вере и поучишься ведению домашнего хозяйства.

Лорд Джон погладил дочь по шелковистым волосам и добавил наставительно:

– А может, монашки смогут исправить твой острый язычок и непокорный нрав, а?

– Милорд, я и так стараюсь сдерживаться…

– Верю, Роза. Это я так просто сказал. Мне нравится твоя искренность.

Роза обняла отца. Она решила свою судьбу.

* * *

Луна стояла высоко в небе, заглядывая в стрельчатые окна замка. Стараясь не шуметь, Роза и Джанет спустились по большой каменной лестнице. Они покидали замок налегке. В руках у них были только небольшие узелки с самым необходимым. На конюшне их дожидались лорд Джон и сэр Симеон, капитан рыцарей, охранявших замок. Капитану было поручено сопровождать леди и камеристку. Больше никто не видел, как они уезжают, и никто не знал, что молодая госпожа покидает замок.

Сдерживая слезы и при этом стараясь храбро улыбаться, Роза попрощалась с отцом. Он помог ей взобраться на элегантную серую лошадь.

– Ты и сейчас уверена в своем выборе жениха? – спросил отец.

– Да, уверена.

– Но ведь ты можешь ждать, когда с него снимут проклятие, месяцы, годы…

– Я знаю, но я люблю его, отец.

Беглецы покинули замок через восточные ворота. Двух прекрасных скакунов и низкую выносливую лошадь испанской породы скрывала от недобрых глаз сень мрачных бастионов и высоких башен замка.

Скоро они выбрались на наезженную сельскую дорогу. Могучие вязы сплели из своих узловатых веток тенистый коридор.

– В этих местах скрываются призраки, – прошептала Джанет. – Видите дрожащие огоньки? Это не светлячки! Это души умерших некрещеных детей.