Мечта для нас - Тилли Коул

При одном лишь упоминании о том случае на пляже кровь закипела у меня в жилах.

– Я на тебя не сержусь. Я вообще ничего к тебе не испытываю, – холодно заявил я. Мне не хотелось, чтобы она думала, будто ее слова имеют для меня какое-то значение, не хотелось показать, как сильно она меня задела.

– Да. Ну, тогда…

Она принялась потирать руки друг о друга, словно я ее ударил, и я стиснул зубы. То раздражающее колкое чувство в животе вернулось. Девушка шагнула было к двери, потом замерла как вкопанная, резко повернулась и посмотрела на меня, вздернув подбородок.

– Пойдем со мной, выпьем кофе. Это не займет много времени. Я набросаю план, тебе и делать-то ничего не придется, будешь просто подавать идеи. Нам всего лишь нужно решить, что мы будем делать.

Я шумно выдохнул. Хотелось лишь одного: чтобы меня оставили в покое.

– Пожалуйста, пойдем. А потом можешь снова вернуться к своим барабанам.

Мне страшно не хотелось никуда идти, но, странное дело, я обнаружил, что поднимаюсь с места.

– У тебя один час.

Когда я шел к двери вслед за Бонни, ее плечи расслабленно опустились. Я запер дверь комнаты на ключ и, повернувшись, понял, что она догадалась, о чем я думаю.

– Истон дал мне ключ. Обычно именно я забираю его и подвожу домой после вечеринок, так что ключ мне необходим. – Она опустила глаза. – Я больше не буду использовать его без разрешения.

Что-то шевельнулось в моей душе после ее взгляда, но я привычно подавил ненужное чувство.

Бонни повела меня через двор; она шла не рядом, а чуть впереди, и меня это полностью устраивало. Несколько девушек мне улыбнулись, и я решил, что на этой неделе у меня непременно будет секс. Похоже, здесь мне не составит труда подцепить какую-нибудь цыпочку. Я и так слишком долго воздерживался, так что теперь заводился с полоборота. Вот только меня отвлекли.

В основном меня всегда отвлекала Бонни.

Она остановилась возле своего автомобиля.

– Раз у меня всего час, поедем на машине, так быстрее.

Когда Бонни выезжала с территории кампуса, студенты провожали нас заинтересованными взглядами.

– Начиная с сегодняшнего вечера мы официально встречаемся. Это так, к сведению, – сообщила она.

Я резко повернул голову и уставился на Бонни, прищурив глаза.

– Это ты о чем?

Она указала на студентов.

– Минусы жизни в маленьком городке. Сплетни распространяются со скоростью света.

Я откинулся на спинку сиденья и стал смотреть на здания главной улицы.

– Отлично. Это очень мне поможет, если я захочу с кем-то перепихнуться.

Бонни безрадостно рассмеялась:

– Не унывай. Ты для них как новая, блестящая игрушка. Если девушки будут думать, что у тебя уже есть подружка, это сделает тебя еще привлекательнее в их глазах.

– Какое облегчение.

Бонни припарковалась перед кофейней «Джефферсон», вылезла из машины и забросила на плечо рюкзак, набитый тетрадками и бог знает чем еще. У меня в кошельке лежало десять долларов, а помимо кошелька в моих карманах ничего не было – разве что я засунул в них руки.

Я путешествовал налегке.

В этом заведении я еще не бывал, но оно ничем не отличалось от всех прочих кафешек в стиле хиппи, где мне случалось бывать: красные стены, в глубине зала притулилась маленькая сцена.

– Привет, Бонни! – воскликнуло сразу несколько голосов. Девушка провела меня к столику в конце зала, попутно улыбаясь знакомым, но когда мы сели, милая улыбка исчезла с ее лица.

Я стиснул кулак: эта перемена мне не понравилась, и меня страшно злил тот факт, что я вообще обращаю внимание на такую ерунду.

К нашему столику подошел какой-то парень.

– Как обычно, Бонни?

– Ага. Спасибо, Сэм.

– Ты сегодня без Брайса? Раньше я тебя без него не видел в дни занятий.

– У меня новый партнер.

Она сказала это таким тоном, будто сообщала о чьей-то внезапной кончине.

Парень поглядел на меня и кивнул так, будто понял причину разочарования Бонни. Козел.

– Мне самый большой кофе, какой у вас есть, – сказал я. – Черный.

Бонни открыла тетрадь.

– Итак. Думаю, нам следует начать с того, что мы можем сыграть. Это поможет понять свои сильные стороны.

– Я занимаюсь только электронной музыкой, так что у меня есть мой ноутбук. Драм-машина и все такое.

Бонни посмотрела на меня с каменным лицом.

– Мы не можем сочинить музыкальное произведение с помощью твоего компьютера и искусственно синтезированных ритмов.

Я закинул руки на спинку сиденья.

– Ничего другого предложить не могу. Я работаю с электроникой, и Льюис об этом знает. Он сам предложил мне тут учиться, сам меня выследил. Думаешь, я по собственной воле выбрал бы эту вонючую дыру?

– А больше ты ни на чем не играешь? Как насчет настоящих музыкальных инструментов?

Был в ее вопросе какой-то подтекст, словно она что-то обо мне разузнала, то, что я предпочел бы скрыть. Это напрягало.

Покачав головой, я потянулся и заложил руки за голову. Хотелось сказать, что создание электронной музыки сравнимо с игрой на музыкальном инструменте, но я даже рта не раскрыл.

– Я играю на пианино и гитаре. Еще на скрипке, но совсем чуть-чуть, получается не очень. – Она хитро смотрела на меня, будто изучала. Проверяла. – Но ты же умеешь читать ноты и писать музыку, да?

Я кивнул и поблагодарил Господа Бога, когда принесли кофе: Бонни наконец заткнулась. Я махнул свой кофе залпом, как газировку. Сэм поглядел, как я пью, и пробормотал, что принесет еще.

– Льюис хочет, чтобы мы, по крайней мере, придумали какую-то тему. О чем будет музыкальное произведение, что мы пытаемся сказать. – Девушка склонила голову. – Есть идеи?

– Не-а.

– Я подумала, может, что-то вроде времен года? Что-то связанное с природой? Тема: время летит, а мы, люди, не в силах остановить его бег.

Я закатил глаза.

– Да это будет просто бомба. Я прямо-таки слышу, как сквозь ударные ритмы, льющиеся из моего ноутбука, пробивается пение птиц.

Я опять вел себя как полный моральный урод, в смысле, еще хуже, чем обычно. Рядом с Бонни я не мог сдержаться.

Она устало потерла глаза.

– Кромвель. Нам нужно принять решение, окей? Необязательно делать это с радостью, но мы же можем работать вместе. Так поступают и поступали многие музыканты, и они создавали хорошую музыку. – Она отхлебнула кофе. – Мне нравится идея смены времен года, это позволит нам задействовать больше инструментов и темпов.