Грехи людские - Маргарет Пембертон

Китайский благотворительный бал в «Пенинсуле» получил название «Бал Оловянной шляпы». Устроители рассчитывали на пожертвования в сумме 160 тысяч фунтов стерлингов для приобретения бомбардировщиков, которые Гонконг собирался подарить Великобритании. Когда Элизабет приехала на «лагонде» Рифа и прошла в ярко иллюминированный холл отеля, она усомнилась, что можно собрать такую огромную сумму.

Все утро и день она провела за роялем, спина и руки болели. Будь Риф сейчас дома, Элизабет, возможно, и не пошла бы на бал. Но рано поутру ему пришлось отправиться по вызову своего начальника в Дом правительства. Он собирался встретиться с Элизабет в отеле.

Проходя в бальную залу, Элизабет мимоходом встретилась глазами со своим отражением в огромном зеркале в золотой раме. Она снова носила распущенные волосы, они волной спускались ей на плечи, придерживаемые с одной стороны черепаховым гребнем. Юбка ее платья из кремового шелка, облегая бедра, спускалась до колен мягкими складками. Шею украшало великолепное колье из трех нитей крупных жемчужин, которые умещались как раз в вырезе платья. Этот жемчуг был первым подарком Рифа, и Элизабет старалась надевать колье при всяком удобном случае.

Жюльенна и Ронни, Элен и Алистер сидели за большим круглым столом в дальнем конце залы. Том Николсон был с ними. Элизабет невольно подумала о том, где сейчас Мелисса. Жюльенна старалась не приглашать Тома с Мелиссой туда, где собирались быть Риф с Элизабет; предупредительность проявлял и сам Том.

Подходя к столу, она увидела, что Ронни поднимается со своего места, чтобы отодвинуть для нее стул.

– О, дорогая, как я рада тебя видеть! – радостно воскликнула Жюльенна. – Ты потрясающе выглядишь! – Ее взгляд с Элизабет переместился на дверь. – А где Риф? Насколько я поняла, он тоже собирался быть здесь?

– У него сейчас деловое свидание. Как только освободится, сразу же придет. – Частые визиты Рифа в Дом правительства следовало хранить в тайне.

– Жаль... – сказала Жюльенна. – Что ж, в таком случае ты можешь составить компанию Тому. Мелисса наконец решила, что ей лучше уехать отсюда в Америку. Она отправилась на Новую территорию собрать необходимые вещи, а остальное сдаст на хранение.

Элизабет без сожаления вздохнула. Ей не слишком хотелось встречаться с Мелиссой. По крайней мере не на таких многолюдных сборищах, как это.

На Жюльенне было атласное бирюзовое платье до колен, украшенное блестками, с довольно большим декольте, которое не скрывало ее пышных округлостей. Рыжие кудряшки соблазнительно обрамляли лицо.

– Мы все такие мрачные и угрюмые, – продолжала Жюльенна, хотя сама не выглядела ни мрачной, ни угрюмой. – Сегодня лошадь Ронни, прямо скажем, вела себя не наилучшим образом. Может, ей нездоровилось, не знаю. – Она захихикала. – Я видела, как сэр Денхолм поставил на нее пять сотен. Должно быть, он очень зол нынче на Ронни!

– Многие злятся на него, – сухо заметил Том. – Не только старина Гресби потерял кругленькую сумму на его лошади.

Ронни и Жюльенна выглядели, как и положено людям, которым на это решительно наплевать. Элизабет могла почти наверняка сказать, что сами они ничего не поставили на свою собственную лошадь и потому ничего не потеряли.

– А как встреча в регби с Мидлсексом? – спросила она у Алистера, стараясь поменять тему разговора. – Ты был на игре?

– Мидлсексцам нужно учиться и учиться, прежде чем они смогут составить реальную конкуренцию «Королевским шотландцам», – с ухмылкой ответил Алистер. – Хотя игра получилась неплохой.

Постоянное соперничество между Мидлсексом и «Королевскими шотландцами» было давнишним, хотя в регби именно вторые чаще всего побеждали.

Ронни засмеялся.

– Господи, Алистер, ты ведь отлично знаешь, что при желании Мидлсекс может разделать «Королевских шотландцев» под орех!

Алистер хотел было ответить, но тут появился официант с уставленным бокалами подносом, и новая порция выпивки разрядила накалившуюся было атмосферу.

Оркестр играл без устали. Среди танцующих Элизабет заметила Лея Стаффорда с Мириам Гресби. Дерри Лэнгдон легко и ловко вел в танце невысокую блондинку. Проследив за ней взглядом, Элен подалась к Элизабет и сказала:

– Это последняя пассия Дерри, Антея Хэрли.

– Жена Марка Хэрли?

Элен кивнула. Элизабет повнимательнее посмотрела на хорошенькую, несколько кукольного облика Антею Хэрли. Да, именно эта женщина некогда была любовницей Рифа. Сейчас она танцевала, неприлично прижавшись к Дерри. Сам же Дерри, судя по выражению его лица, был не слишком доволен поведением партнерши и нервно оглядывал залу.

Вот его взгляд остановился на Элизабет, с нее перескочил на Жюльенну. Выражение его голубых глаз изменилось, и Элизабет поняла, что он нашел наконец-то то, что искал. Выражение его лица сделалось унылым. Элизабет отвела взгляд. Ей было жалко Дерри, хотя она и радовалась за Ронни.

– В прошлом месяце прибыли два канадских батальона. Что они собой представляют, ты не знаешь? – спросил Ронни у Алистера. – Интересно, если японцы все-таки нападут, будет ли польза от канадцев?

– Любое подкрепление сейчас кстати, – сказал Алистер. – Я видел, как они размещались, и мне показалось, что они прилично экипированы.

– Экипированы они превосходно, но и самоуверенны сверх меры, – заметила Жюльенна, избегая смотреть в умоляющие глаза Дерри. – Я наблюдала, как они высаживаются на берег. Их строем вели в казармы, впереди с помпой маршировал оркестр. Все это выглядело великолепно.

– Молтби должен быть благодарен за подкрепление, – сказал Том. – Особенно на фоне всеобщего испуга, который охватил остров.