Малыш по контракту - Айрин Лакс

Я отключаюсь за миг до того, как объявляют посадку на поезд.

Ратмир

– Ратмир! Просыпайся…

– Да что ты с ним церемонишься? Пни его хорошенько. Вот так!

Мощный удар по ногам заставляет открыть глаза.

– Совсем сдурел, Волчище? Это же мой брат! Пошел отсюда… – повышает голос Тамара.

– А ты не охренела, часом? Выгоняешь меня из моей же хаты? – злится Серый.

– Тшш… – шиплю. – Умолкните. Оба… Где я?

Перевернувшись на спину, ловлю поток ледяной воды в лицо и быстро подпрыгиваю, ударившись головой об унитаз.

– Ааа… Черти! Вы что творите?!

– Доброе утро, Ратмир. Вернее, добрый день. Держи полотенце! Давай я тебе лицо протру! – суетится рядом со мной Тамара, отбросив в сторону пластиковое ведро.

Вот же стервочка, а! Сама водой окатила, сама же и обтирает заботливо!

Очухавшись, замечаю Серого, прислонившегося плечом к дверному косяку. Он салютует мне двумя пальцами.

– Привет, дружище!

– Я у тебя, что ли?

Я кручу головой по сторонам, отмечая минималистичный дизайн: белый с вкраплениями абстрактных мазков черного и красного. Похоже, точно у Серого.

– В гости напросился.

– Давно?

Серый вздыхает, закатывая глаза.

– Сутки как зависаешь у меня. Но спаивал тебя не я! Клянусь, что ты ко мне уже сильно подвыпившим приехал. Нес бред про обман и секреты.

– Иди уже! – фырчит на него Тамара. – Бред – это то, что ты нес про мужскую дружбу и не хотел выдавать мне, где брат! Я с ног сбилась, ищу его… Переживаю, а ты… Уууу… Терпеть не могу тебя, Серый!

– Аналогично! – выдает друг чересчур резко и трескает дверью ванной комнаты.

Звон отдает в ушах. Стону болезненно! Тамара продолжает суетиться рядом и болтать, как всегда, трындеть обо всем на свете.

– Я так и знала, что ты у Серого. Хоть вы вроде бы не очень хорошо общаетесь после того, как ты набил ему морду. Кстати, совершенно зря! Абсолютно! Не стоило этого делать… Но я предчувствовала, что ты у него. Когда Лиля позвонила и спросила, я сразу поняла, где ты можешь зависать!

Лиля…

В груди сжимается сердце, причиняя адскую боль.

– Лиля звонила? Когда?

– Еще вчера. Вечером. Она была очень грустная. Вы поругались? И ты оставил ее одну! Хочу сказать, что ты – свин! Ты мой брат, но ты – свин! У тебя появилась девушка, которая понравилась всем, даже папе, а ты знаешь, как ему угодить трудно! Мама в ней души не чает, и на общение Лиля нормальная, прикольная! В общем, она – классная, а ты – свин, так и знай! Я тебя люблю, но ты поступаешь как самая настоящая и самая подлая свинья! – начинает тарахтеть Тамара.

– Постой… Не трынди, дай с мыслями собраться.

Я стону: вот кретин Я же не планировал так погружаться в пьянство, просто хотел посидеть немного, залить тоску и пылающую обиду. Неужели забухал так, что даже не помню, как попал в гости к Серому… Вот это я дал жару!

– Вы поругались? – спрашивает сестра. – Очевидно, что так и есть! Потому Лиля переживала. Она ни слова не сказала, что вы поругались, но она спрашивала, где ты! Не с семьей ли… Потом она сделала вид, что все хорошо, будто ты подарок выбираешь! А то я не знаю, что ты все подарки уже давным-давно купил. Она была очень… Подчеркиваю, очень грустной! Я сразу подумала, что ты у Серого и потребовала признаться, где ты. Он не хотел говорить. Пришлось приложить… усилия.

Голос Тамары немного сбивается в этом месте. Я не способен придавать этому значение прямо сейчас, когда внутри все болит, ноет и крутит. Бомбит от беспокойства за нее и малыша, агонизирует от осознания того, что Лиля мне лгала. Так долго лгала! Черт знает, о чем еще она мне соврала!

– Дашь телефон?

– Дам, конечно. Только ты встань, хорошо? А еще у меня совсем нет времени. Я опаздываю на прическу. Нас Серый отвезет, хорошо?

– Какая еще прическа? Зачем…

Плохо соображаю. В голове – каша. Исключительно вязкие, трескучие и спутанные мысли на поверхности сознания плавают. Глубже и ниже нырять опасно. Боюсь, что размажет меня…

– Зачем? – Тамара смотрит на меня с укором. – Ратмир, сегодня свадьба у Тимура! Забыл?!

– Черт…

– Как ты мог о такой дате забыть? Немедленно приводи себя в порядок. В каком салоне Лиле прическу будут делать?

Поднимаюсь с большим трудом, ищу свой телефон.

– Твой телефон в мусорном ведре. Ты его убил жестоко, кажется, швырял во все стены. Восстановлению явно не подлежит. Хочешь, мой возьми? Только вот сюда не заглядывай, переписки не прочесывай, и в галерею не смотри, понятно? Лучше давай я тебе сама наберу все необходимые номера и телефон подержу! – держит на расстоянии от меня телефон в розовом пушистом чехле с блестящим радужным рожком единорога.

Иногда мне кажется, что в голове у Тамары в голове до сих пор одни пони и радужные облака из ваты. Эти мысли приводят меня к мыслям о Лиле, о ее маленьких беременных прихотях – о том самом печенье, которое я постоянно брал для нее на заказ.

Ноет под сердцем… Неожиданно сильно и болезненно ноет! Я не хотел ничего дурного, клянусь, но, кажется, мы приплыли. Просто приплыли…

Я не могу себя собрать воедино и пока не представляю, как относиться к ней после всего, что она на меня вывалила. Знаю только, что нужно непредвзято все разузнать о ней – настоящей, и только потом делать какие-то выводы.

Так тошно…

– Ратмир! Ну же… Что, звонить передумал? Как знаешь! – пожимает плечами. – Времени мало, я на прическу и макияж. Ты поступай, как знаешь! Серый… Серый, мне нужно в салон красоты! – вопит