Солнце - Анна Джейн

Для Октавия это было не просто развлечение. Волею судьбы Дастин стал одним из посвященных в его тайну и знал, кто скрывается под маской. С ним не нужно было притворяться, что-то утаивать, изворачиваться. При Дастине Октавий мог смело упоминать о том, что барабанщик «Лордов» - это он, и рассказывать о разных примочках к установке, о качестве железа, о том, как звучит тот или иной ритмический рисунок. Единственное, о чем Октавий никогда не говорил с Дастином, это о Лилит.

- У тебя есть что-нибудь выпить? - спрашивает музыкант, проходя в гостиную. Его слегка покачивает. В глазах - то ли злость, то ли раздражение, то ли страх.

- Тебе уже хватит, - бросает Дастин.

Блондин не слушает его - идет к барной стойке. Наливает виски себе, а потом и Дастину, кидает в бокалы лед. И выпивает залпом. Дастин с интересом за ним наблюдает.

- Что случилось?

- Ничего, чувак. Я просто хочу выпить, - отвечает Октавий, берет с собой бутылку и заваливается на диван. - Давай со мной?

- По твоей морде видно, что что-то случилось. Выкладывай, - велит Дастин.

- Я конченый дурак! - вдруг весело объявляет Октавий. Дастин приподнимает бровь.

- В смысле?

- Искал ее.

Октавий со стуком ставит бокал на прозрачный столик.

- Кого - ее? - не сразу понимает Дастин.

- Ту девчонку. Лил. Мою Лилит.

Октавий трет лицо ладонями. И нервно смеется.

- Вот оно что. В тебе проснулся романтик? - усмехается Дастин. Почему-то ему смешно - наверняка приятель не привык, что женщины посылают его, а подружка рыжей, скорее всего, так и сделала. - И что, она послала тебя? Сочувствую. Выпей-ка еще стаканчик.

- Не послала, - глухо отвечает Октавий.

- Даже так? Неужели твоя Лил переспала с тобой и бросила? - продолжает веселиться Дастин. - Ты чувствуешь себя использованным?

- Заткнись! - прикрикивает на него Октавий. - Ты не понимаешь! Черт, я не должен был искать ее. Знаешь, чего мне это стоило? Давно не чувствовал себя таким жалким. Со времен «Пепельных цветов», мать их...

- Ты ее любишь, что ли? - недоверчиво спрашивает Дастин.

Октавий улыбается. Нет, скалится - в его улыбке веселья ни на унцию. И глаза так болезненно блестят, что актеру становится жаль приятеля.

- Я хотел извиниться. Просто извиниться. Это плохо?

- Нормально, - пожимает плечами Дастин. - Так она не приняла извинений?

- Она даже не захотела меня увидеть. Меня. Она. Не захотела. Увидеть. Меня, понимаешь? Меня! - и Октавий пьяно смеется. - Дала мне понять, что я ее недостоин.

Он сбивчиво рассказывает Дастину, что весь день уговаривал себя на то, чтобы позвонить Лилит и извиниться, однако она изменила номер телефона. Тогда он, поломав собственную гордость, поехал к ней домой - помнил адрес. Дверь открыла ее светловолосая подружка и сказала, что Лилит больше тут не живет. И никогда больше жить не будет. А для него, Октавия, она вообще, можно сказать, умерла.

И он ушел.

Сначала Октавий был в ярости. Ему казалось, что его просто послали, да еще и откровенно поглумились. Он поехал в какой-то клуб, а потом в бар - глушить свою злость. Но там ему стало тоскливо. И алкоголь, музыка и красивые девушки больше не помогали. Он ушел и решил наведаться к Дастину, дом которого находился неподалеку от бара.

Сейчас Октавий находится в состоянии злой растерянности и обиды. Он не собирался идти у нее на поводу. Не собирался просить быть с ним - в конце концов, убежать было ее выбором. Он не собирался так унижаться.

Но сделал это и вместо удовлетворения получил стрелу в сердце.

- Знаешь, до чего я дошел? Только не смейся, иначе я разобью тебе лицо. Не смейся... Я искал девушек, похожих на нее. Ее типаж. Типаж королевы драмы. А когда я с последней такой малышкой оказался в кровати - или это было на балконе? - я назвал ее «Лил». И знаешь, что самое паршивое, мужик?

- Что? -спрашивает Дастин.

- Ей было плевать, как я ее зову. Лил, Элис, Натали - неважно. Главное, что я позволяю ей быть с собой. А она... Лил... Лилит... - его язык начинает заплетаться. - Она всегда меня поправляла, когда я называл ее неправильно. Она поправляла, потому что хотела остаться собой. А им всем наплевать, кем быть, главное получить меня. Ты ведь понимаешь это? Понимаешь, я знаю. Эй, не смотри на меня так, мужик! Она мне не нужна! Мне нет дела до этой девчонки. Но какого... какого черта она так со мной?

И он вновь тянется к бутылке.