Любимая игрушка Зверя - Валерия Ангелос

Михаил опять старается забрать дочку.

- Нет! – кричит она так громко, как никогда прежде, вырывает мою душу. – Нет! Урод! Ублюдок! Я тебя ненавижу! Ненавижу! Понял? Чтоб ты сдох!

- Катя, - пораженно шепчет бывший. – Катенька, чего ты…

Жуткая сцена. Страшная. И хуже всего – я понятия не имею, как поступить дальше. Ясно, банкет заказан и оплачен Багровым-старшим. Бесполезно действовать легальными методами и пытаться обжаловать решения проплаченного суда.

- Твое воспитание, - ядовито цедит бывший. – Твое! Раньше они так себя не вели. Были тихими и послушными. Что ты им наплела обо мне?

- Миша, - нервный смешок вырывается из горла. – Откуда тебе знать, какими наши дети были и как себя вели? Ты плевать на них хотел, почти с ними не общался.

- Ложь! – восклицает. – Наглая ложь! Да как ты…

- Папа, - произносит сын. – Мы все знаем. Про твои измены. Про предательство мамы. Я никогда не думал, что скажу это, но… мне стыдно. Очень стыдно, что ты мой отец. - Миша, - повторяю. – Одумайся. Неужели ты не понимаешь? Совсем не замечаешь реакцию наших детей? Неужели тебе настолько наплевать?

Надежда вспыхивает внутри. Острая. Мощная. Жгучая. Сейчас я и правда верю, супруг остановится, прекратит разыгрывать чудовищный спектакль.

Его взгляд. То, как дергаются уголки губ и подрагивает подбородок.

Михаилу больно. Я вижу. Чувствую. Ему очень больно участвовать во всем этом, устраивать всем нам реальный ад. Он начинает сомневаться.

Но тут в квартире возникает еще один человек. Врывается яркой вспышкой, наполняет коридор тягучим цветочным ароматом.

Миг – и почва уходит из-под ног.

В мою квартиру вплывает роскошная блондинка. Да, именно «вплывает». Продвигается вперед, покачивая бедрами и движется так, будто не касается земли вовсе. Отмечаю это автоматически, едва осознаю. Просто девушка кажется здесь инородным телом.

Остальные люди, толпящиеся в коридоре, моментально расступаются, пропуская ее вперед, уступая дорогу.

- Милый, сколько можно терять время? – спрашивает моя бывшая одноклассница Наташа Судак и обнимает моего бывшего мужа, обвивает его плечи руками. – Конечно, для детей эти новости шок, но они быстро привыкнут. Нужно поспешить. Куча важных дел.

- А это еще кто? – спрашивает Димка.

- Мама, я не пойду, - Катя вцепляется в меня настолько крепко, что и не оторвать.

- Наталья, - следует представление лично от незваной гостьи. – Невеста вашего отца.

Красная иномарка, на которой приезжал Михаил. Тот же автомобиль, который прежде подобрал меня на остановке, когда я еще работала на рынке. Приторный аромат духов. Пряный и резкий, цветочный. Запах лилий. Супруг тоже пробовал букет лилий однажды преподнести. К любовнице опоздал? За порог его выставила? Вот и решил хотя бы жене подарить. Не пропадать ведь добру. И главное – салон красоты. Название. «Натали».

Фрагменты сходятся воедино. Четко. Один к одному. Чем дальше, тем гаже. Однако мне практически наплевать. Поражаюсь своей глупости и наивности. Столько лет ничего не замечала, не подозревала. И в мыслях не возникало сомнений в чувствах.

- Что? – сын шокирован. – Батя, ты с дуба рухнул? Какая еще невеста? Она же врет? Врет, да? Что за хрень?

- Мы действительно собираемся пожениться, - подтверждает Михаил. – Ладно, дети, хватит спорить впустую. Я в любом случае вас заберу от матери. Лучше сегодня, чем затягивать этот переезд. У нас будет безопаснее, чем квартире, где жил преступник.

- Никита тут не жил, - говорит дочь. – Он ни разу не ночевал, просто приходил помочь. И он точно не преступник.

- Этот… хм, этот Никита сидит в тюрьме, - отрезает холодно. – Невиновного человека туда не отправят.

- Преступник ты! – выпаливает Катя. – Ты хочешь забрать нас от мамы!

- Я буду вашей новой мамой, - вступает в разговор Наташа, склоняется над моей дочерью, поправляет выбившиеся пряди ее волос за ухо. – У вас будут новые вещи и красивые игрушки. Мы поедем отдыхать на известный курорт. Билеты забронированы.

Катя плюет ей в лицо. Моя спокойная и тихая Катя, молчаливая девочка, которая никогда не нарушает правила приличного поведения.

Наташа отшатывается. Нервно вытирает щеку ладонью. Ее красивые губы искажены, но она не произносит вслух ничего из того о чем реально думает.

- Забирайте их, - бросает полиции. – Чего застыли?

- Наташа, я должен сам, - пробует возразить Михаил. – Это же мои дети. Вещи не собраны, одежда...

- Новое купим, - отмахивается. – Ну, живее. Выполняйте свои обязанности.

Все переглядываются. Ад продолжается.

Дима кричит. Катя плачет. Полиция и соцработники пытаются урегулировать ситуацию. Я глохну и слепну от всего происходящего. Понимаю, нужно что-то сделать, как-то помешать, остановить весь этот кошмар. Но на моей стороне нет никакой силы. Правда тут не работает. Закон вынес приговор в пользу сильнейшего. Справедливости не будет.

- Катя. Дима. У нас нет выбора, - целую дочь и сына, обнимаю, стараюсь все свое тепло отдать. – Сегодня – нет. Потом все изменится. Клянусь. Обещаю. Сегодня вам придется поехать с папой. Другого пути не существует. Но я обязательно верну вас. Обязательно. Слышите? Я найду способ. А может… может, у вашего отца проснется совесть и он сам поймет, какую ошибку совершает.

- Нет, - всхлипывает Катя. – Мама, нет…

- Они не могут нас заставить, - уперто заявляет Дима. – Не могут.

- Могут, - вздыхаю. – В том-то и дело, что могут, поэтому нам и придется выполнить решение суда. Но я продолжу бороться за всех нас. Даже не сомневайтесь.

- Мам, мы не сомневаемся, - сын мрачнеет. – Просто отец – сволочь.

- Чего? – взвивается Миша. – Да что ты себе позволяешь, щенок…

Потом муж смотрит на полицию и замолкает, понимает, выгоднее другую роль играть. Не стоит истинную натуру показывать.

- Ваш отец