Хромой из Варшавы. Книги 1-15 - Жюльетта Бенцони

припомнив все – а в последние сутки Альдо только и делал, что вспоминал и размышлял, – он подумал, что, возможно, идея отправиться прямо в Грансон была не так уж и хороша, хотя она показалась ему единственной, которая может помочь развязать узел драматической истории. Припомнил он и предостережение, высказанное в письме План-Крепен. Но он не был полицейским и приехал в дом человека, чью память чтил и уважал. Минуя Ивердон, он, как и в прошлый раз, когда они приезжали сюда с Адальбером, купил букет роз, чтобы положить на могилу барона.

Альдо взглянул на часы. Пока все складывалось необыкновенно удачно. В ту самую минуту, когда он собирался войти в жилище Гуго фон Хагенталя, План-Крепен, по предположению Альдо, сев на Лионском вокзале в поезд на Понтарлье, отправлявшийся в 8.30, была еще в пути. Часы показывали половину третьего, и даже если поезд следовал без опозданий, которые случались довольно часто, Мари-Анжелин оставалось проехать еще добрую сотню километров. А потом ее ждала пересадка в Дижоне: поезд до Понтарлье следовал из Швейцарии через Безансона. Так что у Лекока и Дюрталя была реальная возможность перехватить Мари-Анжелин у выхода с вокзала. А Морозини тем временем узнает, что делается в Грансоне, и даже, возможно, успеет съездить в приграничную деревушку, где у Гуго есть небольшое хозяйство, которое так и называется – «Ферма».

Но если письмо написал не Гуго… То можно опасаться самого худшего!..

Сигарета, которую курил Альдо, чтобы лучше думалось, еще дымилась, и он раздавил окурок в пепельнице. Снова завел мотор, выехал на дорогу и остановился на этот раз прямо перед воротами «Сеньории». Вышел из автомобиля, позвонил и стал ждать. Ждать пришлось недолго. Старичок Георг, как видно, был неподалеку, потому что появился почти тотчас же. Суровое лицо старого слуги, как только он узнал гостя, сразу осветилось улыбкой.

– Ваша светлость! Князь! Вот неожиданная радость! Вижу, вы храните верность нашему бедному барону, – добавил он, увидев на заднем сиденье букет роз.

– Его трудно забыть, вы сами знаете, – отозвался Альдо. – Я в Швейцарии по делам и не мог не заехать к вам.

– Извольте въехать на территорию и идите прямо к террасе, а я сейчас запру за вами ворота и немедленно приду.

Альдо удивился неожиданным предосторожностям. В прошлый раз ворота стояли открытыми все время, пока они тут гостили. Он снова сел в автомобиль и въехал в ворота. Еще он заметил, что у старика что-то с ногой: он ходит, опираясь на палку.

– Что с ногой? – спросил он Георга, когда тот доковылял до него. – Несчастный случай?

– Пустяки! Обычный вывих. И уже почти не болит.

– Почти – это не слишком хорошо. Не рано ли вы нагружаете свою ногу?

– Жена мне говорит то же самое, но ведь я хожу с палкой, и мне совсем не больно. И потом, вы только представьте: как тоскливо сидеть прикованным к креслу, когда вокруг тебя кипит жизнь. Но вы, может быть, заглянете в дом прежде, чем идти на могилу? Могу я предложить вам чашечку кофе?

– Выпью с удовольствием, – улыбнулся Альдо. – И должен вам признаться, что у меня есть и другая причина для визита: я хотел бы повидать господина Гуго де Хагенталя, нового владельца этого старинного дома.

– Он в отъезде, но вы все равно проходите, Ваша светлость, садитесь вот здесь, а я вам сейчас принесу кофе, – пообещал Георг, вводя гостя в столь памятный для него зал.

Альдо вновь с удовольствием полюбовался огромным камином с карнизом, декорированным сценой, изображающей битву оленей, и целой коллекцией старинного оружия над ним. Конечно, огонь сейчас в нем не горел. Полюбовался гость и каменными скамьями в глубоких нишах средневековых окон, гобеленами, украшенными орнаментом с растениями и травами, согревающими холодные белые стены. А вот старинной кровати с колонками и пологом, последнего прибежища старого барона, здесь уже не было. Зал вновь приобрел торжественный вид и вполне подходил для приемов, но назвать его гостиной было трудно, он больше соответствовал рыцарям, а не дамам, собравшимся поболтать за чашкой чая с пирожными. Удовольствие от встречи со стариной окрасилось для Альдо и печалью. Этот зал все еще не покинул высокий костлявый старик, который отгонял от себя смерть, дожидаясь, когда сможет наконец выполнить долг чести – он должен был отомстить за кровь, пролитую его предком.

Георг вернулся вместе со своей женой Мартой, поднос с чашкой кофе и печеньем несла она. Сделав маленький реверанс, она поставила кофе и печенье на стол.

– Нога еще подводит моего Георга, и я побоялась, что он устроит князю ножную ванну, – улыбнулась она.

– Спасибо, Марта, очень тронут вашей заботой, но я не хотел вас беспокоить.

– Какое тут беспокойство! Розы, которые вы привезли, очень дороги для нас. Они такие красивые. Господин барон так любил красивые розы!

– Мы отнесем их на могилу вместе, – предложил Альдо. – Но я приехал не только почтить память господина барона. Я хотел бы еще повидать господина Гуго де Хагенталя, я уже сказал об этом вашему мужу. Мне во что бы то ни стало нужно с ним поговорить.

Муж и жена, явно смущенные, переглянулись.

– Но его сейчас здесь нет, – повторила Марта слова Георга.

– Мы даже не знаем, когда он здесь появится, – эхом подхватил Георг.

– Если он на «Ферме», по другую сторону границы, то ничего страшного, я как раз туда собираюсь.

Лицо Марты стало страдальческим.

– К сожалению, ничего не можем вам сказать! Сейчас попробую вам все объяснить. До того, как господину Гуго достался этот дом, он жил в Берне и изредка ездил в Юра на «Ферму», которая досталась ему от матери. И когда он туда направлялся, то непременно заезжал к нам, проводил денек-другой с господином бароном. Хоть господин барон в последнее время не хотел, чтобы мы его так называли, но мы-то привыкли, нам переучиваться трудно.

– А мать молодого барона родом из Франш-Конте?

– Она из Бургундии. У нее был маленький замок по ту сторону границы, и он должен был перейти от нее к сыну, но она умерла, когда господин Гуго был еще совсем маленьким. Отец поспешил продать его под тем предлогом, что у них нет денег на его содержание…

– Марта! – с упреком обратился к ней муж. – Ты что-то разговорилась, дорогая. Его светлости все это совсем неинтересно!

– Напротив! – торопливо возразил Альдо. – Господин Гуго мне очень симпатичен. И я приехал сюда в первую очередь для того, чтобы увидеться с ним.

– Если уж наш добрый хозяин хотел повидать Его светлость перед смертью,