Северная корона. Часть 2 - Анна Джейн

- Мне понравилось, - неожиданно обернувшись, тихонько сказала ему Марта. Молодой человек с трудом расслышал

- Что понравилось? - не понял он.

- С тобой целоваться, - при этом она одарила Сашу таким хмурым взглядом, что он даже и не стал шутить или подкалывать ее. Брюнет дождался, пока девушка откроет дверь и скроется в квартире, в которой, судя по сладкому приятному аромату, готовили какую-то вкусную выпечку. На миг или даже чуть больше Александру захотелось оказаться за дверьми этой уютной квартиры - а он не сомневался, что Марта живет именно в такой квартире, однако он отлично понимал, что никогда там не окажется.

Он быстро спустился по лестнице и, оказавшись в своей верной машине, поехал к себе.

- Где ты была? - устало спросила Марту мама, когда она оказалась в прихожей. Ни она, ни бабушка не спали. Скорее всего, что-то готовили - по всей квартире витал аромат бабушкиной выпечки.

- Я же звонила и сказала, что гуляю с друзьями, мы были в кафе, отмечали закрытие сессии, - ответила Марта, ставя балетки на полочку. Она, действительно, разговаривала с Эльвирой Львовной, правда, сказала не правду. Ну не могла же она сообщить маме, что стоит и выбирает обручальные кольца или свадебное платье!

- Марта, у тебя появился... парень? - вдруг очень осторожно спросила Эльвира Львовна. Удивленная Марта хотела сказать, что никого у нее нет, но вдруг огрызнулась, хотя редко позволяла себе это:

- А что, мне нельзя иметь парня?

Такого заявления ее мама не ожидала. Да и такого тона - тоже.

- Почему, можно, просто... почему ты не сказала о нем мне? - серьезно спросила она, подозрительно оглядывая дочь.

- Мама, - хотела, было что-то сказать Марта, но ее неожиданно перебила бабушка, которая неслышно вышла из кухни, где готовила вкусненькое для внучки.

- Эля, вот ты мне сразу сказала в свои двадцать, что со Славой своим познакомилась? - спросила она сварливо свою взрослую дочь.

- Хватит мне говорить о нем, - тут же вскинулась женщина. Она не могла говорить об отце Марты, а слышать о том, что он ее, совершенно не желала.

- Эля, уже сколько лет прошло, а ты все никак успокоиться не можешь, - покачала головой пожилая, убеленная сединами женщина в цветочном розово-зелено-голубом переднике.

- Мама, это мое дело, я сама со своей личной жизнью разберусь, - поджала губы Эльвира Львовна.

- Марта, думаю, вправе сказать то же самое, - посмотрела дочери в голубые глаза бабушка Марты. - Хватит ее контролировать, милая моя. Тебе ведь не нравится, когда я контролирую тебя, так ведь? И не говори ничего сейчас о возрасте, хорошо?

- Мама! Хватит! И при чем тут возраст? - рассердилась Эльвира Львовна.

- Когда тебе было двадцать, ты за Костю вышла и ребенка от него ждала.

- Вот именно! Когда мне было двадцать, как Марте, я совершила ошибку, и я не хочу, чтобы она, - начала, было, женщина, но осеклась, увидев полный негодования, возмущения и обиды взгляд своей дочери.

- Спасибо, мама, что назвала меня ошибкой, - громко и выразительно сказала Марта. Ей стало обидно. У нее был такой насыщенный день и столько неприятностей - этот похотливый мужик, например, которого и вспоминать страшно, и вместо того, чтобы просто как-то поддержать, мама начинает нести всякую обидную чушь!

Марта, хлопнув дверью, скрылась у себя в комнате.

- Марта! - крикнула женина в растерянности. - Я не это имела в виду! Марта!

Однако ответом ей было молчание.

- Вот видишь, Эля, - наставительно сказала растерянной дочери самая старшая из Карловых, - вот видишь?

- Что вижу? - волком взглянула на нее та, понимая, что обидела дочь. Она, действительно, имела в виду совершенно не это!

- Хватит контролировать дочь. Если у нее появился парень - то ее дело и ее парень. А совершать ошибки мы все горазды, знаешь ли. И ты не сможешь ее контролировать, она уже взрослая девица, - вполне резонно заметила бабушка. - Я, конечно, тоже не хочу, чтобы она однажды, как говорится, принесла в подоле, но если так бу...

- Мама! - заломила руки Эльвира Львовна. - Что ты несешь?!

- Я тебе просто говорю, - вздохнула пожилая женщина и направилась на кухню, оставив дочь в одиночестве. Эльвира подошла к большому зеркалу, висящему в прихожей, и с какой-то глубоко затаенной печалью посмотрела на свое отражение. Когда-то, в возрасте Марты она была очень даже красивой статной девушкой, у которой было много поклонников - иные из них были такими настойчивыми, что рисовали ей краской признания в любви под окнами и пели песни под балконом, сильно этим раздражая не только родителей и брата, но и многочисленных соседей. Одна из таких соседок, зловредная баба Яна, даже в школу ходила однажды жаловаться на юную соседку, к которой повышенное внимание проявляло большое количество парней.

Да, когда-то у Эльвиры Львовны было много поклонников, которые настойчиво пытались добиться расположения гордой светловолосой голубоглазой красавицы, однако все они были ей не по душе. Зато когда ей только-только исполнилось девятнадцать, Эльвира случайно познакомилась со студентом консерватории по имени Костя и совершенно внезапно влюбилась в него - почти мгновенно, за один вечер, проведенный в одной большой веселой компании. Кажется, это был День Рождение одной из многочисленных подруг Эльвиры. Слава - симпатичный высокий молодой человек с зелеными глазами и растрепанной шевелюрой обаятельного и немножко скромного музыканта, здорово и волнующе пел под гитару (он умел играть не только на фортепиано), очаровав все женское общество. Тогда, наверное, чуть ли не впервые обычно неприступная Эльвира сама первой подошла к молодому человеку, завязала с ним разговор и добилась того, что Костя, которому чуть резковатая, но красивая девушка с характером тоже понравилась, пригласил ее, жутко стесняясь, на свидание. Эльвира благосклонно согласилась, вся сияя от непонятного счастья, и ждала их следующей встречи так, как будто бы ей должны были отдать миллион рублей или, по крайне мере, билет на концерт любимых групп "Наутилус Помпилиус" и "Парк Горького". Правда, Костя умудрился немного опоздать, а Эльвира, наоборот. Пришла первой и некоторое время ждала парня, обозлившись на него, но, как только увидела, сразу простила - почему, она и сама не понимала. Костя притащил с собой большой букет роз - его родители были довольно обеспеченными людьми, связанными с искусством, поэтому на каждом свидании молодой пианист дарил Эльвире цветы или небольшие подарки или делал приятные сюрпризы, заставляя влюбляться в себя все больше и больше, хотя больше, казалось, было уже невозможно.

Вот так романтично начинались отношения тогда юной девушки и ее возлюбленного, чтобы сейчас через двадцать один год, стать весьма и весьма плачевными. После подлой, как считала Эльвира Львовна, измены мужа, она буквально возненавидела его - так же горячо, как и любила, а он боялся ее общества и не слишком-то горел желанием увидеться. Сначала Константин Власович приходил к дочери, которая очень его ждала - сначала один, а затем вместе с маленькой Юлей, и женщина делала вид, что все хорошо - только лишь смотрела на бывшего любимого человека тяжелым взглядом, полным презрения и каких-то еще неведомых чувств. А потом, когда Марта наотрез отказалась встречаться с папой, Константин Власович почти перестал видеться с Эльвирой, и любое упоминание об этом мужчине заставляло сердце женщины биться сильнее - то ли от негодования и раздражения, то ли от остатков былых и слишком уж сильных чувств, результатом которых и стала Марта, внешне очень похожая на своего отца.