Ашерон - Шеррилин Кеньон

— Эй, Карл, ты не мог сказать Эшу, что я уже приехал для встречи с ним?

— Конечно.

Он отошел от них, завернул за угол и скрылся из вида. Джулиан протянул руку за книгой. Тори аккуратно достала ее и отдала профессору. Она все еще обследовала территорию, и даже взглянула на крышу, где сидели пять человек. Две из них были женщинами, а остальные тремя очень молодыми людьми. Но внимание Сотерии привлек тот, кто стоял в стороне совсем один. Одетый в черную майку, он обладал лучшими руками, которые она когда-либо видела в своей жизни. Загорелый и великолепный, каждый его мускул был доведен до идеальной формы…и дело-то было не только в его руках. Из-за пота от стучания молотком, его майка прилипала к мускулистой спине, и увидев такую картинку, его просто хотелось всего облизать. На нем была черная бейсболка, одетая задом наперед, и даже оттуда, где стояла Сотерия, ей были видны черные наушники, которые вели к iPod в заднем кармане его рваных джинсов. Его левая нога отбивала ритм, пока он работал. Тори резко втянула воздух от позы, в которой он стоял. Мамочки, если у него будет лицо хоть немного симпатичное, то он определенно будет богом среди мужчин. И тут у нее зазвонил телефон. Сбитая с толку, она взглянула на дисплей и увидела, что звонила ее подруга Ким. Сотерия выключила его, а затем снова вернулась к осмотру крыши. Черт подери, «Мистер Сексуальность» исчез. Это было так…у нее не было времени на мужчин, а такой парень, как он, никогда не посмотрит на такую, как она. И она снова стала искать человека, к которому они пришли. Она увидела того, кто ходил за Ашероном. Он направился в другую часть дома, не сказав ни слова. Несколько людей вышли из-за угла, а потом Сотерия увидела парня с крыши…Святые боги Олимпа. Он был невероятно высокий, поджарый и просто потрясающий. Его майка все еще прилипала к идеальному телу и не доходила до пояса его штанов. Вместо этого, она приоткрывала кусочек, от которого текли слюни, упругого, словно стиральная доска, загорелого живота. Джинсы у него сползли с его узких бедер, открывая столько всего в его теле, что она даже задумалась, а есть ли у него вообще нижнее белье? Незнакомец был в темных солнцезащитных очках и жевал жвачку самым сексуальнейшим образом, который она могла себе только представить. Вспотевший и прекрасный, он потянулся и снял бейсболку…и из под нее разлетелась копна угольных волос с красной полоской впереди. Нет…это никак не мог быть…Конечно мог. Сотерия сразу же узнала эту скрупулезно-сексуальную походку. Он медленно вытащил наушники из ушей, подходя к ним.

— Эй, Джулиан.

И когда он посмотрел на нее, ей захотелось кричать.

— Ах ты поганый сукин сын! — заорала она, шокированная она, что такие слова вообще могли слететь с ее губ в присутствии доктора Александера.

Сотерия очень редко их употребляла, но в данном случае, она никогда и ни к кому не испытывала такой ненависти, как к этому парню. Она взглянула на Джулиана.

— Вы пришли к нему за советом? Сколько ему? Пять лет? Клянусь у меня свитера и то старше, чем он?

Она резко развернулась, чтобы пойти назад к машине.

— Вы разве не хотели мне что-то показать? — подколол мужчина с ноткой смеха в голосе.

Эти слова вернули ее в реальность униженных и оскорбленных, в которой до него ей не приходилось находиться. Чистая абсолютная ярость ослепила ее, и прежде чем она осознала то, что собирается сделать, Тори схватила молоток с козлов для пилки дров, которые стояли рядом с ней, и зашвырнула ему в голову. К сожалению, он увернулся…а потом засмеялся. Засмеялся! Больше не имея сил терпеть его издевательства, она помчалась к машине, надеясь, что они не понесутся следом за ней. Джулиан уставился широченными глазами на Эша.

— Черт подери, атлантец, что ты натворил такое?

— Я только что завел себе нового друга.

Нервно рассмеявшись, Джулиан покачал головой.

— Я тоже однажды вот так завел знакомство, так этот ублюдок едва не выпотрошил меня.

— Да уж.

Эш почувствовал укол вины, за то, что так сильно ее обидел. Но это ничто по сравнению с тем, чтобы сделали с ним самим, увенчайся ее поиски успехом.

— Пожалуй, я вернусь на свою крышу.

Джулиан наклонился и посмотрел на улицу.

— Мне нужно идти и догнать ее, чтобы вернуть это.

Эш весь похолодел, когда увидел в руках Джулиана маленький квадратный сверток.

— Вернуть что?

— Это журнал, который она нашла на каких-то раскопках в Греции.

— Я могу на него взглянуть?

— Конечно.

Джулиан развернул и протянул его ему. У Эша затряслась рука, пока он не приказал сам себе не поддаваться эмоциям. Но внутри… внутри он был полон печали. Он открыл обложку и увидел до боли знакомый почерк.

Сегодня мой восемнадцатый день рождения. Отец разбудил меня новым ожерельем, и потом мы с мамой провели целое утро в саду. Отец всегда был добр и позволял ей навестить меня в мой праздник. Эш стиснул зубы, представив тот сад, за которым Рисса так дотошно ухаживала. Он никогда не знал, что она была там со своей матерью.

— Ты можешь прочитать это, не так ли?

Ашерон кивнул.

— Это очень древний диалект. Провинциальный.

— Ну, раньше я мог бы сказать, что эта новость должна была осчастливить ее, но после такой реакции на тебя, я уже не очень уверен в этом.

Также как и он. Он, конечно, заслуживал ее злобу.

— Не возражаешь, если это побудет у меня какое-то время?

Джулиан уклонился от прямого ответа.

— Это не совсем мое, но, тем не менее, я доверяю тебе, чтобы ты сделал, что считаешь верным.

— Поверь мне, так и будет.

Джулиан поклонился и ушел. Эш стоял, держа в руках дневник сестры. Он не мог поверить в то, что он мог так хорошо сохраниться. Он был похоронен под водой с тех пор, как Ашерон затопил Дидимос. Но в отличие от своей матери, он сначала убедился, что все выжившие покинули остров, прежде чем он уничтожил его. А теперь кусок его прошлого вернулся к нему, как преследующий его призрак. Вопрос был в том, что Ашерон собирается делать со всем этим?