Не ссорьтесь, девочки! - Ануш Варданян

— Она тоже! — кивает Юлька на Нонну.

— Она еще на этапе неопределенности, мозг требует подпитки, чтобы справиться с ворохом проблем.

— Это что же за проблемы? В чем пойти на первое свидание с Олегом? Или с Федей? Вот она, нынешняя молодежь! Сначала — в койку, а потом — на первое свидание!

Нонна и не думает защищаться.

— Говорите, что хотите, но мы с вами как настоящие ведьмы меняем реальность. Вы посмотрите, что происходит. Мы пишем о своих желаниях — они исполняются. Мы пишем о том, что с нами происходит, — и это закрепляется, фиксируется.

— А когда ты вчера на Федю наступила, ты о чем думала? — дознается Юля. — О мистике жизни?

— Именно!

— Вот идиотка. А я бы просто обрадовалась. Ты радоваться умеешь?

Нонна хватает рукопись и, не слушая подругу, начинает писать.

— Нет, ответь. А когда с Олегом проснулась, тоже думала о парадоксах жизни?

— Да…

— Она больная, оставь ее, — просит Сонька и гладит Нонну по голове.

— Ну зачем ты так! Ты же знаешь, как все произошло, знаешь, что я мучилась и раскаивалась. Зачем ворошить прошлое, которое и так камнем висит на моей шее! Про это мы уже писали.

— Так, хватит нам русской классики! Вчера — Островский, сегодня — Чехов. Действительно, в чем пойдешь на свидание, Раневская ты наша?

— А с кем у нее свидание? Я что-то запуталась.

— Неважно с кем, главное — в чем.

Нонна с надеждой глядит на Юлю:

— А можно в новом?

— Это в чем же? Это в штанах льняных от Босса?

— А что, нельзя, да? — путается Нонна. — Ужасно, да? Почему же вы мне об этом там не сказали?! Я ведь с собой юбку специально брала, чтобы переодеться, если что!

— Постой, постой, я разве что-нибудь сказала? — беспокоится Юля. — Что ты в истерику впадаешь?

— Потому что она ужасно хочет на два свидания, потому что ей приятно оказаться между двумя мужиками, потому что ей страшно хочется обновок. Ей хочется быть нормальной бабой, — растолковывает Соня.

Нонна хватает рукопись книги.

— Пишем! Пишем!

— Нет, ты не прикрывайся тетрадкой, — настаивает Соня.

— Это не тетрадка, — уверяет Нонна. — Это наша миссия. У нас миссия такая, мы должны опубликовать эту книгу и…

— Разбогатеть, — лаконично завершает Соня.

Как бы не так. Нонку ведь не собьешь с мысли. Зануда. Интересно, что с ней будет в старости?

— Помочь тысячам женщин.

— Ну зачем же тысячам, давай сразу миллионам, — смеется Юля.

Нонна, как Гагарин, машет рукой, но вместо «Поехали!» говорит:

— Пишем!

И не дождавшись энтузиазма от подруг, наматывает строчки сама.

— А Добруша как? — спрашивает Юля.

Соня любовно смотрит на большой перстень на пальце.

— Поздравил с учреждением магазина, — и теребит Нонкины волосы. — Кстати, надо финансовый отчет ему послать.

— Пишем!

— Конечно, пишем. Юля, читай вслух, что она там пишет?

Юля заглядывает в тетрадь и читает:

«Исполнение желаний. Кто из нас умеет правильно загадать желание? Кто из нас может справиться с тем, что желание исполнено? Может быть, целью было не само желание, а его исполнение, процесс. И не чувствуете ли вы пустоту от того, что вот она здесь — ваша хрупкая воздушная мечта. Но она уже не та, она похожа на конкретную, очень конкретную тетю. Она приняла материальные формы и уже… не обольщает Как вы поступите? Предадите мечту или примете ее материализацию такой, какая она есть? Думайте. Будем думать вместе».