Навсегда в твоих объятиях - Кэтлин Вудивисс

— Черт! — рявкнул Тайрон, выскакивая из палатки. Не обращая внимания на стужу и пронизывающий ветер, он подбежал к ожидавшему неподалеку Авару. — Ты тоже видел?

Разведчик заглянул в голубые глаза начальника:

— Да, полковник. И не сомневаюсь — это твоя жена. Мы сидели в засаде, когда Ладислас проехал мимо. Они были так близко, что мы даже лицо ее смогли разглядеть. Это точно твоя жена.

— Да как это может быть?

Тайрон прижал ладонь к пылающему лбу, внезапно осознав весь ужас положения. Он лихорадочно соображал, как немедленно спасти Зинаиду, но понимал, что все способы, так или иначе, небезопасны. Круто повернувшись, он очутился нос к носу с подошедшим адъютантом.

— Я должен освободить ее, Григорий! Я должен пойти вниз и сразиться с Ладисласом один на один!

— Полковник, это чрезвычайно опасно, — сказал Григорий, понимая всю глубину потрясения, пережитого его другом. — Он, скорее всего, прикончит тебя, даже ни о чем не спросив. А если ты возьмешь с собой несколько человек, то он просто уйдет тайными тропами, прихватив Зинаиду.

— Я все понимаю, но это ничего не меняет. Если это Зинаида…

Похоже, Тайрон готов был на любой риск.

— Тогда будь предельно осторожен. Если им удастся ускользнуть из ловушки с такой прекрасной добычей, мы можем больше никогда не увидеть Зинаиду. Подумай об этом. Нужно выждать, пока мы не сможем окончательно захлопнуть мышеловку, отрезав разбойникам все пути к отступлению.

— Я должен вызволить Зинаиду! — нетерпеливо прервал Тайрон. — Если этого не сделать, они используют ее как заложницу!

— Но если так, полковник, то подумай о другом. Ведь если у них будет два заложника, нам не станет легче, — сказал Григорий. — Причем второго заложника они, скорее всего, убьют! Ладислас настолько зол на тебя, что, несомненно, желает твоей смерти.

Тайрон озадаченно взъерошил волосы и, наконец, сказал:

— Даже разбойники наверняка знают, что такое белый флаг. Я пойду вниз, к Ладисласу, и попытаюсь объяснить ему, насколько опасно его положение. Если он убьет меня или Зинаиду, ему придется разговаривать с пушками. Я должен убедить его, что никто из них не сумеет уйти. Перед лицом такой угрозы, я думаю, даже Ладислас станет сговорчивее.

Авар влез на дерево, росшее над обрывом, и оттуда стал наблюдать за отрядом Ладисласа, двигавшимся по тропе. Знаком подозвав Тайрона и Григория, он указал им вниз, и все трое увидели, как Ладислас и его соратники спешились, а потом атаман снял с коня Петрова женщину.

— Я с тобой согласен, полковник, — сказал разведчик. — Нельзя давать Ладисласу время на отдых, а не то он станет приставать к твоей жене. Моя сестра тоже где-то там. Я не виделся с ней с тех пор, как ее украли год назад, и не сомневаюсь, что ее обесчестил этот негодяй. Как и твоя жена, моя сестра слишком красива, чтобы Ладислас не возжелал ее. Я давно ищу ее, чтобы вернуть домой.

Тайрон положил руку ему на плечо, затем приказал седлать коня и привязать к копью белый флаг. Войдя в палатку, он надел тяжелый кожаный жилет, предохраняющий от вражеских выстрелов и от холода.

Григорий пришел с докладом, что все готово, но его тревожило, что Тайрон собирается идти безоружным.

— Ты знаешь мои опасения, полковник. Надеюсь, ты будешь осторожен.

Тайрон постарался его успокоить:

— Ради Бога, Григорий, поверь, что я выйду из этого дела живым и здоровым вместе со своей женой. Я вовсе не собираюсь умирать, но она там, внизу, в руках врага. А без нее мне не жить.

Задумчиво вздохнув, Григорий расправил плечи и с улыбкой посмотрел в лицо командира:

— Моя мать всегда говорила, что я принимаю все слишком близко к сердцу. Наверное, она была права.

Тайрон вымученно улыбнулся:

— Порой каждый из нас принимает все слишком близко к сердцу. Вот и я теперь волнуюсь оттого, что жена моя в плену и в полной власти этого разбойника. Ты знаешь, как надо действовать в мое отсутствие. Как только я подам сигнал палить из пушек, не мешкая, перекрывай им все ходы. А все остальное решишь сам, по обстановке. Ты остаешься за командира. Пора как-то убедить этого хвастливого негодяя, что мы не шутим.

— Не беспокойся, полковник, уж я расстараюсь. Он у меня понюхает пороху, как ни разу еще не нюхал.

— Отлично! Наверное, это единственный способ заставить его сдаться. Если не будет иного способа бежать, я поднимусь сюда по веревке, привязав к себе Зинаиду. Так что смотрите в оба и будьте готовы спустить канат.

— Не волнуйся, полковник, мы станем следить за каждым твоим шагом, — заверил его Григорий.

Выйдя из палатки, Тайрон вскочил на лошадь и взял белый флаг. Коротко отсалютовав Григорию, он тронул коня по тропе, ведущей вниз.

Зинаида в изнеможении прислонилась к лошади Петрова, как только Ладислас перерезал связывавшие ее кожаные ремни. Остальные разбойники уже разошлись по всему маленькому лагерю, предоставив атаману и его другу управляться с пленницей.

Ладислас радовался успешной вылазке и широко улыбался Петрову:

— Вот видишь, приятель, все вышло так, как я тебе и говорил. Девочка стала совсем ручной. Наверное, ей уже не терпится со мной в кроватку.

Петров недоверчиво проворчал:

— Погоди, она еще очухается. Вдруг еще решит, что это она сама отыскала тебя, чтобы убить.

— Ты ничего не понимаешь в женщинах, — весело возразил Ладислас. — Сначала я разрешу ей помыться и поспать немного. Когда она отдохнет, это будет уже совсем другая женщина. Говорю тебе, Петров, она полюбит меня сразу, едва проснется!

— Гм! — донесся презрительный возглас у него из-за спины.

Оглянувшись, Ладислас увидел, что Зинаида смотрит на него пылающими от гнева глазами. Теперь в ней едва ли можно было узнать ту богатую дамочку, которая однажды отважно выпрыгнула ему навстречу из своего экипажа. Одетая в широкий плащ, она скорее напоминала собственную тень, но по-прежнему готова была противостоять любому разбойнику.

Зинаида между тем с вызовом встретилавзгляд атамана. На подбородке у нее виднелась темная полоса грязи, да и все лицо было серым от дорожной пыли. Но, несмотря на дерзкую ухмылку, она была слишком вымотана.

— Вот видишь! — ткнул в нее пальцем Петров. — Она тебя тут же прикончит, стоит тебе только расслабиться! Как в ту ночь, когда она сумела добраться до моего ножа.

Ладислас задумчиво потер рану на ладони, вспоминая, как наивно надеялся воспользоваться попыткой боярышни сбежать. Из-под полуприкрытых век он внимательно следил, как она склонилась к храпевшему Петрову и вытащила его нож. Бесшумно перерезав ремни, которыми была привязана к спящему гиганту, Зинаида откатилась от него подальше.

Ладислас думал, что, последовав за ней, сумеет насладиться ее телом, покуда все вокруг спят, но оказался не готов к яростному отпору. Он едва успел отскочить, чтобы не попасть под смертельный удар. Думая, что обезоружить девчонку не составит никакого труда, он схватился за нож, и в тот же миг острое лезвие распороло ему ладонь. Если бы он не закричал и проклятиями не разбудил всю свою ватагу, маленькая плутовка могла бы убежать. Но общими усилиями ее быстро изловили и притащили обратно, как она ни брыкалась и ни визжала, осыпая их яростными ударами.