Навеки твоя Эмбер. Том 1 - Кэтлин Уинзор

— Ты меня этим не возьмешь! Ты заявил, что не стал бы жениться на мне, даже если бы мог! Так в чем дело? Смоги!

Теперь они мерили друг друга взглядами. Ответ Брюса прозвучал резко и неожиданно, как выстрел из пистолета:

— Нет!

Эмбер продолжала еще мгновение смотреть на него, но ее лицо густо покраснело, на лбу и на шее напряглись жилы, в которых пульсировала кровь.

— О-о! — ее почти истерический вопль наполняла ярость и боль. — Я ненавижу тебя, Брюс Карлтон! Ненавижу! Я… — она повернулась и бросилась вон из комнаты, громко хлопнув дверью. — Надеюсь, я никогда больше не увижу тебя!

Эмбер зарыдала и стремглав побежала вниз по лестнице. «Все! — говорила она себе. — Это последнее оскорбление, которое он наносит мне, последний раз он вот так обращается со мной!..»

Эмбер выбежала из дома Элмсбери прямо к своей карете.

— Погоняй! — крикнула она Темпесту. — Домой!

Она откинулась на сиденье кареты и зарыдала горько и отчаянно, кусая пальцы в перчатках.

Эмбер была так сильно расстроена, что не обратила внимания на другую карету, стоявшую у ворот дома с опущенными шторами на окошках. Эта вторая карета тронулась сразу после отъезда кареты Эмбер и не отставала от нее, поворачивая точно на те же улицы, останавливаясь в то же самое время и не допуская, чтобы какая-нибудь другая коляска вклинилась между ними. Они уже почти подъехали к дому, когда Эмбер заметила, что два ее лакея на запятках все время оборачиваются и обмениваются знаками, любопытные и озадаченные. Эмбер повернулась, взглянула через заднее окошко и поняла, что коляска наемная, но особого значения этому не придала.

И вот когда они свернули к большим южным воротам дома Дэнжерфилдов, несносная коляска тоже свернула. Эмбер вышла из кареты, все еще сердитая, хотя и пытаясь не выказать на лице своего настроения, и тут она столкнулась с Джемаймой, выходившей из наемной коляски. Картер в это время расплачивалась с возницей.

— Доброе утро, мадам, — поздоровалась Джемайма.

Эмбер пошла к подъезду, бросив падчерице небрежное приветствие. Но сердце ее тревожно стучало от ощущения близкой опасности. Эта чертова девица шпионила за ней! И более того, выследила!

— Одну минутку, мадам. Уделите мне немного времени, мне надо сказать вам пару слов. Вы с удовольствием дружили со мной, пока не приехал лорд Карлтон.

Эмбер застыла на месте, потом обернулась и посмотрела в глаза Джемайме. Ей ничего не оставалось, кроме как все начисто отрицать.

Какое отношение имеет к этому лорд Карлтон?

Лорд Карлтон остановился в доме Элмсбери, вот почему вы только что там были, так же, как и вчера, и позавчера и еще двадцать раз за этот месяц, я знаю это точно!

— Знаешь что, Джемайма, не лезь не в свое дело! Я здесь не в тюрьме и хожу туда, куда мне заблагорассудится. Леди Элмсбери, между прочим, моя близкая подруга, и я часто навещаю ее.

— Пока лорд Карлтон не приехал, вы не наносили ей визитов.

— Ее здесь не было! Она жила в деревне. Вот что, Джемайма, я прекрасно понимаю, зачем ты следишь за мной, и считаю нужным поговорить об этом с твоим отцом. Обещаю, он задаст тебе жару!

— Вы скажете отцу! А что, если я расскажу ему кое-что насчет вас и лорда Карлтона?

— Ты ничего не знаешь! И если бы не была ревнивой, как бесплодная жена, у тебя не возникло бы никаких подозрений! — Взгляд Эмбер метнулся от Джемаймы к Картер и обратно. — Да кто тебе насплетничал? Эта старая перечница? — виноватый взгляд опущенных глаз Картер подтвердил, что догадка была верной, и Эмбер, сделав последнее предупреждение, с видом торжествующей благодетели гордо удалилась в дом.

— И чтобы я больше не слышала этой твоей чепухи, Джемайма, иначе придется проверить, кому из нас двоих поверит твой отец!

Джемайма, очевидно, не имела желания проверять, поэтому в доме Дэнжерфилдов воцарилось спокойствие. Эмбер сказалась больной, чтобы у ее падчерицы не возник вопрос, отчего она перестала навещать леди Элмсбери. Время свадьбы Джемаймы неотвратимо приближалось, хотя дату и отложили на несколько дней после истеричного требования невесты. Эмбер же нетерпеливо ждала этого бракосочетания, чтобы убрать, наконец, со своего пути эту несносную соперницу.

Через несколько дней после ссоры с Брюсом Сэмюэль сказал ей, что лорд Карлтон заходил утром к нему в контору.

— Завтра он отплывает, — рассказывал Сэмюэль, — если установится попутный ветер. Надеюсь, когда он покинет Англию, Джемайма…

Но Эмбер уже не слушала. «Завтра! — думала она. — Боже мой, он уплывает завтра! О, я должна, должна увидеться с ним, непременно должна, еще хоть один раз…»

Его корабли стояли у пристани Ботолф, и Эмбер ожидала в карете, пока Иеремия ходил искать Брюса. Она нервничала, боясь, что Брюс все еще сердится на нее, но когда он подошел и увидел, кто его ждет, он улыбнулся. В тот день стояла жара, и Брюс был без парика, одетый только в бриджи и белую сорочку с широкими рукавами, загорелое лицо блестело от пота.

Эмбер наклонилась вперед и взяла его за руку нежно и призывно.

— Я должна была увидеться с тобой до твоего отплытия, Брюс, — быстро и тихо произнесла она.

— Мы заняты погрузкой такелажа, Эмбер, и я не могу уйти.

— Но мы можем подняться на борт, а? Только на одну минутку?

Он отступил на шаг и подал ей руку, помогая выйти из кареты.

Повсюду вокруг них кипела работа. У причалов тихо покачивались на воде корабли с высокими мачтами, с искусной резьбой и позолотой. Пристань была запружена людьми. Среди них сразу можно было узнать моряков по их походке враскачку из-за долгого пребывания в море. Сновали грузчики с тяжелыми бочками или большими деревянными сундуками и ящиками. Там и сям мелькали хорошо одетые купцы, от которых не отставали нищие — старые моряки-инвалиды, отдавшие ногу, руку или глаз за Англию. Шныряли мальчишки с вороватыми глазками, не спеша прогуливались престарелые джентльмены и вертелись ярко и вульгарно одетые дешевые проститутки — шумная разношерстная толпа.

Эмбер и Брюс шли по пристани, и взгляды всех людей устремлялись на них, ибо ее наряд, прическа, сверкавшие украшения не могли не привлекать внимания. Она была красива и выглядела аристократкой, к присутствию которых в порту местная публика не привыкла. Проститутки оглядывали Брюса не только с профессиональным интересом.

— Почему ты не пришел увидеться со мной? — спросила она вполголоса. Потом, минуя ограждение, двинулась по трапу на один из кораблей Брюса.

Идя следом, он ответил:

— Я решил, что моя компания будет тебе неприятна.

Он обернулся, сказал несколько слов кому-то из команды. Потом провел ее по палубе, затем вниз по лестнице, и они очутились в маленькой каюте. Комната выглядела уютной, хотя и не была роскошной. Здесь стояли широкая кровать, письменный стол и три стула. К темным дубовым стенам каюты были прибиты навигационные карты, на полу — стопки книг в кожаных переплетах.