Благословение небес - Джудит Макнот

– Полагаю, ты считаешь почти так же быстро, как и читаешь?

– Не совсем, – коротко и сухо ответил он.

– Понятно, – легкомысленным тоном продолжала она. – В твоейбиблиотеке, наверное, около десяти тысяч книг. Ты их все прочитал?

– Нет.

Она задумчиво кивнула, но в глазах ее плясал восхищенныйсмех.

– Ну да, ведь последние несколько недель ты был очень занят,ухаживая за мной. Видимо, это и помешало тебе закончить последнюю пару тысяч. –Его лицо немного смягчилось, когда она весело спросила: – Но ты планируешьпрочитать их все?

Элизабет с облегчением увидела, что он едва сдерживаетулыбку.

– Я думаю приступить к этому на следующей неделе, – ответилЯн с притворной серьезностью.

– Достойное занятие, – согласилась она. – Надеюсь, ты неначнешь без меня. Мне бы хотелось посмотреть, как это будет выглядеть.

Ян наконец расхохотался, схватил жену в объятия и зарылсялицом в ее душистые волосы, крепко прижимая к себе.

– Какими еще экстраординарными способностями вы обладаете,милорд? – прошептала она, обнимая его так же крепко, как он ее.

– У меня неплохо получается любить тебя, – прошептал он.

В последующие недели она получила доказательство этого всотнях различных мелочей. Помимо всего прочего, Ян никогда не возражал противее поездок в Хэвенхёрст. Для Элизабет, вся жизнь которой была связана с прошлыми будущим Хэвенхёрста, явилось неожиданностью осознание того, что ей жалковремени, которое ей приходилось проводить в Хэвенхёрсте, наблюдая за ведущимисятам работами.

Чтобы тратить на это по возможности меньше времени, онаначала брать домой сделанные архитектором наброски и советоваться по всемвозникающим проблемам с мужем. Независимо от занятости Ян всегда находил длянее время. Они просиживали долгие часы, и Ян шаг за шагом объяснял ей, какиеона получит результаты, предпочтя тот или иной вариант. Очень быстро Элизабетстало ясно, что он делает это исключительно ради нее и что это требует от негоколоссального терпения, поскольку сам он мгновенно просчитывал все варианты вуме. С невероятной скоростью он передвигался от пункта А к пункту Я, неостанавливаясь на промежуточных.

За исключением нескольких раз, когда она была вынужденаостаться в Хэвенхёрсте, все ночи они проводили вместе, и вскоре Элизабетпоняла, что их первая брачная ночь была лишь небольшой прелюдией к его дикой,прекрасной, а временами примитивной и необузданной страсти. Иногда он былмедлителен до бесконечности, заставляя ее испытывать все мыслимые чувственныеудовольствия и доводя до того, что она сама умоляла его прекратить эту сладкуюмуку, а иногда, лишь слегка подготовив ее, с грубоватой нежностью набрасывалсяна ее тело.

Однажды Элизабет призналась ему, что никак не может решить,что ей больше нравится, и Ян тут же быстро взял ее, а потом много часов ласкал,чтобы ей легче было сравнить. Он научил ее не смущаться и открыто говорить отом, что ей нравится, и не бояться проявлять инициативу.

К концу лета они переехали в Лондон, хотя сезон еще неначался и в городе было еще пусто. Элизабет согласилась поехать в город, потомучто думала, что так будет удобнее Яну, поскольку там жили большинство егоделовых партнеров, а также потому, что там была Алекс. Ян поехал, потому чтохотел, чтобы Элизабет от души насладилась новым для нее престижным положением вобществе, и потому что любил наряжать ее так, что она сверкала как бриллианты,которыми он осыпал ее. Ян знал, что для нее он был чем-то вроде любящегоблагодетеля и мудрого учителя, но в последнем она ошибалась, потому что он тожемногому от нее научился. На собственном примере она научила его быть терпеливымсо слугами и расслабляться, с ней он узнал, что после любви смех – одно извеличайших удовольствий на свете, он даже научился проявлять терпимость кслабостям и недостаткам многих представителей светского общества.

В этом Элизабет настолько преуспела, что за считанные неделиих стали считать самой приятной парой и приглашали на все благотворительные исветские мероприятия. На Брук-стрит в огромном количестве приходилиприглашения, и они вместе, смеясь, придумывали причины отказа от большинства изних, так как Яну нужно было время для работы, а Элизабет могла найти себе болееинтересные занятия, чем посещение званых вечеров.

Яну отвертеться от приглашений было легче: все знали, что онвечно занят.

Элизабет же решила эту проблему, поддавшись уговорамнаиболее влиятельных представителей светского общества, среди которых была ивдовствующая герцогиня Хостонская, и согласившись принять участие вблаготворительном проекте по строительству больницы на окраине города,необходимость в которой давно назрела. К несчастью, комитет по сбору средств впользу больницы, в который вступила Элизабет, большей частью увязал вобсуждении каких-то пустяковых проблем и очень редко принимал какое-нибудьрешение. Элизабет бесконечно устала от этих бестолковых заседаний и наконецпопросила Яна поприсутствовать как – нибудь на одном из них и поделиться своимопытом.

– И пожалуйста, – смеясь, предупредила она, получив егосогласие, – обещай мне, что как бы тебе ни надоело слушать нудные пререкания поповоду каждой незначительной траты – я это обязательно будет – ты ни в коемслучае не заявишь, что мог бы построить шесть больниц за то время, что ониобсуждают этот пустяк.

– Ты думаешь, я мог бы? – с улыбкой спросил Ян.

– Уверена на сто процентов! – Она вздохнула. – Мне кажется,что даже собрав деньги со всей Европы, они все равно тряслись бы над каждымшиллингом, словно вытащили его из собственного ридикюля, и в результате попадутв долговую тюрьму.

– Ну, если даже тебя, с твоей страстью к экономии, онидовели до такого состояния – должно быть, это та еще компания, – покачалголовою Ян. Элизабет расхохоталась, но когда они приблизились к дверямгостиной, где члены комитета пили чай из бесценного сервиза севрского фарфора,она повернулась к мужу и быстро сказала:

– И не вздумай похвалить голубую шляпку леди Уилтшир.

– А почему?

– Потому что это ее волосы.

– Да мне бы и в голову не пришло говорить про ее шляпку, –смеясь, запротестовал Ян.

– Можно подумать, я тебя не знаю! – прошептала Элизабет,пытаясь нахмурить разлетующиеся в смехе брови. – Вдовствующая герцогинярассказала мне, как вчера вечером ты похвалил пушистую собачку, которую держалана коленях леди Ширли.

– Леди, я следовал вашим же инструкциям и пытался быть милымс этой старой эксцентричной каргой. Почему я не должен был хвалить ее собачку?