Говорящая с Пустотой - Лена Бутусова

— Велемир — со мной.

Антрас не стал делать показательных прыжков. Он просто приблизился к краю и принял драконью форму, соскользнув с уступа.

— Рик, ты полетишь со мной, — голос у Антраса-дракона был не намного приятнее, чем у его наставника.

Последними на карнизе остались Ти и Лора. Девушки переглянулись, и Лориэн нахмурилась:

— Береги его, если со мной что-то случится.

— Ты сейчас про кого из двоих? — Тианна недоуменно повела плечами.

— Про Антраса, — эльфа вздохнула.

Тианна молча обернулась драконой, и они вдвоем с Лориэн последовали за остальными.

* * *

Алузар летел нарочито медленно, давая всем крылатым в Таэр Лет возможность почувствовать его появление. Против опасений, в воздухе визитеров никто не встретил. Тианна поравнялась с королем:

«Мы летим во дворец?»

«В прошлый раз я бросил им вызов, ожидая честного поединка, и был обманут. В этот раз я хочу для начала взглянуть им всем в глаза. В их человеческие глаза. Поэтому да, мы летим в замок», — король драконов мерно махал широкими черными крыльями, словно нехотя приближаясь к цитадели.

Три дракона — черный, золотой и светло-серебристый — опустились на круговую террасу, что некогда опоясывала королевскую спальню, а ныне зал Совета. Они аккуратно спустили седоков со своих спин и приняли человеческий облик.

Тианна чувствовала, что их ждали. Все пятеро властвующих драконов были в сборе. Девушка, хоть и с трудом, но могла читать их эмоции. Они пытались их прятать, но Алузар решительно срывал с советников ментальные покровы и мороки — он был сильнее их, и они это знали. Их чувства путались: Ти ощущала удивление, зависть, ревность, даже облегчение. И страх. Страха было больше всего, и это очень воодушевляло. Советники боялись Алузара, вернее, они боялись короля, что вернул себе свою королеву. Они боялись их Единого Потока.

Рука об руку Тианна и Алузар вошли в зал Совета. Ти хорошо помнила свое предыдущее появление здесь: она была растеряна и напугана. Сейчас она чувствовала уверенность идущего рядом черного дракона, чувствовала следующих за ними друзей, и это вселяло в нее спокойствие.

Кроме пятерых советников в зале присутствовал Киридан и несколько эльфов-гвардейцев, видимо, его личная охрана. Увидев Лору в сопровождении Велемира, он отвел глаза.

Старейший дракон выступил вперед и первым начал разговор:

— Зачем ты вернулся, Черный Огонь? В прошлый раз ты был помилован Советом, но вновь решил испытать судьбу?

Алузар гордо вскинул голову:

— Мне не нужна ваша милость. Мне нужна моя корона. Я вернулся, чтобы вновь бросить вам вызов…

— Но это невозможно, — голос подала Мерриган. Казалось, она была удивлена наивностью короля. — Ты плохо знаешь наши традиции, Алузар.

Дракона снисходительно улыбнулась.

— Что она имеет в виду, Алузар? — Ти нахмурилась. Ей очень не нравился тот презрительный взгляд, которым Мерриган изучала ее.

— Она имеет в виду, — Мерриган скривила тонкие губы, — что единожды потерпевший поражение не может вновь бросать вызов победителю.

— История не знает таких прецедентов, — Кален кивнул седой головой.

— Потому что проигравший платит жизнью за поражение. У него не бывает второго шанса, — Орланг процедил сквозь зубы. — А вы совершили ошибку, сохранив ему жизнь, — он презрительно кивнул на Алузара. — Теперь пожинайте плоды своего великодушия.

При этих словах прекраснейшего из драконов Ти почувствовала, как напрягся стоявший рядом Ловенгар. Некогда Алузар сохранил ему жизнь, когда одержал над ним победу в битве за корону. И это был единственный случай за всю историю Истроса.

— Ты не можешь биться с нами, Черный Огонь, — Мерриган с победным видом улыбнулась. — Ты уже проиграл.

Алузар лишь скрипнул зубами и сжал кулаки.

— Таков закон, — Кален кивнул. — Ты не можешь бросить нам вызов.

— Зато я могу.

Все повернулись к стоявшему у дверей Антрасу. Юный дракон упрямо наклонил голову, исподлобья глядя на членов Совета. Тианна увидела, как плеснулся страх в глазах Алузара. Страх не за свою жизнь, а за жизнь приемыша, но он лишь еще крепче сжал зубы. Лориэн побледнела и с силой сцепила пальцы рук, чтобы не выдавать их дрожь.

— Ты? — Мерриган удивленно вскинула брови и подошла к Антрасу. — Какой смелый мальчик. И очень глупый.

Антрас поднял глаза на дракону. Некоторое время они сверлили друг друга взглядами, потом Мерриган отвернулась:

— Тебе придется биться со всеми нами, — она широким жестом обвела советников. — Ты погибнешь. Во имя чего? Его честолюбия? — дракона кивком головы указала на Алузара. — Ради кого ты будешь сражаться? Он тебе никто!

— Он мой отец, — Антрас проговорил негромко и с такой спокойной уверенностью, что Мерриган опешила.

На Алузара страшно было смотреть в тот момент — столько эмоций было на его лице: от яростного желания порвать на куски любого обидчика его приемного сына, до недоверчивого удивления сказанному.

— Он убил твоего отца, — Мерриган прошипела сквозь зубы.

— Довольно, Мерриган, — Ловенгар перебил дракону. — Я не буду биться с мальчиком.

Все обернулись к нему.

— Что? — Мерриган недоуменно наклонила голову.

— Я не забываю старых долгов, — бывший первый советник бросил быстрый взгляд на бывшего короля, и тот коротко кивнул ему, благодаря за поддержку.

— И я не буду, — слова Калена оказались не меньшей неожиданностью. Старейший дракон покачал седой головой, — Кажется, впервые за долгие годы у нас появился действительно достойный претендент на корону.

— А я — буду! — Орланг проговорил с чувством и бросил неприязненный взгляд на Антраса.

— Трое против одного, — Мерриган довольно ухмыльнулась, — У тебя нет шансов, королевский выкормыш.

Антрас скрипнул зубами, но не ответил на оскорбление.

— Двое, — голос подал Зератан. — Двое против одного, Мерриган.

Дракона резко обернулась на голос своего подручного:

— Ты… Да, как ты смеешь отказываться? — дракона угрожающе прищурилась. — Ты никто без меня, ты не можешь…

— Ты забыла, Мерриган, — Зератан не дал ей договорить, — что его мать, Азелкая, была моей родной сестрой? — Дракон покачала головой, — Я не могу драться с ним и уступаю свое право.

Мерриган задохнулась от возмущения, но быстро взяла себя в руки, и процедила сквозь сжатые зубы:

— Нас все равно больше.

Тианна набрала в грудь воздуха, задержала дыхание, медленно выдохнула и проговорила, старательно отводя глаза от Алузара:

— У Антраса нет истинной пары. Я, как действующая королева, хочу представлять ее в этом поединке.

Ти сказала это и поняла, что у нее кружится голова от избытка эмоций. Она с