Хромой из Варшавы. Книги 1-15 - Жюльетта Бенцони

– Вы тоже, Мари-Анжелин?

– Да, конечно! И я тоже. Мне столько нужно вам рассказать.

– Для начала расскажите, почему вы отправились в Безансон, а не в Понтарлье?

– Меня туда отправили. Хотели меня запутать. Меня встретили на вокзале, посадили в автомобиль, надели темные очки, поворачивали и разворачивали, сбивая с толку. От Безансона до места мы ехали примерно часа два.

– Почти как до Лозанны, – проворчал Лотарь. – И где же вы оказались?

– Понятия не имею. На краю света. Так, по крайней мере, мне показалось. Какая-то старинная башня, с кухней внизу, пропахшей капустным супом. Там же, внизу, была еще жилая комната и гараж для автомобиля. Но жилыми помещениями пользовались мало. Мужчина и женщина, которые меня охраняли, похоже, жили где-то в другом месте.

– Откуда вы знаете?

– Узнала, когда убежала. Я слышала, как уезжает и приезжает автомобиль, но считала, что женщина – ее звали Жанна – живет в башне и сторожит меня. А потом я обнаружила, что меня просто-напросто бросили без пищи и воды, хорошенько заперев.

Мари-Анжелин рассказала, как ей удалось убежать, как она радовалась свободе и как потом испугалась, обнаружив, что не знает, куда идти.

– Спасибо, что у меня был компас, я решила идти на восток, надеясь добраться до границы, но темнело так быстро, мне страшно хотелось есть, и я потратила столько сил на замок, что положение мое было не из лучших. И вдруг в лесу я услышала знакомый мне клич друидов, ответила на него, бросилась на голос, споткнулась о корень, упала и потеряла сознание.

– И как же вы ее нашли Бурдеро? – спросил Лотарь.

– Нашел да и все, – кивнул головой ножовщик. – Услышал ее клич точно так же, как она мой, пошел на него и нашел.

– А ты кого звал?

– Потом расскажу, не буду смешивать две истории. Мадемуазель лежала без сознания, лицо в крови, в грязи. Я отнес ее в сторожку – у меня там домик неподалеку, – привел в чувство, умыл. Но она была в плохом состоянии, одна бы не справилась, так что я посадил ее в тележку, отвез домой и поручил заботам Анжель.

– Врача вызывали?

– На что нам врач? Жена у меня разбирается в болезнях не хуже докторов. Сам можешь убедиться. На лице опухоль спала, нога перебинтована как полагается. Знаете? Я ведь и мазь привез, которой Анжель смазывала ушиб. Через несколько дней мадемуазель о нем и думать забудет. Можно мне еще чашечку кофе?

– А вы не боитесь, что не заснете? – забеспокоилась Клотильда.

Клод ответил с широкой улыбкой:

– Никакой кофе мне не помешает, если я решил, что пора немного соснуть. К тому же у вас такие удобные кровати, мадемуазель Клотильда! И будильники мне тоже не понадобятся.

– Очень рада, Клод. А сейчас давайте поможем Мари-Анжелин добраться до спальни! – объявила Клотильда.

– Я сам отнесу ее, – сказал Адальбер. – Спасибо, господин Бурдеро, за ваши заботы.

Сказано – сделано. Адальбер подхватил Мари-Анжелин, словно перышко, и последовал за Клотильдой и тетей Амели с такой резвостью, что бедняжка запротестовала:

– Не трясите меня с такой силой, Адальбер. Я не яблоня, и яблок от меня не дождетесь!

– Это я от радости, что вы нашлись, дорогая! Вы представить себе не можете, как я счастлив! Впрочем, и все остальные тоже.

– И Альдо?

– Почему нет? Ах да! Из-за рубина. Но вы же знаете его не хуже меня. Для него главное, что вы теперь с нами.

Клотильда открыла дверь, и Адальбер с Мари-Анжелин на руках скрылся в спальне. Никто из них не заметил, что закрылась и еще одна приоткрытая дверь. Заметила ее только госпожа де Соммьер, которая шла позади всех, но сделала вид, что ничего не видела.

Мужчины, оставшись в гостиной одни, выпили еще по рюмочке и продолжили разговор.

– Что же это за башня, где держали План-Крепен, – задал вопрос Лотарь. – Я неплохо знаю наши места, но что-то не припомню такую. Она, собственно, чья?

– Да неизвестно. Скажу честно, я забыл о ее существовании, потому что редко бываю в той стороне. Да туда никто не ходит. У нее, знаете ли, дурная репутация.

– Какая же?

– Видите ли, последним ее жильцом стал человек не из местных, никто не знал, кто он такой и откуда взялся. Жандармы из Салена заглянули к нему, желая раскрыть эту загадку, смотрят, а он повесился на балке.

– Так о нем ничего и не узнали?

– Ничего. При нем не оказалось ни документов, ни денег. Оставил на столе десять франков вместе с запиской и прижал их камнем. Просил, чтобы молились за его грешную душу, подписался Вильфрид. Кюре из Нанта молится за него, а деньги раздали бедным. О покойнике быстро забыли, но к башне опасались приближаться. Особенно женщины.

– Одна, как видите, не боялась. Я имею в виду Жанну, которая стряпала для нашей мадемуазель.

– Может, и стряпала, да не ночевала. Бедной мадемуазель дю План-Крепен никто бы не пришел на помощь.

– Какая, однако, низость! – вспыхнул Альдо. – Но негодяи не подозревали, на что способна наша План-Крепен!

– Слава богу, что все хорошо окончилось! Я хоть и могу показаться невежей, но все же откланяюсь, господа! Мне пора спать. Я с четырех утра на ногах.

Вместе с гостем поднялись и хозяева.

– Пойдем, я покажу тебе твою комнату! – сказал Лотарь. – Ты как никто заслужил отдых, я уж не говорю о нашей благодарности!

– Да за что меня благодарить? Нет ничего особенного в том, чтобы привезти к вам мадемуазель!

Но Альдо еще не собирался спать. Оставшись в одиночестве, он снова опустился в кресло, закурил сигарету и откинулся на спинку, наслаждаясь тем, что кошмар наконец закончился. Возвращение План-Крепен, пострадавшей, но живой, казалось ему истинным даром небес, хотя, конечно, нужно было еще свести счеты с новым владельцем замка Гранльё. Тягостное и неприятное заседание в крипте, оставившее ощущение какой-то нечистоты, смыла живая вода радости. Альдо настолько погрузился в приятную расслабленность, что даже не заметил, как вернулись Лотарь и Адальбер.

– Ты спишь? – удивился Адальбер.

– Нет, наслаждаюсь. Хотя прекрасно знаю, что впереди еще много всяких событий. Так как мы теперь поступим?

Лотарь выбивал трубку перед камином, собираясь набить ее и закурить, и ответил не сразу. Он заговорил, только выпустив первый клуб дыма.

– Вот об этом-то я и хотел с вами поговорить. Самым разумным было бы отправиться вам всем вместе завтра же в Париж. Мадемуазель Мари-Анжелин нашлась. Все сложилось для вас как нельзя лучше.

– Я в этом не уверен, – возразил Альдо. – Оставить вас одного сражаться с