Мимолётный Альянс - Лина Мур

– Почему завтра? Можно сегодня, нет?

– Нет. Завтра будет большой бал. Мои люди и люди Дерика будут дежурить в замке и на улицах города, потому что и там будут празднества. А также чтобы отключить всю защиту дома, нужны время и чёткий план. Я его разработаю, и завтра мы с тобой встретимся. Без меня ни шагу, ни слова больше, и прошу тебя, Реджина, никакой самодеятельности. Она тебя убьёт, а я бы этого не хотел. Ты поняла меня?

– Но…

– Ты поняла меня? – требовательно повышает голос Герман.

– Да… поняла. Теперь ты злой коп, – бурчу я.

– Я не злой, а лишь пытаюсь тебе помочь и разобраться в том, что здесь происходит. Едва ты появилась, всё понеслось в пасть гиенам. Словно ты нажала спусковой крючок…

– Давай обвиняй меня теперь. Я виновата во всём.

– Я не виню тебя, Реджина. Но ты должна понять, что сейчас от твоих слов, действий и поведения зависят жизни невинных людей. Если ты права, то всё очень плохо, и я должен остановить Дерика. Мне придётся его… – Герман осекается и глубоко вздыхает.

– Убить? – подсказываю ему.

– Да… он мой друг. Мы знаем друг друга всю жизнь, как и Дина. И поверить в такое… принять сложно. Но для начала я должен всё понять сам и вернуть тебя домой в целости и сохранности и, желательно, без последствий. Решим это, а потом я займусь другим.

– Хорошо. И… Герман, скажи, а рука у тебя не дрогнет убить его?

Мужчина горько хмыкает и пожимает плечами.

– Придёт время, и проверим. Но у меня за спиной моя семья, мои друзья, люди, которым я обещал защиту. Они и вынесут решающий вердикт.

Киваю, получив удовлетворительный ответ, но через пару мгновений ужасаюсь себе. Я так хладнокровно обсуждаю возможную смерть Дерика, словно он таракан. Да, он плохой персонаж в этой истории для меня, но всё же… правильно ли это? Я не знаю.

– А ты? – Герман сосредоточенно изучает моё лицо, словно читает мои мысли.

– О чём ты? – удивляюсь я.

– Если у тебя подвернётся возможность лишить Дерика жизни, ты сможешь это сделать?

– Ну… хм… это важно для будущего Альоры? И ведь я могу быть и правой в своих суждениях, а Дерик не таким уж и храбрым. К тому же…

– Реджина, я задал тебе конкретный вопрос. Ответь на него без лишней воды, – сурово перебивает меня Герман. Поджимаю губы и передёргиваю плечами.

– Я никогда и никого не убивала. То есть… тараканов, да, ну и комаров. А это человек, и… я… у меня нет ответа. Я боюсь последствий и… – тяжело вздыхая, понимаю, какая же я жалкая. Кричать о чужих ошибках проще простого, а вот решать их вместе с другими людьми, для меня чересчур сложно. Я одиночка и в обществе становлюсь очень слабым человеком.

– Твоя ненависть к нему настолько сильна?

– Конечно. Я терпеть его не могу. Особенно после того, что он сделал. Он воспользовался мной, подначивал Дина, да и восстал против него же. Это ведь плохо, разве нет?

– Но дела королевства не должны касаться тебя. Ты не альорка, и тебе, в принципе, у нас не нравится. Так почему ты, действительно, ненавидишь Дерика? Только из-за его желания, и то не подтверждённого, убить Дина?

Открываю рот, чтобы снова возмутиться, ведь всё и так понятно, но, оказывается, у меня снова нет ответов на этот вопрос. Я не помню, с какого момента началась ненависть к Дерику до жажды придушить его голыми руками.

– Он плохой, и точка, – бубню я.

– Понятно, – хмыкает Герман, заводя мотор.

– Так, к чему это твоя улыбочка, парень? Что ты там себе придумал? – хмурюсь я.

– Сделал свои выводы.

– И какие же? Я имею право знать, ведь это касается непосредственно меня.

Герман ещё шире улыбается и делает один манёвр, разворачиваясь обратно.

– Хорошо, но тебе это не понравится. Хотя… как знать.

– Говори, – настаиваю я.

– Ты никогда не меняла, хотя бы в своей голове, слово «ненависть» на «ревность»?

– Ты рехнулся? Ты, вообще, в своём уме? Я, по твоим выводам, ревную его? – чуть ли не кричу, ударяя его по плечу.

– Почему нет? Вы слишком много времени проводите вместе, и я должен признаться, что между тобой и Дериком ничего не было. Он так пошутил…

– Пошутил? Прекрасно! Потрясающе…

– Но даже не это заставляет меня думать, что между вами происходит что-то очень личное. Сегодня утром ты, Реджина, высказывая свои возмущения, постоянно пыталась уколоть Дерика. И ты била довольно жестоко и метко, лишь бы причинить ему боль. Тебя, в принципе, не заботило, как при этом будет чувствовать себя Дин, потому что это была только ваша война, которая продолжается. Я не защищаю Дерика, он поступил подло, подставив тебя, но ранее за ним такого не замечалось. Он не запоминает девушек. Совсем. Он ими пользуется, а затем забывает. Даже если они будут соблазнять Дина, и он будет с ними встречаться, то Дерик будет лишь спокойно наблюдать. Но с тобой всё иначе, Реджина. Вы оба ищете друг у друга слабые стороны, чтобы сражаться. Только вот за что вы бьётесь?

Я сильно возмущена такими выводами Германа. У меня достаточно причин, чтобы не переносить Дерика. Начиная с того, что он постоянно врёт обо мне и мне, заканчивая его нехорошими делишками, которые проворачивает с Эльмой и другими.

– Это не я начала войну, а Дерик. Господи, Герман, он подставил меня по-крупному, выставив чёртовой шпионкой и непотребной личностью. Постоянно создаёт мне проблемы, и из-за него я сейчас в откровенном дерьме. Он даже не даёт мне позвонить домой. Лишил меня всего и, вероятно, лишит ещё и жизни. Но ладно я, а Инга и Мег при чём здесь? Чем они заслужили такое? И ответ у меня есть, потому что Дерику нравится убивать людей. Ему нравятся кровь и войны. Дерик обожает их, и так он будет при делах. А пока он просто ничтожество в тени Дина. Вот и всё, понятно? – фыркая, отворачиваюсь к окну.

– Кристально, – отзывается Герман, но настолько иронично, что меня это злит. Он издевается надо мной. И я не готова ему доверять полностью. Я понятия не имею, чего Герман хотел добиться своими расспросами и выводами, абсолютно далёкими от правды. Но я уже создала с ним альянс и отступать поздно, поэтому придётся или умереть с достоинством, или же окончательно разобраться с волкодавом.