И одной любви достаточно - Иван Цветков

— Это точно, сейчас бы сидела с грудничком, пока мы тут гуляем за ручку.

— Да, — мечтательно сказала Маша. — А как бы ты назвал наших детей? Мальчика и девочку.

— Ох, да я даже не думал об этом. Так что и не знаю. А ты?

— Димой и Настей, — сказала Маша и засмеялась. — Слушай, Вань, а у тебя были отношения до меня? Ну, то есть получается между мной и мной? Только честно, это за измену считаться не будет.

— Да у меня и в мыслях не было врать. Не было у меня никого. Но я пытался. Много общался, звал на свидания. И очень редко всё ограничивалось одним свиданием. И вроде всё было хорошо. Но вот второе свидание, третье, четвёртое, а на прощание мы всего лишь обнимаемся. И вроде себе в голове говорил, что нужно поцеловать, но никогда не делал этого. Наверное, потому что понимал, что за поцелуем пойдут настоящие отношения. А их я боялся. Не в последнюю очередь из-за тебя конечно. Ну а после нескольких таких свиданий я больше не звал девушек. Зачем морочить голову человеку, если я понимаю, что ничего не выйдет? Вот и вся история моих любовных похождений. Не очень увлекательно, знаю. Но детей Димой и Настей мы точно не назовём! — сказал я смеясь.

Да, Димой и Настей. Те люди, которые якобы разрушили наши отношения. С кем якобы мы изменили друг другу. А у неё есть чувство юмора. Она начинала сиять, как и раньше. И разумеется, я чувствовал свою главную заслугу в этом.

Наталья Игоревна, как явно заинтересованная сторона в нашем воссоединении, нередко ночевала либо на работе, либо у подруг. Замечательно проведённый вечер, а затем и ночь с Машей, сладкий сон, который был нарушен звонком на телефон. Но не на личный, а на служебный, специально купленный для этого кнопочный телефон. Половина четвёртого ночи.

— Да? — спросил я.

— Я не ошиблась номером? Это…, — нервно отвечал женский голос на той стороне.

— Если нужна помощь, то Вы не ошиблись, — сказал я.

— Кто это? — спросила спросонья Маша.

— Подождите немного, — сказал я и прикрыл микрофон рукой. — Всё хорошо Маш, это по работе. Извини, не хотел тебя будить. Так вышло. Я выйду на кухню, поговорю и вернусь. Ложись спать. Завтра у нас будет насыщенный день, так что надо набраться сил. А я поговорю и лягу к тебе под бочок. Хорошо?

— Да, хорошо, — ответила Маша, а я, накинув халат, пошёл на кухню, предварительно закрыв за собой дверь.

— Вы ещё здесь? — спросил я.

— Да. Здесь.

— Хорошо. Говорите, пожалуйста. И да, как я могу к Вам обращаться?

— Вика. А Вас?

— Серёжа. Давайте теперь на «ты». Скажи, пожалуйста, Вика, почему ты решила позвонить на этот номер?

— Мне посоветовала Вас, то есть тебя моя подруга. Ты ей раньше помог.

— Вик, ты позвонила мне не потому что, я помог твоей подруге, а она сказала, что я ей помог. На частный номер психологической помощи редко когда звонят просто так. Да ещё и посреди ночи. Вика, что случилось?

— Я… Я даже не знаю с чего начать. Всё это странно, бред какой-то. Тебе всё равно ведь будет. Ладно, извините что позвонила и разбудила.

— Вика подожди! Не надо думать, что проблема пустяковая и нет, мне не всё равно. Пожалуйста, поделись со мной своей проблемой.

— Хорошо. Даже не знаю с чего начать. Серёжа, я не хочу жить, — сказала Вика и замолчала.

— Вик, продолжай. Почему ты утратила желание жить? Я конечно могу начать гадать, но будет лучше, если ты сама проговоришь всё, что тебя беспокоит. Это правда поможет. Не бойся. И доверься мне. Я не осужу тебя. И уж тем более не буду смеяться над твоими, как ты возможно думаешь пустяковыми проблемами. Ну так что, ты продолжишь? — спросил я и в ответ тишина. — Вика, ты здесь?

— Да, здесь. Хорошо, я продолжу. Блять, не знаю даже с чего начать. Я разругалась с лучшей подругой, и она неделю меня игнорит. Парень сначала признался в любви, а спустя неделю уже встречается с другой, и ты такой: «ммм, крута». Прихожу домой, а там мама, с которой я постоянно срусь. Нет, ну блять, как у неё хорошее настроение, то всё внимание к мелкой сестре, а как ей хочется наорать, так, пожалуйста, Вика же всегда есть. Получила тройку по матеше? Вика! Прогуляла занятие в музыкалке? Вика! И так постоянно. Отцу на меня вообще похер. Как мелкую Василису на ручки взять, так это пожалуйста, а как уделить внимание старшей дочери, так тут нет, у нас завал на работе, футбол, встречи с друзьями и так далее. Блять, как же хочется вскрыть себе вены и сдохнуть.

— Не советую.

— Ну да, не советуешь. Ты же типа помогаешь мне. Что ты, нельзя ведь чтобы кто-то покончил с собой. А-то потом будут муки совести и иная поебота. Слушаешь сейчас поди, и ржёшь с моего рассказа, мелкая девчонка жалуется на жизнь. У самого-то всё путём, я слышала ты там с девушкой. Небось купил какой-нибудь диплом психолога и сейчас думаешь, что можешь помочь.

— Ну, вообще-то я не психолог. И нет, ты меня неправильно поняла. Перерезание вен — это именно показуха. Там процент успешности самоубийств около пяти. Мне вон, даже 80 % успешности не помогло.

— Что? Ты…

— Суицидент, да. Человек, совершивший неудачную попытку самоубийства. Хотя можно ли это назвать неудачной попыткой, если ты остался жив? Если я сейчас дышу из-за «неудачи»?

— Блять, извини. Я не хотела…

— Всё нормально. Ты говоришь то, что чувствуешь, а это то, что надо.

— А можно нескромный вопрос?

— Конечно.

— Почему и как?

— Любовь. И повешение. Из петли меня вытащил лучший друг. А потом две недели в психушке. Там не так ужасно, как показывают в фильмах, но хорошего мало. Если оно вообще конечно есть. А потом справка, с которой тебе закрыт доступ на половину работ.

— Мне жаль. Бля, я сейчас чувствую себя максимально тупо.

— Вик, всё нормально. Для меня это пройденный этап. Но я хочу, чтобы как можно меньше людей проходили через это. Собственно поэтому твоя подруга и наткнулась на мой номер на просторах интернета. И Вика, то, что ты позвонила мне — это уже победа. Твоя победа.

— Да, спасибо, — тихо сказала девушка.

— Нет, Вик, я серьёзно. Ты молодец, что позвонила. Это действительно твоя маленькая победа. Ты признала проблему, а также признала и то, что тебе нужна