Огненный крест - Диана Гэблдон

Я закрыла шкаф (пусть Адсо спокойно наслаждается ужином) и вручила соль Роджеру. Тот положил на стол небольшой предмет, который до этого крутил в пальцах.

— Где вы раздобыли эту старинную фигурку?

Он разглядывал тот самый розовый камешек с женским силуэтом.

— А-а, миссис Баг дала. Сказала, амулет для зачатия. Он что, старый?

Роджер кивнул, не отрывая глаз от вещицы.

— Очень. Я такие видел лишь в музеях, их датировали тысячами лет.

Он благоговейно погладил камушек указательным пальцем.

Брианна подошла ближе и протянула руку, но я вдруг схватила ее за запястье.

— Что такое? — улыбнулась она. — Мне нельзя ее трогать? Он и впрямь работает?

— Нет, конечно же.

Я со смехом отпустила ее, чувствуя себя смущенной. Отчего-то мне не хотелось, чтобы Брианна брала камушек. Когда она просто склонилась над столом, я украдкой выдохнула. Роджер же посмотрел на Брианну со странным интересом. Он как будто хотел, чтобы она взяла амулет.

«Бичем, да ты перебрала спиртного», — сказала я самой себе. И все же — от греха подальше — спрятала фигурку в карман.

— Идем! Пора!

Брианна встрепенулась и торопливо потянула за собой Роджера.

— Да, точно. Пошли.

Он закинул мешок на плечо, улыбнувшись мне, взял Брианну за руку, и они исчезли; только хлопнула дверь кабинета.

Я потушила свечу, собираясь последовать за ними, но вдруг замерла, не торопясь возвращаться в суматоху праздника.

В доме бурлила жизнь, и под закрытую дверь лился свет. Здесь же было тихо. Маленький тяжелый идол безмолвным грузом оттягивал карман.

Этот день — первое января — ничем не примечателен, мы сами придаем ему сакральное значение. Кельты, например, вели отсчет нового года с Имболка (праздника начала весны, который отмечали в феврале, когда холода понемногу отступают), или со дня весеннего равноденствия, уравновешивающего силы тьмы и света. И все же я стояла в темноте, слушая кошачье фырканье из шкафа, и ощущала, как под ногами движется земля, знаменуя смену года. За стеной шумели люди, а я была одна, и в крови закипало неведомое чувство.

Самое удивительное, что чувство это не казалось мне странным, оно не накатывало извне, а шло изнутри, словно жило там давно, хотя я не могла подобрать ему названия. Полночь стремительно приближалась. Все еще во власти этих ощущений, я открыла дверь и нырнула в хаос толпы.

С разных концов дома неслись крики, знаменующие наступление заветного часа. В коридор стекались люди, в ожидании поглядывая на дверь.

Пауза затягивалась. Может, Роджер, чтобы не толкаться в и без того переполненном коридоре, решил зайти через кухню? Я посмотрела в ту сторону… Нет, там тоже стояли люди, недоуменно поглядывая на меня.

В дверь по-прежнему никто не стучал. Разговоры понемногу смолкали, точно люди боялись случайным словом спугнуть и без того припоздавшего гостя.

Наконец на крыльце послышались шаги, и дверь вздрогнула от трех коротких ударов. Джейми, как хозяин дома, выступил вперед, чтобы приветствовать первого гостя. Отчего-то он вдруг изменился в лице, и я поспешила заглянуть ему через плечо.

Вместо Роджера и Брианны на крыльце стояли две невысокие фигурки. Тощие и ободранные, но, несомненно, темноволосые. Близнецы Бердсли застенчиво вошли в дом.

— Счастливого вам нового года, мистер Фрейзер, — каркающим басом сказал Джосайя. Он вежливо поклонился мне, не выпуская руки брата. — Мы пришли.

* * *

Все сошлись на том, что визит темноволосых близнецов — добрый знак и сулит двойную удачу. Тем не менее Роджер и Бри (которые встретили братьев Бердсли во дворе и послали их к нам) отправились по другим домам Риджа. Бри строго-настрого велели не пересекать порог прежде Роджера.

Появление мальчишек вызвало оживленные толки. О смерти Аарона Бердсли и исчезновении его жены — в официальной версии событий — все слышали, однако внезапный визит близнецов вновь всколыхнул притупившееся любопытство. Никто не знал, где были братья все это время, Джосайя лишь хрипло ответил: «Бродили», а Кесайя вовсе промолчал, поэтому разговоры опять свелись к торговцу и его жене.

Миссис Баг взяла мальчиков под опеку и увела их на кухню мыться и ужинать. Гости разбрелись по домам, оставшиеся разбились на маленькие компании. Молодежь вернулась в сарай, чтобы потанцевать или уединиться на сеновале, те, что постарше, предавались воспоминаниям у очага, а утомившиеся за вечер сыскали более-менее удобный уголок и легли вздремнуть.

Джейми я нашла в кабинете. Он сидел в кресле, зажмурившись, хотя открыл глаза сразу же, как только услышал мои шаги.

— Счастливого нового года, — тихо сказала я и поцеловала его.

— И тебе счастливого, nighean donn.

— Все еще хочешь прогуляться?

Луна давно зашла, и в черном небе тускло мерцали лишь звезды. На дворе было темно и пусто.

— Нет, — признался Джейми, потирая лицо ладонью. — Я хочу спать. — Он зевнул, приглаживая торчащие на макушке волосы, и великодушно добавил: — И чтобы ты легла рядом.

— Всенепременно, — заверила я. — А это что такое?

Я обошла стол и заглянула Джейми через плечо — перед ним лежал какой-то чертеж с математическими расчетами на полях.

Джейми выпрямил спину, заметно приободрившись.

— А, да! Это подарок Роджера Брианне на Хогманай.

— Он построит ей дом? Но…

— Не ей. Чишолмам.

Как оказалось, Роджер разыграл махинацию в лучших традициях Джейми, организовав соглашение между Ронни Синклером и Джорджи Чишолмом.

Ронни жил в большой хижине возле бондарни. Согласно договору, он, будучи неженатым, переберется пока в мастерскую. Чишолмы же переедут в его дом, к которому, как только позволит погода, пристроят еще две комнаты по плану на столе Джейми. Миссис Чишолм, в свою очередь, обязывается кормить Ронни и стирать ему одежду. Весной, когда они примутся за строительство собственной фермы, Ронни вернется в свой дом — и новое просторное жилье наверняка привлечет какую-нибудь молодую особу, подыскивающую достойного жениха.

— …Бри с Роджером переедут к себе, Лиззи с отцом освободят хирургический кабинет, и все будут счастливы! — Я радостно обняла Джейми за плечи. — Какой замечательный план! Ты делал чертеж?

— Ага. Джорджи ведь не плотник. Не хотелось бы, чтобы крыша рухнула им на голову.

Джейми обмакнул перо в чернильницу и исправил пару цифр.

— Готово. Роджер думал показать чертеж Брианне, когда они вернутся. Я сказал, что оставлю его здесь.

— Она будет в восторге. — Я прильнула к спинке стула, разминая Джейми плечи. Он подался назад, прижимаясь затылком к моей груди, и закрыл глаза.

— Голова болит? — тихо спросила я, заметив вертикальную складку меж бровей.

— Ага, немного. О да, вот так!..

Я подняла руки, нежно растирая виски.

Дом затих, хотя на кухне еще гудели голоса и по холодному неподвижному воздуху лились звуки скрипки.

— «Девушка с темными