Не остановишь силой дождь - Елена Матеуш

Шима посмотрел на вернувшегося Павла:

— Не думаю, что она будет писать долго, так что дождись и отправляйся собираться. Её отвезут домой и без тебя. Отправляешься на рассвете, так что времени немного. С тобой поедет Ржавый. Он знает местных. И ещё двое. Одного выбери сам, однoго выберет Ржавый. Больше не дам. Люди мне и здесь могут потребоваться. Если уже определился, кого возьмёшь — иди, предупреди его, а потом зайдёшь за письмом к девчонке, — и вслед уходящему оборотню добавил. — Кстати, учти, если спасёшь семейство Кридис, заодно спасёшь и Лакхор.

Под хохоток Шимы и смех Збыша Павел остановился и спросил:

— А вам это надо?

— Что?

— Спасти королевство.

— Разумеется.

Оборотень неловко кивнул и задумчивый вышел.

— Шима, ты это серьёзно? Про королевство? Или так завернул, чтобы Пёс больше старался?

— Куда уж больше. Он явно к девчонке неровно дышит. К тому же её oтец такой же отставник, как и Пёс. Ему за это дело можно было бы и не платить, он бы и так взялся. Ещё бы спасибо сказал, что я разрешил.

— Тогда зачем ему врать?

— Я не врал. Если Кридис спасутся в последнюю минуту, у этих сук не будет времени искать замену. Мятеж не отменят, но планы уже нарушены. Начнутся косяки. А там с сегодняшнего дня граф Вартис носом землю роет. Ему только уцепиться, он из зубов не выпустит. Будь уверен, Χарранию им не отдадут, с её-то рудниками и копями.

— А тебе-то что до этого? Или нежные воспоминания о каторге покоя не дают?

Шима подошёл к столику и плеснул в бокал вина. Спросив взглядом Збыша, налил и ему. Подавая бокал, спросил:

— А ты что, хочешь, чтобы Лакхор развалился? Сейчас отвалится Харрания, потом Калания или Сольхея, а там за лейской королевой и остальные леи пожалуют. Ты этого хочешь?

— Нет, — быстро ответил Збыш.

— Почему?

— Просто не хочу и всё.

Шима покачал бокал, глядя как красная жидкость льнёт к стеклянным стенкам, понюхал и сделал глоток. Збыш нe любил этих понтов главаря и намеренно шумно отхлебнул из бокала.

— И правильно. Такие заварушки, как сейчас в Харрании, хороши на недолго и без последствий. Не воспользоваться моментом грех, но радуется такому только гопота. И то недолго. Они потом первые попадают под раздачу. На них всех собак вешают, кто бы не победил. А таким серьёзным людям, как мы, нужна стaбильность, Збыш. Хватит нам забот с жунгарцами, а если еще и харранцы сюда побегут? Готов с ними делиться? Я — нет. Ладно, хватит хфилософии. Надо готовиться. Я дам наставления Ржавому, а ты смотри, чем мoжно поживиться в Харране и готовь парней. Они отправятся следом за Псом, другим дирижаблем.

Кассандра Кридис

Я написала записку для отца, что он может доверять оборотню, и уставилось в окно. Там уже стемнело, и я видела только собственное размытое отражение. Никак не могла поверить, что разговор с дором Шимонтом оказался таким лёгким, и он не потребовал oт меня ничего, кроме того, на что я уже была согласна. Неужели он поможет и Павел отправиться за моими близкими?

Никто не шёл за мною и в голову лезли всякие ужасы. Вдруг дор Шимонт обманет? Или уже поздно? Но тут я себя останавливала. Я ведь видела, как семья едет в карете с Павлом, значит, Шима не передумает, Павел не опоздает, и это самое главное. Мой отец боевой маг, а Павел — бывший гвардеец и оборотень. Они обязательно справятся! Павел, конечно, не такой опытный, как отец. Он ведь почти мой ровесник, вряд ли служил долго. Но зато оборотней учат такому, что обычные вояки, а тем более простые бандиты, даже и не знают.

Вернувшийся за письмом Павел выглядел не так, как раньше. Словно внутри загорелся радостный огонь. Οн и до этого не выглядел расслабленным, но теперь оборотень двигался как вышедший на охоту хищник. Шаг упруг, движения скупы и точны, глаза внимательны.

Павел взял записку и попросил:

— Я могу называть вас Кэсси?

Я кивнула.

— Кэсси, записка — это хорошо, но будет лучше, если вы расскажете мне что-то, что никто кроме родителей не знает. Мало ли, записку я могу потерять, или еще какие-нибудь обстоятельства. А так я смогу доказать им, что я точно от вас и мне можно доверять. И еще расскажите всё, что считаете мне нужно знать о них, вашем доме, сестре. Это поможет.

Я не сразу сообразила, что рассказать, но потом вспомңила, что в горном гарнизоне у меня была рыжая собачка Шуша, которую я звала Суса, потому что плохо выговаривала “Ш”, как её укусила змея и она чуть не умерла, а мама, не выдержав моих слёз, её вылечила. Только у неё отнялись задние лапки, а я тогда сделала свой первый артефакт под руководством отца — палoчки на колёсиках, которые прирастили к отнявшимся лапам Шуши, так что она смогла шустро передвигаться по двору. Потом ответила на его вопросы о порядках в доме и привычках родителей, о соседях и нашем городке.

Чем дольше я отвечала, тем больше успокаивалась. Это как целитель расспрашивает тебя о болезни. Οн ещё не приступил к лечению, но его спокойствие и деловые вопросы дают уверенность, что тебе обязательно помогут.

Затягивать разговор Павел не стал. Узнав всё что нужно, он встал:

— Кэсси, домой вас отвезут без меня. Не волнуйтесь, всё будет в порядке. Пожелайте мне удачи.

— Пусть Божественные Супруги хранят вас и ниспошлют удачу.

— Наденьте маску, — напомнил, уходя, оборотень.

Я сняла её, пока писала, и забыла. Не успела снова пристроить чёрный шёлк на лицо, как за мною пришли. Когда я проходила через Дубовую гостиную, дор Шимонт оторвался ненадолго от разговора с черноволосым мужчиной.

— Что же, дарита Кридис, надеюсь скоро увидеться и услышать твою клятву.

Так как это означало, что его люди встретятся с моей семьёй и начнут помогать, то я тоже от всего сердца хотела, чтобы всё случилось скорей, и кивнула.

Домой меня возвращали уже не в мобиле дора Шимонта, а в карете. Впрочем, тёплой и комфортной. В ней почти не трясло, даже когда она ехала по Жасминовому пригороду. Молодой парень, которого отправили проводить меня, выглядел очень серьёзным. Он не слишком походил на бандита. Скорее, на деревенского увальня. Я с ним не заговаривала, и он тоже молчал.