Моё проклятье - Элен Боннет

— Всё хорошо, это сон, — вторую словам подруги, а слëзы уже вовсю стекают по щекам.

Каждый раз после приступов по долгу не могу прийти в себя. Они забирают слишком много сил, и я ощущаю себя обессиленной. Неужели это снова началось? Прикрываю лицо ладонями, боясь даже подумать, что вновь буду бояться засыпать.

— Я останусь с тобой, — Эльза ложится рядом, обнимая меня за талию. — Лорд напугался, — она гладит пса, сидящего рядом со мной. — Он начал выть и тогда мы пришли тебя проведать. Умничка.

— Люблю тебя, здоровяк! — он, словно понимая мои слова, облизывает щëку, укладываясь рядом. — Итан ещё не звонил?

Поворачиваюсь к Дэйву, а он отрицательно качает головой. Но в то же мгновение его телефон оживает. Пространство заполняется красивой музыкой.

— О, Леон звонит, — сразу же отвечает: Мы вас потеряли. Почему так долго? — улыбка Дэйва резко пропадает с лица, а взгляд становится расфокусированным. Паника с новой силой бьëт по вискам, а отголоски кошмара только усугубляют самочувствие. — Ничего не понимаю. Шумно очень! Как такое произошло? В смысле, ты не знаешь, что с ним? — краска окончательно отливает от лица Дэйва и, прислонившись спиной к стене, он оседает на корточки.

Друг сбрасывает вызов, но так же продолжает прислонять ладонь к лицу и на долгие несколько минут в комнате повисает тишина. Чувствую, что Дэйв пытается подобрать слова, но я не могу больше ждать.

— Говори! Что случилось? — мой голос звучит хрипло, с ноткой истерики. Приходится с силой прикусить губу, до металлического привкуса.

Дэйв поднимает на меня ошарашенные глаза. Его кадык дëргается, а рот приоткрывается.

— Ит попал в аварию на гонках, — он пытается прочистить горло, но не получается. — Двоих гонщиков увезли в реанимацию, — на доли секунд замолкает, — одного не успели довезти, он погиб в машине от сильных травм и внутренних кровотечений. Имя не известно. Они были одеты идентично.

— Что он вообще там забыл? — отрицательно качаю головой. Вопрос сам срывается с губ, потому что это какой-то бред! — Ньюмана вообще не должен там был находиться. Наверняка что-то перепутали, — у многих гонщиков совпадают костюмы. Как правило, они выбирают чёрный цвет, чтобы выглядеть эффектнее. — Нет-нет! Этого не может быть!

Лорд с Джазом, поджимают уши, тихо поскуливая, слезают с кровати. Не хотела их пугать. Поднимаюсь следом за ними и уверенным шагом подхожу к столу, на котором лежит мой смартфон. Не знаю, откуда берётся уверенность, но ощущение такое, что внутри меня пустота вселенских масштабов. Она закупоривает все эмоции, давая здраво думать. На автомате набираю номер Леона:

— В какую их везут больницу? — глазами выцепляю блокнот с ручкой, чтобы сразу же записать адрес. Друг растерянным голос диктует и говорит, что сейчас поедет туда и всё выяснит. — Я тоже выезжаю.

— Лилиан, может, тебе лучше остаться дома? — на заднем фоне слышен гул голосов. — Я скоро позвоню.

— Ну уж нет! Хватит от меня всё скрывать! Это не обсуждается, — сердцем чувствую, что опасность больше не угрожает Итану, и с ним всё хорошо.

Друзья боялись, что я впаду в истерику, перестану себя контролировать? Но, судя по их лицам, мы поменялись местами. Вот, что хотите со мной делайте, но я никогда и не в чëм так не была уверена, как в том, что мой парень жив.

— С Итаном всё хорошо, — кладу ладонь на сердце, которое спокойно стучит в груди. — Я это точно знаю, нужно вызвать такси. Мне жизненно необходимо отшлепать этого засранца. Как ребёнок, ей богу! Пусть только попробуют ещё что-то от меня скрыть. Это и вас всех касается! — обвожу друзей взглядом и делаю шаг к двери.

Дэйв округляет шокировано глаза и даже поднимается на ноги.

— Я вызову такси, — вижу, как он собирает силу воли по кускам, кивает собственным мыслям, и мы все вместе покидаем дом.

Скотт уже давно спит, да и не самая лучшая была бы идея разбудить его ради такой страшной догадки. Сначала разузнаем, а уже потом будем думать, что делать.

Меня только раздражает тот факт, что Итан ничего мне не рассказал, а значит, его ждёт серьёзный разговор. Я готова дать шанс нашим отношениям, потому что за время разлуки поняла, что не могу дышать без него.

Он мой воздух.

Но тогда, нам обоим нужно научиться доверять друг другу и двигаться синхронно. Только так сможем сохранить и приумножить чувства, которые кипят в нас обоих. Итан ещё не говорил возвышенных слов, как и я. Но тот факт, что моя безопасность для него превыше всего, кричит громче любых красноречивых признаний.

Дорога занимает достаточно много времени. Трасса находится за городом, а чтобы добраться до больницы, нам приходится пересечь практически весь Чикаго. Этот город никогда не спит. Он живёт яркими вспышками даже под покровом ночи.

То и дело бросаю взгляд на чёрный экран телефона. Но Леон больше не перезванивал и не присылал никаких новостей.

— Остановите у центрального входа, — показываю таксисту на большое здание и замечаю, как Леон подъезжает на байке.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида, в очередной раз отмечая, как мел, белое лицо Тиф. Никогда прежде не видела девушку настолько подавленно. Хочется также взять её за руку, как и она меня у бассейна. Не зря говорят, что только сложные ситуации по-настоящему открывают людей, срывая маски. И теперь я вижу Тиффани без пафосного лоска и прикрас.

Перед глазами лёгкая пелена, в голове словно напихали ваты, а сердце всё равно, как заколдованное, продолжает размеренно биться. Подхожу к Леону. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я отрицательно качаю головой.

— Он мне сейчас сам всё расскажет.

Тиффани всем телом прижимается к Леону, а он обнимает её так, будто она единственное, что может помочь не сломаться. Этих двоих явно связывают не только взаимные перепалки, но и гораздо более давние тайны. Сейчас, когда им обоим нужна поддержка, они растворяются друг в друге, как две половинки одного целого.

Эльза аккуратно берёт меня за ладонь. И только в этот момент понимаю, что сама тяну время.

— Пойдёмте, навестим Итана. Он мне задолжал разговор, — натянуто улыбаюсь.

Больница встречает нас тишиной и спокойствием. Не так, как в фильмах, когда все вокруг бегают, кричат и истекают кровью. Наоборот, слишком тихо. От этого мерзкий холодок заставляет волосы на затылке встать дыбом. Терпеть не могу больницы. Помню, как мне в пять лет удаляли аденоиды, а потом папа