Поцелуй навылет - Фиона Уокер

— Нет, дорогая. Вечеринка с таинственным убийством! — рассмеялась Жоржет. — Он привезет меня в субботу вечером. Он тоже с нетерпением ждет праздника.

— Хотела бы я сказать то же самое, — огрызнулась Фоби, вешая трубку.

Она позвонила в Дайтон, то на другом конце провода услышала шипение Саскии:

— Я полагаю, вчера вечером к телефону подошел Феликс?

— О боже, значит, когда он снял трубку, звонила ты? Я думала, это был Дэн…

— Вы были в постели? — резко перебила она Фоби.

— Нет.

— Не лги мне.

Фоби решила храбро встретить ее тираду и во всем признаться. То есть почти во всем.

— Значит, он думал, что в понедельник вечером ты была с Дэном? — Саския присвистнула. — Боже, меня удивляет, что он до сих пор не бросил тебя.

— Он почти сделал это.

— Ты должна все исправить за эту неделю. Проводи с ним как можно больше времени. Нам срочно нужно встретиться, чтобы спланировать несколько романтических сюрпризов, которыми ты его удивишь. Я так думаю, сейчас ты не можешь взять напрокат машину?

Фоби обнаружила, что мысль об очередном этапе планирования с Саскией слишком мучительна, чтобы ее обдумывать. Она посмотрела на кипу счетов, лежащих прямо перед ней.

— Саския, я должна найти работу.

— Не беспокойся из-за этого, наше дело намного важнее, — нетерпеливо прервала она, невосприимчивая к таким мелочам жизни, как оплата счетов и необходимость есть или дышать. — Ах да, ты не могла бы собрать сегодня утром всю одежду Портии и сказать мне, когда я смогу зайти и забрать ее? Она требует ее вернуть.

— Боже! Кажется, Милли успела стащить почти половину вещей. — Фоби обеспокоено закусила губу.

— Тогда как можно быстрее забери их у нее, Фредди. Портия сойдет с ума. Здесь я в безопасности, но мама заставила меня убрать мою проклятую комнату.

— Я сделаю все, что в моих силах, — пообещала она. — Ах да, Феликс подарил мне на день рождения щенка.

— Что он сделал? — голос Саскии понизился до зловещего рычания.

— Он подарил мне щенка, — уклончиво повторила Фоби. — Сейчас она спит на диване.

— Какой породы? — потребовала ответа Саския.

— Джек-рассел-терьер — с короткими ногами. — Фоби снисходительно посмотрела на четыре маленькие белые лапки, которые подергивались в глубоком сне, прерываемом тявканьем.

— Это она пищит, как хомяк, которого мучают?

— Думаю, да. — Фоби откашлялась. — У нее еще нет имени. Я подумала, что ты поможешь мне придумать его.

— Прекрати, Фоби, — грустно пробормотала Саския. — Хватит предлагать мне пососанные леденцы в качестве утешительного приза. Назови это маленькое чудовище как хочешь и сделай так, чтобы оно не попадалось мне на глаза. Я заберу одежду сегодня вечером.

После обеда Фоби дошла пешком до станции метро «Ланкастер-Гейт» и встретилась с Феликсом в Гайд-парке.

Он ждал ее у фонтанов, одетый в свои старые джинсы и помятую темно-синюю футболку. Козырек зеленой бейсболки заслонял глаза от лучей заходящего вечернего солнца. Он сидел на спинке скамейки, поставив ноги на сиденье, и смотрел в воду, не замечая Фоби, которая медленно подходила к нему. В переброшенной через плечо старой матерчатой сумке она несла щенка, который восторженно осматривался по сторонам. Разноцветные уши встали торчком, и он взволнованно залаял, когда увидел Феликса.

Феликс повернулся и рассмеялся, наклоняясь к маленькому комочку и одновременно целуя Фоби.

— Как она спала? — Он высадил щенка на траву, и та в возбуждении забегала кругами, обнюхивая все подряд.

— Неплохо. — Фоби взглянула на Феликса. Под глазами у него были черные круги, и появившейся щетины хватило бы для того, чтобы отшлифовать несколько деревянных ящиков. — Полагаю, лучше, чем ты.

Феликс отвел взгляд и бесконечно долго смотрел на фонтан, прикусив нижнюю губу невероятно ровными верхними зубами.

— Пожалуйста, прости меня за прошлую ночь. — Он снова повернулся к ней. — Я вел себя как негодяй.

— Да. — Фоби подняла темные очки на голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и улыбнулась.

— Я был уверен, что ты сегодня не позвонишь. — Он протянул руки и взял в ладони ее лицо, нежно поглаживая большим пальцем ее губы.

— Я была уверена, что позвоню, — засмеялась она. — Я ужасно назойливая. И я отчитала тебя, значит, мы квиты.

— Мы не расстаемся? — Он с лукавой улыбкой приподнял бровь.

— Определенно нет, — заметила она. Затем она натянула козырек бейсболки ему на нос и убежала, преследуемая перевозбужденным, лающим щенком.

— Ей уже сделали прививки? — спросила Фоби, когда Феликс поймал ее за руку и притянул к себе.

Щенок, который, по-видимому, ничего не боялся, уже подбежал к стаффордширтерьеру, имевшему на редкость недружелюбный вид, и теперь восторженно прыгал вокруг него, как будто под травой был спрятан батут. Пес осторожно покосился на него и никак не отреагировал, сосредоточившись на обнюхивании корней дерева.

— Понятия не имею. — Феликс пожал плечами, снимая темные очки с Фоби и надевая их себе. — Я купил ее в «Харродсе», так что думаю, что она привита.

— Ты купил ее в «Харродсе»? — Фоби не смогла сдержать улыбку, когда она повернулась, чтобы взглянуть на щенка Феликса.

Боже, он выглядел великолепно даже в ее солнечных очках в стиле Джеки Онассис, изумилась она.

— Ужасно глупо, знаю, — рассмеялся он. — Вообще-то я зашел купить себе носки. Я не знал, что на этих выходных у тебя день рождения. Я просто увидел ее, подумал о тебе и Рэббит, и следующее, что я помню, — это как она носится по моему дому.

— Домашние животные не продаются в «Харродсе» рядом с носками, Феликс, — заметила Фоби, уткнувшись ему в плечо.

— Поэтому я поднялся наверх. — Он улыбнулся ей. — Ладно, я заказал ее. Ты должна признать, что она довольно кусачая.

— Она великолепна, — рассмеялась Фоби, наблюдая за щенком. Ей уже наскучил высокомерный стаффордширтерьер, и она подбежала к хохочущему малышу, извиваясь всем своим крошечным телом. Малыш неловко бросил ей палочку от мороженого, за которой щенок мгновенно ринулся, подпрыгивая на бегу, прежде чем гордо подбежать к ним со своим трофеем. Палочка торчала изо рта под косым углом, словно мундштук сигареты.

— Когда ты ушел, я нашла открытку. — Фоби наклонилась, чтобы взять палочку, и снова бросила ее. — Она превосходна — я смеялась целую вечность.

— В понедельник мы с Диланом напились и представили себя ведущими детской передачи «Блю Питера», — признался Феликс. — Я боялся, что она покажется тебе ужасно глупой. Я почти решил не отдавать ее тебе, но Дилан настоял. Он особенно гордился своим коренастым телосложением.