Над бездной - Барбара Делински

– Но все-таки чья же она?

Опять он прозвучал, этот провокационный вопрос.

– В настоящее время за ней ухаживаю я.

– Вы собираетесь ее удочерить?

– Нет, нет. Она пробудет со мной до тех пор, пока агентство не найдет для нее добропорядочное семейство.

– Так, значит, вы ее приемная мать? Ей повезло. Меня, например, отправили жить к тете, когда мне было восемь. Но тетя нисколечко не была похожа на вас, – сказала Доннелли Алисия. Она поступила в Маунт-Корт с седьмого класса и совершенно незаметно превратилась в старшеклассницу. В процессе взросления она переболела всеми возможными болезнями – от бронхита и скарлатины до мононуклеоза. Питер, который вел наблюдение за питомцами Маунт-Корта, лечил ее от всего этого. Когда же девушка заразилась грибком, то ею занималась Мара.

У Алисии в детстве были серьезные проблемы с поведением, которые ее весьма уважаемые в обществе родители оказались не в состоянии преодолеть. Единственным выходом из положения было удаление ее из семьи, в противном случае – госпитализация. Годы упорного лечения поставили ее на ноги, и, хотя она совсем не походила на образцовую ученицу, она оказалась чрезвычайно способной девочкой. Настоящим домом стал для нее Маунт-Корт, а не дом, в котором она родилась.

– Вы станете прекрасной приемной матерью, – говорила она Пейдж. – Вы знаете о детях абсолютно все.

Вы терпеливы. У вас есть чувство юмора, что очень важно. – Тут ее голос дрогнул. – У доктора О'Нейл с юмором тоже было все в порядке.

«Да, – подумала Пейдж. – У Мары было чувство юмора – она могла шутить и резко, и мягко, но ее юмор всегда смягчал ее напористость». Пейдж будет не хватать и напористости Мары, и ее остроумия.

Успокоившись, девушки вернулись на свои места – кто уселся в кресла, кто на полу. Все стихло.

– Доктор О'Нейл была прекрасным человеком, – негромко сказала Пейдж. – Она была самоотверженным врачом – настоящим крестоносцем. Нам всем следует извлечь урок из ее жизни. Она всю себя отдавала людям, а на это способен далеко не каждый.

– Она отдала даже собственную жизнь, – последовала ремарка со стороны Джули Энджел. Ее голос едва не сорвался на крик.

– Мы не знаем, действительно ли она покончила с собой, – возразила ей Дейдра.

Джули повернулась к Пейдж:

– Я слышала, что ее обнаружили в гараже. Это правда? Пейдж утвердительно кивнула.

– А правда ли, что она умерла в результате отравления окисью углерода?

Пейдж снова утвердительно кивнула.

– Значит, это и в самом деле было самоубийство, – обратилась Джули к Дейдре. – Что еще это может быть?

– Она могла умереть просто в результате несчастного случая, – негромко ответила Пейдж. – Она очень уставала в последнее время. И принимала транквилизаторы. Так что вполне возможно, что она отключилась, сидя за рулем.

– Только не доктор О'Нейл, – наставительно произнесла другая девушка по имени Тая Фарадей. – Она очень осторожно относилась к медикаментам. Когда я в прошлом году болела, она каждый день писала мне по пунктам, что я должна была принимать и в какой очередности. Она ничего не оставляла на волю случая. Помнится, она приходила на следующий день и проверяла, как я выполняю ее указания.

– Ей следовало бы выключить двигатель до того, как она потеряла сознание, – вынесла заключение Алисия.

Пейдж вздохнула.

– К сожалению, человек не всегда может контролировать себя, когда теряет сознание.

Прозвонил звонок, но девушки даже не шевельнулись. – Она оставила записку?

Пейдж заколебалась, но потом отрицательно покачала головой.

– И моя мать тоже, – произнесла Джули, – но мы знали, что это самоубийство. Она угрожала покончить с собой на протяжении долгого времени. Мы никогда не думали, что она решится на это, но когда человек забирается на тридцать третий этаж…

– Не рассказывай больше об этом, – попросила подругу Дейдра, увидев, как через гостиную стали проходить девочки с верхних этажей, чтобы выйти на улицу.

– Она сделала это умышленно, – продолжала настаивать Джули.

– Это ужасно.

– Жизнь сама по себе сплошной ужас.

– Жить на свете так одиноко.

– Доктор О'Нейл тоже была одинока? – спросила Тая.

Пейдж не была в этом уверена.

– Она постоянно была чем-то занята и всегда находилась в окружении людей.

– Мы тоже все время общаемся с людьми. Тем не менее я часто чувствуя себя одинокой.

– И я тоже, – раздался еще один голос. Затем кто-то произнес:

– Особенно плохо бывает по ночам.

– Или когда поговоришь по телефону с родными.

– Или когда гуляешь в лесу после десяти.

– Именно поэтому, – мягко вмешалась Пейдж, – прогулки в лесу после десяти вечера запрещаются школьными правилами. В темноте все выглядит зловеще. Каждая мелочь может напугать до смерти. – Тем не менее в рассуждениях девушек было рациональное зерно. Дни у Мары действительно были заполнены до отказа, но вот вечера и ночи… У нее вполне хватало времени подумать о том, что она все больше и больше отдаляется от семьи, что ее брак не удался, и, разумеется, об аборте, который она сделала в юности. Пейдж не слишком хотелось так думать – Мара, по крайней мере, и словом об этом не обмолвилась, – но вполне возможно, что она действительно чувствовала себя одинокой.

– Я и представить себе не могу, что доктор О'Нейл могла чего-то бояться, – сказала Алисия. – Она всегда казалась такой сильной.

– Но ведь она все-таки покончила с собой! – выкрикнула Джули. – Значит, в ее жизни произошло что-то непоправимое.

– Так что же с ней случилось, доктор Пфейффер?

Пейдж старалась подбирать слова со всей осторожностью. Хотя она не собиралась раскрывать тайн Мары – она и сама не все о ней знала, – тем не менее Пейдж хотелось внушить девушкам, что самоубийство, если Мара действительно на это решилась – это отнюдь не легкомысленный поступок. Для этого должны быть причины, но это можно предотвратить.

– Доктор О'Нейл пережила в жизни много разочарований. Как и все мы. Никто из нас не может прожить жизнь без трудностей. И уж если она действительно покончила с собой, значит, ее печали и горести разрушили то, что было в ней самого лучшего. Разрушили до такой степени, что она потеряла способность к сопротивлению.

Сзади кто-то тихо спросил:

– Так почему же один человек может справиться с собой, а другой – нет?

Пейдж повернулась и оказалась лицом к лицу со своей лучшей бегуньей Сарой Дикинсон. У нее за спиной болталась спортивная сумка, и она спустилась в гостиную одной из последних.

– Не могу определенно ответить тебе на этот вопрос. Очевидно, человек, способный справиться с бедой, обладает большой внутренней силой, или у него есть серьезная причина, которая не дает ему отчаиваться, или же, если человеку не хватает сил бороться в одиночестве, у него есть друзья, на которых можно опереться.