Бухта строптивых - Elen Every

Очнувшись, я понимаю, что нахожусь в подвале. Он связал меня и бросил где-то на полу. Волосы растрепались. Я понятия не имею, как он смог меня незаметно вывести, но у него это все же как-то вышло. Черт, в подвале очень слабый сигнал маячка. Он внутри меня, я проглотила маячок в виде капсулы, чтобы он всегда был при мне.

-Твоя любовь решила проявить ко мне благосклонность и убить меня к чертям собачим?

-Ну, «любовь», это громко сказало, немного потрахались и стали друзьями, по несчастью.

-Мм, я смотрю ты был очень расстроен нашим расставанием. Тогда зачем пришел ко мне?

-Я болен тобой, Луиза. К ней животная страсть, а к тебе нездоровая тяга. Тебя хочу оберегать, как розу.

-Я тебя ненавижу, - Люк подходит ближе, пальцем гладит меня по щеке, затем опускается к шее и к декольте.

-Ты стала краше, Лу, красивее, высокомернее и такой взрослой. Эта буря внутри тебя стала накрывать всех, кто рядом с тобой.

-Не прикасайся, - я начинаю ворочаться, от чего он только смеется.

-Я сделаю это снова, - Люк наклоняется, и целует меня, но я сильно кусаю его губу.

-Ха, - он смеется и вытирает кровь кончиком пальца, - строптивая и неугомонная, чем больше будешь сопротивляться, тем больше я буду заводиться. Знала бы ты, как я хочу тебя, но ты еще не готова.

-Ты чокнутый, - я вжимаюсь в угол и подгибаю под себя колени.

-В точку.

Я перестала считать, как долго нахожусь здесь. Не хочу засыпать потому, что не прощу себя, если дам этому животному коснуться меня. В какие-то моменты глаза закрываются, и меня накрывает, но я не позволяю себе уснуть. Он прикладывает мне мокрую тряпку к затылку, и становится чуть легче. Моя рана все еще кровоточит? Почему так больно?

-Я хочу в туалет.

-Туалет на улице. Иди на ведро.

-Я хочу в туалет, и мне нужно умыться, и меня тошнит.

-Лу, ты вечно создаешь проблемы.

Он выводит меня в небольшой дворик. Это двухэтажный дом, я стараюсь запоминать какие-то детали. Моя цель поймать его, обхитрить и привести полицию, а не сбежать от него. Туалет оказался обычным, по типу общественного.

Микрофон спрятан в лифчике, но предполагаю, что в подвале они либо не слышали ничего, либо слышали с помехами. Я закрываюсь на замок и включаю воду. Иду в туалет, а затем умываюсь, попутно диктую информацию.

-Мне нужна помощь, это двухэтажный кирпичный дом, он держит меня в подвале, - прокручиваю в голове все, что видела, только-что.

У меня ужасная память, но там была машина, машина со странными номерами, поэтому они запомнились. Я диктую номера. Из туалета я выхожу будто ничего не случилось. Люк думает, что все хорошо, но я начинаю надеяться, что все скоро решится.

Мы возвращаемся обратно, он садит меня на землю.

-Чей это дом?

-Тебя не касается.

-Ты ведь снова сядешь, Люк. Кем ты стал? Только посмотри на себя, ты ведь был другим.

Люк садится ближе к лампе и берет в руки небольшой ножик. Когда мы были детьми, мне нравилось смотреть, как он что-то делает своими руками. Он был мужественным и таким красивым, когда был увлечен чем-то. Я возвращаюсь к воспоминаниям. Еще во времена, когда мы оканчивали школу, мы приходили к бухте вдвоем. Он стругал фигурки, а я наблюдала за каждым его движением. Пот собирался на его лбу, выгоревшая челка спадала на глаза, он убирал ее рукой,  и затем поворачивался ко мне и улыбался.

-Это мы еще посмотрим, - он снова что-то стругает из деревянного бруска, как тогда.

-Что это будет?

-Это будет память обо мне. Хочу оставить тебе кое-что.

-Что ты собрался делать?

-Я тебе больше не нужен, Лу. Я псих, который больше никому не нужен. Эта сучка использовала меня, чтобы устранить тебя, ты меня не любишь, ты целуешься с этим придурком, и неизвестно еще, что у тебя с этим Бойсом. Я был в том доме. Черт, да там везде ты! Он влюблен в тебя, а я? Куда мне деть свои чувства?

-Люк, прошу, не делай ничего…

-Знаешь, я думал, что просто увезу тебя куда-то, и мы сможем жить, как раньше. Тебе это не нужно, я смотрю на тебя, и понимаю, что только опускаюсь ниже, держа тебя здесь.

Люк начинает усерднее работать инструментами по дереву. Когда он останавливается, я понимаю, что что-то должно произойти и это больше чем пугает, это делает меня эмоционально нестабильной, ужасно ранимой.

-Это моя исповедь, Лу. Я любил тебя больше жизни, - он достает пистолет, и начитает протирать его тряпкой. – По правде говоря, мне многое пришлось пережить. Меня пытались убить, полоснули заточкой по лицу. Когда посещали мысли, что жить больше не хочется, я вспоминал тебя. Я плачу. Я просто плачу, когда думаю, что потерял тебя.

Он касается моей щеки пистолетом, и мне до ужаса страшно. Люк готов пристрелить меня, я вижу, что следующий шаг будет отчаянным и безрассудным.

-Не делай ничего.

-Мне не жить здесь, Луиза.

-Все можно исправить.

-Ничего не исправить. Я снова попаду за решетку, и эти мучения по кругу. Они сломали мне психику, настоящие заключенные, не такие, как я. Я был мальчишкой, а стал прокаженным психом.

-Люк, прошу, -  я начинаю рыдать взахлеб.

-Вот, держи, - он кладет мне вырезанную фигурку девушки на колени. – Я пытался вырезать тебя. Очень долго не получалось, но тогда я не старался, как сейчас. Не вини себя ни в чем.

Люк поднимает, смотрит на меня, делает шаг назад. Я не хочу, чтобы он пострадал, я зажмуриваю глаза.

-Закрой глаза, Лу, правильно, не открывай, - говорит он.

Выстрел, и я не открываю глаза. Я плачу, но не открываю глаза. У меня начинается истерика. Кто-то подхватывает меня на руки и выносит на улицу.

-Лу, - он покрывает мое лицо поцелуями и вытирает слезы.

Джейкоб прямо передо мной. Мне очень нужны его объятия.

-Он уб-бил себя? – я заикаюсь и плачу.

-Лу, прошу тебя, давай уедем и дальше пусть разбирается полиция.

-Там фигурка, - я показываю пальцем на дверь, - принеси ее.

Я не могу остановить поток слез. Люк не был хорошим, но я не желала ему смерти. Чувство вины не покидало меня. В глубине души я понимала, что именно из-за меня все так случилось. Я любила того Люка, который был частью моего детства, и в последние секунды жизни я снова видела его.