30 чашек кофе - Анна Евдо

— О-фи-геть! — он прожигал её взглядом. — Это второе из любимых для меня.

— А первое? — она опустила руки на колени.

— Про «если бы», — он поставил одну ногу на пол. — Ты ждёшь от меня догадку, о чём эти строчки?

— Ты меня уже разбаловал, — она хитро улыбнулась.

— Стремление. Хотя я бы предпочёл «выбор», но род же не мужской. Значит, стремление к выбору.

Настя улыбнулась, кратко, одними губами и обхватила новую чашку ладонями, впитывая тепло нагретого фарфора. Павел накрыл рукой свою чашку, положив вторую на ребро рядом. Между их руками осталось сантиметра полтора. Казалось, что мельчайшие волоски распрямились в противоположную сторону, словно там был магнит. Кожу слегка покалывало, то ли из-за горячей кружки, то ли от близости рук. Внезапно стало до зуда желанно коснуться, вскользь, нечаянно-специально, не поднимая глаз, поймать разряд и проживать мгновение заново после, наедине с собой. Наваждение. Обоих. Внешне же они продолжали сидеть неподвижно, боясь пошевелиться и нарушить хрупкое единение.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Всё в порядке? — оба вздрогнули от вопроса Таи.

— Да, всё хорошо, — ответила Настя, придвигая блюдце ближе к себе.

— Расскажу тебе одну историю, — Павел развернулся к ней всем корпусом. — Раз начали с того, как из ничего можно сделать нечто.

— Расскажи, — Настя, наоборот, придвинулась к краю столешницы и сложила сцепленные в замок пальцы под подбородком.

— У меня был одноклассник. Есть такие люди, которые сами ничего из себя не представляют. Им не хватает ни воображения, ни изобретательности, ни широты ума. Они тихие, но мотающие себе на ус и крайне продуманные в другом плане. Отличные прилипалы и исполнители чужого сценария, при чём абсолютно серьёзно выдавая его за свой. Вот он из таких. Однако статус паразита ему жмёт и всё время тянет в дамки, только голову не переставишь. На том и горит, что делиться не умеет, а своей тямки не хватает. Я его не распознал поначалу. Это сейчас, в свои тридцать три, таких вижу почти сразу. Мы с ним однажды встали в парный доклад. Он тему из предложенных выбрал, приготовил по ней основные общие моменты. И всё, его предел, дальше стена. Мне досталась инновационная часть — куда можно развить заданное направление. Я зацепился за стороннюю ветку и разработал её, считая на тот момент, что мы равноценно вносим вклад. Так этот умник сместил время нашей защиты — это я уже после выяснил, на пару выступлений раньше, подгадав, пока я сдавал просроченную лабораторную по другому предмету. Но я отстрелялся немного быстрее. Захожу в кабинет, а он уже финальные слайды комментирует. Такое тихушничество меня задело и заело. Я задал ему вопрос, и он сбился, раз не по написанному. Я сам на него ответил, допояснив смысл представленных схем. Оценку нам поставили на двоих. Я расквасил ему нос и сделал выводы на будущее. Не иметь ни дел, ни дружбы с такими людьми. Они реально пустые внутри. Чем даже пугают.

Он промочил горло остатками кофе.

— Пустое место, уверенное в своей исключительности, — он кончиками пальцев подцепил её, сделав петельку руками. — Вот смотри, с твоими стихами: ты спокойно делишься со мной, соглашаясь с подсказками и не забывая отметить мой вклад, хотя убей, не понимаю, как из брошенного мною слова ты создаешь невообразимое послание. А там всё единолично, причём якобы завуалировано, но грязно и некрасиво.

— Выходит, со мной можно дружить и иметь дело, — тихо проговорила она, крепче надавливая на подушечки его пальцев.

— И бежать босиком по лужам. Дальше, — он переплёл их пальцы.