Дневник Симоны - Барбара Ханней

— Скорее, в гармонии с ней. Каким бы распрекрасным спортсменом ты себя ни считал, успех и поражение находятся исключительно в руках природы.

— То есть предпочитаешь серфинг командным видам спорта? — предположила Симона.

— К отвращению моего отца. — И Райан нахмурился, словно пожалел о сказанном.

— Я тоже вроде паршивой овцы. Очень люблю плавать и ездить на велосипеде, но предпочитаю соревноваться с собственными достижениями, а не с другими людьми.

— А как насчет поездки в Гималаи? Ведь эта поездка была результатом командных усилий?

— Да, но мы стали командой только во время путешествия, а до этого и в глаза друг друга не видели, — девушка сделала еще глоток вина и повертела бокал в пальцах. — Я даже не думала, что можно обрести близких друзей за такой короткий период.

Она снова принялась за еду. Опустошив тарелку, Симона отказалась от добавки, похлопав себя по животу.

— Я и так уже съела больше, чем следовало.

— Надеюсь, там осталось пространство для десерта? — Глаза Райана озорно блеснули.

— Неужели впереди еще и десерт? Райан, ты меня просто поражаешь!

— Лучше подожди радоваться.

Симона не без усилий поднялась на ноги.

— Давай я помогу тебе убрать со стола.

— Просто свали все в кучу рядом с раковиной.

— Мне взять для десерта тарелки и ложки?

— В этом нет никакой необходимости, — Райан открыл холодильник и вытащил мороженое в бумажном пакете. — Я сейчас сделаю страшное признание: десерт я просто-напросто купил!

Уперев руки в бока, девушка с шутливым выражением лица надвинулась на него.

— Какой просчет, мистер Таннер!

— По крайней мере, я в этой оплошности честно признался, — ответил Райан, извлекая из пакета шоколадное мороженое в форме сердечка. — Следовало бы похвалить меня.

— Я похвалю кого угодно, если он предложит мне шоколадное мороженое!

Глаза Райана загадочно блеснули, и он шагнул к ней. Симона пожалела об этом. Теперь, когда их не разделял стол, она чувствовала себя уязвимой.

Он вручил девушке шоколадное сердце.

— А ты что, не будешь?

— Через минуту.

Их взгляды встретились, и Симона лизнула мороженое.

— У тебя кусочек шоколада на губах, — хрипло произнес Райан.

Теперь он был так близко, что наклон головы неизбежно привел бы к поцелую. Симона честно пыталась дышать, но получалось плохо. И, прежде чем она пришла в себя, его ладони обхватили ее лицо.

— Я хотел тебя поцеловать с того момента, как увидел в аэропорту.

Симона мучительно пыталась вспомнить, почему целовать его — сущее безумие, но не могла сосредоточиться. Райан был слишком близко…

Девушка покорно подняла голову. Ее охватила дрожь, когда сильные руки Райана скользнули по ее телу, обнимая и прижимая к мускулистой груди… Ее губы были холодными от мороженого, но быстро согрелись от жара его поцелуя. Райан целовал ее нежно, уверенно, неторопливо. Через секунду Симону покорили мужественная сила этого человека и волшебство его теплых, твердых губ…

Прижавшись к нему, она ощутила прилив страстного желания, такого горячего и сладостного, что не сумела сдержать тихий стон.

Райан застонал в ответ, и его губы коснулись шеи девушки. Симона прижалась к нему еще крепче, извиваясь, желая утолить вспыхнувший голод — сейчас же…

И в этот момент раздался громоподобный стук в дверь.

Симона вздрогнула. Райан резко отстранился, тяжело дыша и тихо ругаясь, и направился к двери.

— Не представляю, кто бы это мог быть…

Стук повторился, и на сей раз он был еще громче, если это вообще было возможно.

— Не могу в это поверить! — Райан тяжело вздохнул и поцеловал девушку в лоб. — Извини меня, Симона.

Чувствуя, как кружится голова, она прислонилась к буфету. Открылась входная дверь, а затем последовал вопрос разъяренного Райана:

— Что ты здесь делаешь?!

— Если бы ты отвечал на мои звонки, этого бы не потребовалось.

Симона четко и ясно слышала каждое слово. Неожиданный посетитель оказался мужчиной — судя по голосу, немолодым и недовольным. Она попыталась привести прическу в порядок.

— Черт побери, почему здесь так темно? — прорычал визитер. — Тебе что, отключили электричество за неуплату?

Господи, да кто же это такой?

— Я не один, — отозвался Райан усталым голосом, словно он уже успел привыкнуть к подобному обращению. — У меня нет времени на твою очередную лекцию, а моему гостю совершенно не интересно выслушивать наш обмен любезностями.

— Мне плевать, принимаешь ли ты в гостях главу Всемирного банка или первосортную проститутку! Я хочу поговорить с тобой, сын.

Сын? Значит, это отец Райана, печально известный Джордан Таннер?! Симона на секунду прикинула, не пора ли ей спрятаться в ванной.

— Нужно было предупредить меня, что ты придешь.

— Если бы ты отвечал на мои звонки, мне бы не пришлось тратить столько времени и денег, чтобы перекинуться с тобой парой слов.

— Так вот что тебя гложет! Стоимость билета на самолет! В таком случае можешь прислать мне счет.

— Не будь таким обидчивым, Райан. У меня есть для тебя великолепное предложение, это твой шанс выбиться в люди. И ты хотя бы раз в жизни должен ко мне прислушаться.

— Я же говорил тебе, у меня гость.

Симоне было ужасно неприятно подслушивать этот обмен любезностями. В комнату вошел крепко сбитый человек с густыми бровями. Именно это лицо она часто видела в новостях.

Джордан Таннер мгновенно уловил особенности обстановки — приглушенный свет, столик, накрытый для двоих, мерцающий огонек свечи. Глаза мужчины сузились, когда он заметил Симону. Райан выглядел так, словно был бы рад покончить с собой.

Внезапно решившись, Симона шагнула вперед и протянула отцу Райана руку, запоздало вспомнив, что она еще липкая от мороженого.

— Добрый вечер, мистер Таннер, меня зовут Симона Грей.

Джордан моргнул и быстро вспомнил о хороших манерах.

— Счастлив с вами познакомиться, — он окинул ее подозрительным взглядом. — Похоже, вы работаете во Всемирном банке.

Очевидно, это было неуклюжее извинение за предыдущую реплику о проститутках. Симона чуть было не улыбнулась, но предпочла взять пример с Райана, на лице которого застыла похоронная серьезность.

— Мисс Грей и я обсуждали некоторые деловые вопросы, папа.

Впервые за все это время Райан так обратился к отцу, и Симона сразу же заметила напряженный взгляд, которым обменялись мужчины.