День Проклятого Валентина - Инна Инфинити

— Приятно познакомиться, — говорит ему Максим.

— Взаимно, — отвечает Артем.

Бывший муж переводит взгляд на меня.

— В общем, если что-то будет нужно — звони.

— Хорошо.

Максим склоняется к Лизе в моих руках, целует ее в щечку и уходит. Я закрываю за ним дверь, опускаю дочь на пол и снимаю с нее верхнюю одежду. Уже конец марта, но все еще холодно и лежит снег.

Артем продолжает стоять в прихожей, привалившись к стене. Лиза ему вовсю улыбается. Они отлично поладили. Я веду дочь мыть руки, но какое-то неприятное ощущение меня не покидает.

Вот зачем Артем вышел? Для чего это было нужно?

Мы ужинаем под Лизин рассказ о том, как папа водил ее в океанариум. Она рассказывает нам про шоу дельфинов и про других рыб, которых она видела. Дочке все понравилось, кроме того, что с ними был Миша. Это приемный ребенок Максима и Кристины.

— Мама, Миша сказал мне, что Деда Мороза не существует. Это правда?

Я замираю над тарелкой. Дед Мороз — это самый любимый Лизин мужчина после отца. Каждое 31 декабря она с замиранием сердца ждёт от него подарков.

— Нет, конечно. Нашла кого слушать. Дед Мороз существует и каждый Новый Год дарит тебе подарки.

— Миша сказал, что это папа дарит нам подарки, а не Дед Мороз.

Вот же мелкий засранец этот Миша! Я перевожу взгляд на Артема в ожидании поддержки.

— Лизочка, — аккуратно начинает Артем. — Миша, наверно, плохо себя вёл, поэтому Дед Мороз не подарил ему подарок. И вот чтобы он не расстраивался, ему сюрприз сделал папа. А ты хорошо себя ведёшь, поэтому тебе Дедушка Мороз подарки дарит.

Кажется, эта версия пришлась дочери по душе.

— Миша все время плохо себя ведёт! — Громко возмущается. — Он ломает мои куклы! И сегодня он сказал папе, что не хочет, чтобы он брал меня гулять с ним и Крисей.

Крися — это Кристина. Каждый раз, когда дочь ее так называет, меня передергивает.

— И еще Миша мне сказал, что его папа любит больше, чем меня, потому что он все время живет с папой, а я нет. Но папа это услышал и сказал, что любит нас одинаково, а потом поругал Мишу.

Нет, ну этот ребенок просто поразителен. Я, конечно, понимаю, что восьмилетний Миша не знает о том, что Максим и Кристина его усыновили, но все же это уже ни в какие ворота.

— Лиза, я уверена, что папа любит тебя больше, чем Мишу. — Говорю дочери.

— А папа сказал, что любит нас одинаково.

— Это он так ответил, чтобы не обидеть Мишу.

Дочь еще возмущается ужасным Мишиным поведением и тем, что он ломает ее игрушки, а потом я уношу ее купать и укладываю спать. Через месяц Лизе четыре годика. Максим не пропускает ни одного ее дня рождения, и я с содроганием думаю о том, что Артем и Максим будут вместе на праздновании. Конечно, при условии, что Артем захочет на нем быть.

Все то время, что я вожусь с дочкой, Артем задумчиво сидит на кухне. Я захожу к нему и сажусь на стул напротив.

— Что-то не так? — Спрашиваю его.

Он поднимает на меня взгляд и смотрит бесконечно долго.

— Какие у тебя с ним отношения?

— Я же уже рассказывала тебе.

— Ты говорила, что коммуницируешь с ним только по вопросам, которые касаются вашей дочери.

— Так и есть. — Киваю в знак подтверждения.

— Что означала его фраза в конце: «Если что-то будет нужно — звони»?

— Он имел ввиду, чтобы я звонила, если что-то потребуется Лизе.

Между нами повисает гнетущее молчание. Артем сцепил челюсть и смотрит в одну точку на кафельном полу. Я встаю со своего места и иду к нему. Сначала просто смотрю на него сверху вниз, а потом аккуратно опускаюсь к нему на колени. Беру ладонью его лицо и поднимаю на себя.

— Артем, что с тобой происходит в последнее время?

Он долго на меня смотрит, ничего не отвечая. Я глажу его по щеке и лишний раз отмечаю, какой же он красивый.

— Я не знаю, что мне с тобой делать, — тихо говорит.

— В смысле?

Он склоняет голову слегка на бок, продолжая изучать меня взглядом. А потом шумно выдыхает и опускается лбом на мое плечо.

Какое-то странное чувство тревоги окутывает меня с ног до головы. Артема что-то гложит, и он упорно не хочет мне об этом рассказывать.

Ну почему нельзя, чтобы просто все было хорошо? Почему даже когда хорошо, обязательно что-нибудь да будет не так?

— Ты любишь его до сих пор? — Артем отрывается от моего плеча и смотрит на лицо.

Я медленно качаю головой.

— Нет. Больше нет.

«Потому что теперь я люблю тебя», — добавляет мой внутренний голос, но вслух я этого не говорю.

Артем кладёт руку мне на затылок и склоняет к себе для поцелуя. С каждым прикосновением его губ по телу расходятся приятные вибрации. Мы перемещаемся в спальню и там просто растворяемся в друг друге.