Вкус мандаринок - Джас Риччи

Так влажно и горячо, я словно подросток вколачиваю свой член в стонущую подо мной девушку и дурею от наслаждения, сминаю ей грудь, даже не понимая в тот миг, а не делаю ли я ей больно.

— Я хочу тебя всю, — хрипло выдаю ей на ухо своё желание и жадно целую припухшие от поцелуев губы.

Какая же она отзывчивая, да моя кожа готова рассыпаться пеплом под её легкими поглаживаниями, а когда в ход идут ноготки — я рычал. Наши пальцы сплелись, так же, как и наши тела, которые жадно впитывали страсть друг друга.

Такого со мной давно не было, чтобы вот так безумно возбудиться и позабыть о контрацепции. И откуда только у нее нашлись силы вовремя выдавить слова о презервативе. Ну, естественно его рядом не было, и меня уже никто не остановит. Ещё раз упустить её из своих рук не намерен. И всё своё желание я выплеснул ей на подрагивающий живот. Свалился рядом и прижался к ней, собственнически обняв рукой под грудью.

Мне нравилось, что она не вырывается из рук и не мчится пулей в ванную. Александра лежала рядом и постепенно приходила в себя, осторожно пальчиками поглаживая кожу моей руки. Чёрт, меня сейчас переполняли такие чувства, что словами не передать! Сам не пойму, откуда у меня появилось столько энергии, даже смешно. Но уже в следующий момент я встал с кровати и отправился искать презервативы, которые валялись в верхнем ящике комода. Повернулся к кровати и увидел хмурящуюся девушку, она явно не поняла, куда меня ветром сдуло с постели. Лучше бы она так не смотрела на меня, потому что желание вновь стало зарождаться внутри меня. Я жадно пожирал глазами её красивое тело, и видимо это слишком выражалось на моей довольной физиономии, потому что девушка покраснела и рухнула на подушку. Я рассмеялся, подошел ближе и бросил упаковку презервативов к изголовью. А потом отыскал майку и вытер испачканный живот смущенной Александры.

— Ты же не думала, что раза нам достаточно? — растянулся в улыбке и склонился над девушкой, в глазах которой я смог прочитать то, что она ни капельки не против продолжения.

Наоборот, её руки обняли меня за шею, она сама потянулась к моим губам.

В этот раз всё было просто безумно и жарко, особенно когда я до упора заполнял её. И только когда Александра в очередной раз конвульсивно дернулась и всхлипнула, я сильнее стиснул её в своих объятьях и вдохнул аромат ее влажной кожи, присоединившись к ней…

Из тёплых объятий меня выдернул слишком знакомый голос… И нет, это был не голос проспавшегося Лёхи, тот хотя бы к обеду очухался, а к вечеру домой свалил. Дверь в спальню распахнулась, а я чётко услышал голос Ники:

— Ты что до сих пор ещё дрыхнешь!

Только этого сейчас мне не хватало! Я так сладко спал, прижавшись к спине Александры, что возвращаться в реальность желания никакого не было. Отрезвляющим стало то, что рядом зашевелилась моя женщина, видимо тоже услышав посторонний голос.

— Ника, какого? — я прижал руку к глазам, когда Вероника, видимо не веря своим глазам, включила свет в полутёмной комнате.

— Твою мать, Корсун! — заёрничала бывшая, скрестив руки на груди. — Я тут прусь к нему, чтобы объясниться, а он с бабой кувыркается!

— Да, — привыкнув к яркому освещению, приподнялся на локтях и кивнул согласно головой, — как видишь, не рыдаю у разбитого корыта.

Девушка точно была слишком удивлена, потому что знала меня и мои принципы. Если я был в отношениях, то на других если и засматривался, то чисто по эстетическому принципу. Ей, то есть Веронике, я был все эти годы верен, меня всё устраивало. Но теперь понимаю, как много мы рядом с ней потеряли. Мы даже не заметили, как секс для нас стал чем-то обыденным, ничего особенного, просто разрядка.

— И как давно ты шашни крутишь и в постель тащишь, кого вздумается?

Такс! А вот такая формулировка мне жутко не понравилась. Неужели Ника готова всё сбросить с больной головы на здоровую? Ну, уж нет, такой радости я ей не предоставлю. К тому же я чувствовал напряженную спину Александры, она уж точно не спала и слушала перепалку.

Я сполз к краю кровати, в надежде в ворохе одежды отыскать свои трусы, одеться и лишь потом говорить с бывшей. И удача мне улыбнулась, я сцапал боксеры, шустро натянул их и встал. И всё бы ничего, если бы в следующий момент в прихожей я не услышал голоса родителей.

— И почему у этого растеряши открыты двери? — слышал взволнованный голос мамы, а отец как всегда отшучивался.

— О, Никуша, а ты какими судьбами? — пропела мама, я ляскнул себя ладонью по лицу, не ну это блять нормально?