Супруга опального магната - Юлия Бузакина

Ночью, когда маленькая непоседа крепко заснула, я кралась к зоне отдыха, где у бассейна меня ждал муж. На мне было только коротенькое платье-бандо, сотканное из сверкающих страз. Оно облегало бедра и грудь, и переливалось в свете огней, будто чешуя. Никакого белья и обуви – первое я не должна была надевать соответственно уговору, а второе могло запросто разбудить безмятежно спящую Тасю. В руке я крепко сжимала трубку от радио-няни. Если Тася вдруг решит проснуться, мы с Витей бросим наши бесстыдные развлечения и прибежим раньше, чем она успеет испугаться.

Автоматические двери распахнулись, и я оказалась на свежем воздухе. Вода в бассейне светилась изнутри нежным сиреневым светом и казалась волшебной. Пальмы в кадках тихо шелестели в унисон легкому летнему ветерку. А над моей головой раскинулось бесконечное звездное небо.

Виктор ждал меня на мягком диванчике под навесом. Легкая рубашка из хлопка была полностью расстегнута, светлые бриджи подкатаны до колен. Он тоже босиком. В крепких пальцах зажат бокал с моим любимым вином. На подносе угощение – тарелка сыров, королевские креветки, запеченные в кляре и целое блюдо нарезанных дольками летних фруктов.

— Мороженое в морозилке, — медленно окидывая мой наряд полным вожделения взглядом, улыбается он.

Я подхожу к нему. Его рука скользит по моей спине, опускается ниже и забирается под короткую полоску ткани на бедрах. Осторожный вдох, и голубые глаза темнеют. Под платьем нет трусиков.

Обвиваю крепкую шею руками и забираюсь к нему на колени.

— Кто-то забыл налить даме вина?

— Кто-то потерял способность соображать, когда осознал, что у дамы под платьем действительно ничего нет,  — посмеивается он и ловко подхватывает бутылку вина.

Аккуратно льет полупрозрачную жидкость в бокал и подает мне.

Отпиваю глоток, и тут же получаю угощение – креветку в кляре. Виктор подносит ее к моим губам и кормит меня с рук.

Мы шутим, смеемся. Бокалы незаметно пустеют. Виктор поглаживает мою спину, и по обнаженной коже волшебными мурашками рассыпается предвкушение. Его губы касаются ложбинки у основания. Скользят выше, мягко покусывают, а руки тем временем дерзко задирают платье все выше. Он больше не сдерживается. Жалит рваными поцелуями мою шею, плечи. Отставляю свой бокал и подаюсь ему навстречу. Он тянет меня к себе, властно расстегивает замок на платье, и руки гладят обнаженную спину. 

Я усаживаюсь на него верхом. Мои ладони скользят под уже расстегнутую рубашку и с вожделением проводят по темным волоскам на груди. 

Он тянет вверх остатки моего чешуйчатого одеяния. Теплая и шероховатая ладонь ложится на низ спины, заставляя судорожно сглатывать. Пальцы игриво скользят по нежной коже все ниже. 

Губы терзают мою шею и плечи. Участившееся дыхание сбивается. Пальцы продолжают игриво исследовать мое тело. Сжимают бедра, скользят, добираются до бархатных лепестков и нежно ласкают. Большой палец уверенно нащупывает горошинку клитора и начинает массировать – сначала легко, а потом все интенсивнее, вторгаясь внутрь и заставляя плотное кольцо сжиматься от возбуждения.

Едва сдерживая стоны, я приподнимаю бедра и подаюсь навстречу ласкам. Чешуйчатая ткань падает на пол, обнажая меня полностью.

Муж скользит по груди тяжелым, наполненным страстью взглядом, и по очереди впивается губами в тугие горошины сосков. Язык дразнит, зубы сжимают и покусывают, и с моих губ один за другим срываются стоны. 

Приподнимает мои бедра и осторожно насаживает на себя. Я обхватываю его шею крепче и принимаю внутрь.

Вторжение, сладкое и откровенное, заставляет содрогнуться. Нежная кожа горит от его поцелуев.

Все еще сдерживаясь, я приподнимаюсь и снова опускаюсь на него. Откидываю волосы назад, придерживаюсь руками за его крепкие плечи и двигаюсь в свободном ритме. Его пальцы дразнят, гладят разгоряченную кожу, и я, остро ощущая жар его тела, плавлюсь в его руках.

Муж с глухим стоном прижимает меня к себе крепче и уверенно направляет мои движения, придерживая меня за бедра. Я расслабляюсь. Отпускаю контроль и как будто лечу куда-то вверх. Он пронизывает меня встречными движениями, и вот мы уже движемся в унисон. Он содрогается всем телом, и через несколько мгновений я обмякаю в его руках, подрагивая от острого наслаждения.