36 и 6, или Любовь по рецепту - Ольга Иванова

Итак, в ребусе под названием «Босс и Ко» появился еще один элемент: Лариса. Кто она такая и почему перед ней все скачут на задних лапках? Особа не очень приятная и, главное, высокомерная, корону снимает только перед Боссом. А еще хорошо знает Владлена Филипповича и, кажется, именно его называет «дядей». Да, я хорошо помню, как она спросила: «Ты в спальне дяди обосновался?» Ну или что-то в этом роде, не столь важно. Ключевое слово здесь «дядя», и если выстроить определенную логическую цепочку, то им, скорее всего, и является профессор Сафронов. Получается, все-таки родственница…

Лариса… Телефон у нее с зашифрованным каналом связи, возможности, чтобы пробить машину по номеру… Прямо агент Скалли какая-то. Из спецслужб, что ли? Тогда почему помогает Боссу, покрывает его, прячет в доме своего дяди? Загадки, загадки, сплошные загадки…

Я надеялась, что за ужином мужчины хоть каким боком будут обсуждать эту Ларису, но нет! Говорили о всякой ерунде, лишь вскользь коснулись завтрашнего переезда.

– А что мне делать с работой? – поинтересовалась у них тогда я. – Мне поставят прогулы и уволят.

– Завтра позвоните кому-нибудь, предупредите, что пока не сможете выйти на работу. Придумайте что-нибудь, – «посоветовал» Волк-Борис. – Телефон у нас есть.

– А по нему разве можно решать свои личные вопросы? – я сделала вид, что удивлена.

– По нему можно, – получила короткий ответ.

Придумайте что-нибудь… Что тут придумать, когда у тебя начальство – суровее и неприступнее самого самурая, а по стране шагает эпидемия гриппа и каждый терапевт на счету?

– Людмила Сергеевна, у меня так сложились обстоятельства, – лепетала я на следующее утро в трубку супер засекреченного телефона Ларисы, – семейные… Мне нужно срочно уехать… Точнее, я уже уехала… Это очень срочно… Можно сказать, вопрос жизни и смерти… Да, я понимаю, что сейчас врачей днем с огнем не сыщешь… Но не могу, Людмила Сергеевна… Нет, еще не знаю точно на сколько дней… Я заявление задним числом напишу, да… Да, без сохранения заработной платы, конечно… Спасибо, Людмила Сергеевна… Спасибо… Я поняла, да… До свидания…

– Ну что сказала ваша Людмила Сергеевна? – поинтересовался Борис, который как раз присутствовал при разговоре с заведующей.

– Что если не появлюсь на работе через две недели, то могу считать себя уволенной, – ответила я, отдавая телефон. – И это будет на вашей совести…

– Ничего, разберемся, – заверил Волк. – Без работы не останетесь…

И как мне рассматривать это заявление? Как то, что через две недели я наверняка буду свободна? Или мне найдут другую работенку? Например, заставят оперировать грыжу какого-нибудь очередного мафиози.

Но задать этот вопрос в лоб мне не довелось: на телефон стали поступать долгожданные сообщения от Ларисы, и Борис умчался к Боссу. Мне же о дальнейших планах сообщили позже, и, если бы не любитель поболтать Данила, узнала бы обо всем лишь в общих чертах.

Итак, наш путь лежал в сторону Ярославля, где-то в его пригороде ждал дом, который подсуетила для нас Лариса. Но добираться до него предстояло на перекладных и сделав приличный такой крюк. Как мне по секрету сказал Данила, придется сменить три машины.

Выезжали, когда хорошенько стемнело, на серебристом Пассате, джип же так и остался стоять на заднем дворе.

– Да, тесновато, конечно, но зато не в обиде, – попытался подбодрить Данила, когда я оказалась зажатой на заднем сидении между ним и Боссом. Спереди же, по традиции, сидели Борис и терминатор Леха.

Насчет тесноты и не-обиды я бы поспорила, особенно когда тебя с обеих сторон подпирают мощными плечами, не давая возможности даже вздохнуть нормально, но кто ж меня спрашивает? А Данила так еще и поерзать любил и руками поразмахивать, болтая. Задевая меня, он, конечно, каждый раз извинялся, но моя дислокация от этого лучше не становилась. Босс, наоборот, сидел как каменное изваяние, переплетя руки на груди.

– Как ваше самочувствие? – время от времени интересовалась у него я, особенно в моменты, когда он прикрывал глаза и откидывал голову на сидение. Сегодня температура его уже установилась на отметке ниже тридцати восьми, но я все равно опасалась, что может наступить ухудшение.

– Прекрасное, – отвечал он тоном, лишенным какого-либо эмоционального окраса.

Первая смена машины произошла где-то через полтора часа на неприметной заправке, где даже туалет нашелся с трудом, а в ассортименте минимаркета были представлены лишь чипсы, шоколадки и минералка. Нам досталось старенькое вишневое Вольво, куда мы впихнулись с еще большим трудом. Парень, передавший Волку ключи, исчез в ту же секунду, ну а Пассат пришлось оставить на заправке.

– Айл би бэк, – шутливо помахал ему Данила на прощание.

Борис же не преминул сострить:

– Это должен был сказать Терминатор, не забирай у него его реплики. Еще обидится.

Но Леха не обиделся. Он даже толком не понял, о чем речь, лишь рассеянно улыбнулся. Сейчас все его внимание было сосредоточено на дороге.

А я неожиданно задремала. Когда же проснулась, с ужасом обнаружила себя приткнувшейся к Боссу. У меня даже след на щеке остался от шва на его пальто.

– Простите, это случайно вышло, – отпрянула я от него тут же. – Надо было разбудить меня.

– Зачем? Вы мне не мешали, – спокойно ответил тот.

– Я хоть не задела вашу рану? – спросила еще с беспокойством.