Не соблазняй повесу - Сабрина Джеффрис

Но ведь ухаживание – наилучший способ получить от нее то, что ему требуется для его дела. Если он хорошо разы грает свою карту, она, быть может, пригласит его к себе домой и познакомит с родителями.

Взглянув на ее покрасневшие и припухшие от поцелуев губы, Уинтер сказал:

– Я мог бы.

Амелия несколько раз недоуменно моргнула.

– Что вы могли бы?

– Ухаживать за вами.

Это было совершенно безопасно. Кирквуд говорил, что эта леди не хочет выходить замуж, да она и сама в этом призналась. Кроме того, она вообще не захочет поддерживать с ним отношения после того, как он арестует ее мачеху и Теодора Фрайера, что он и сделает, кактолько убедится, что она та самая женщина.

Амелия посмотрела на него с явным беспокойством во взгляде.

– Вы могли бы ухаживать за мной? После одного поцелуя?

Лукас поднял руку, накрыл ладонью щеку Амелии, а большим пальцем тронул ее припухшую нижнюю губу.

– Более чем одного. А иногда и этого бывает достаточно.

– Правда? – отозвалась Амелия неожиданно слабым голосом. – Но я считала, что вы здесь по делу.

– По делу? – переспросил он настороженно.

– Для переговоров с алжирцами.

– О да, совершенно верно. – Это было хотя бы отчасти правдой. Его начальники признали, что ему следует иметь какое-нибудь подходящее прикрытие, пока он выслеживает Фрайеров. – Но это не значит, что, занимаясь делами, я одновременно не могу подыскивать себе жену:

Лукасу почудилось, что в глазах у леди Амелии вспыхнула, искра гнева. Впрочем, это могло быть всего лишь игрой его воображения, – с чего бы ей гневаться? Таким женщинам, как она, нравится коллекционировать поклонников. Ей было бы приятно, если бы у нее появился еще один.

– Так вы ищете жену? – Амелия положила руки Лукасу на талию – и замерла, наткнувшись на рукоять кинжала. – Что это? – спросила она, извлекая из-за широкого пояса нож и поднимая вверх. – Вы всегда носите с собой кинжал, когда собираетесь ухаживать за женщиной?

– А вы всегда обыскиваете ваших поклонников, чтобы проверить, нет ли при них оружия? – парировал он, отбирая у нее кинжал и пряча его за пояс.

Амелия помолчала, потом кокетливо улыбнулась, что было бы уместно для легкого флирта, а не для женщины, которую только что так целовали.

– Разумеется, нет, глупый вы человек! Это вышло, случайно. – Она погрозила ему пальцем. – С вашим ухаживанием явно возникают проблемы. Вы не знаете правил.

– Каких правил?

Внезапная перемена в ее поведении ему явно не понравилась, и, когда Амелия его оттолкнула, он не стал ее удерживать.

– Правил поведения в приличном английском обществе. – На губax у Амелии появилась еще одна дразнящая улыбка. – В Англии появление на балу с оружием считается чудовищным неприличием, майор.

– Лукас, – произнес он с нажимом, задетый ее нелепым жеманством после таких горячих поцелуев. – Называйте меня, пожалуйста, Лукасом, это мое христианское имя.

Амелия с притворной скромностью опустила глаза:

– Мы с вами пока еще не помолвлены, сэр. И вряд ли наша помолвка состоится, если вы станете и дальше нарушать правила благопристойности.

Да пошли они ко всем чертям, эти их правила благопристойности! Он всего лишь хочет получить возможность выведать у нее то, что ему необходимо.

Но, с другой стороны....

– Вы могли бы научить меня, как избежать этого. Я имею в виду нарушение правил. – Да, это правильный ход: ведь он не сможет продолжать расследование, если она откажется с ним встречаться из-за его «неблагопристойного» поведения. – Дайте мне несколько уроков правильного поведения в обществе. – Чувствуя, что не удержался от саркастического тона, Лукас добавил: – Сделайте меня достойным чести быть вашим поклонником.

На этот раз он прочитал во взгляде леди Амелии удивившую его расчетливость.

– Блестящая мысль, – произнесла она. Он тоже так считал.

– Кто мог бы научить меня лучше вас?

В самом деле, кто в данных обстоятельствах лучше единственной женщины, которая приведет его к Дороти Фрайер, а значит, и к Теодору Фрайеру?

– Вот именно, кто? – Ресницы Амелии затрепетали. – Но я не уверена, стоит ли это моих усилий, когда за мной ухаживает немало других джентльменов, знающих, как вести себя в английском светском обществе.

Лукас скрипнул зубами. Если она вообразила, что он станет умолять ее о привилегии ухаживать за ней, ее ждет разочарование... Он же не сделал ничего, чего бы она не хотела.

– Но ни один из этих парней не угостит вас рассказами о приключениях, столь для вас занимательными.

– Вы попали в точку, – признала Амелия, глядя на Лукаса.

– Я мог бы даже устроить для вас какие-нибудь приключения, если вы захотите.

Взгляд ее сделался холодным и жестким. – Какого сорта приключения могли бы вы мне предложить? Ваши поцелуи?

Лукас ощутил мгновенно вспыхнувший в крови жар. Поцелуй? Да, уж они-то помогли бы ему вытерпеть уроки «хорошего тона». – Если вам будет угодно, дорогая.

– Посмотрим, – произнесла она застенчиво. – Если вы, докажете, что достойны чести быть моим поклонником, мы, возможно, включим в состав приключений и такие.

Ну-ну, эта маленькая кокетка решила попробовать на нем свои уловки. Отлично, пускай себе изощряется как хочет!

– Что ж, давайте заключим сделку. Вы мне уроки хороших манер, а я вам приключения. Любые, каких вам захочется.

Амелия немного помолчала, потом просияла лукавой улыбкой:

– Очень хорошо. Приглашаю вас посетить городской дом моего папы. Лорд Кирквуд расскажет вам, как его найти. – Она повернула голову и посмотрела на застекленную дверь. – А теперь мне надо бы вернуться в зал, пока меня не стали разыскивать.

Она направилась к двери, и Лукас последовал за ней. Амелия приостановилась.

– Нам нельзя появляться там вместе, иначе могут подумать...

– ...что мы сбежали для того, чтобы заниматься чем не следует, – докончил Лукас фразу вместо нее.

– Вот именно. – Амелия посмотрела на него из-под опущенных ресниц. – И вот вам первый урок хороших манер: ни в коем случае не давать людям повод думать, что вы занимались чем не следует..

– В таком случае...

Он не договорил, но провел ладонью по спине Амелии, словно что-то стряхивая с ее платья.

Она отпрянула в сторону и покраснела.

– Что вы делаете?

– Вы испачкали платье о перила балкона. И если вы не хотите, чтобы кто-нибудь начал строить на наш с вами счет некие предположения...

– Ох, верно. – Амелия резким движением отряхнула юбку. – Кстати, запомните на будущее: вам следовало указать мне на непорядок в моем туалете, а не действовать самому.