Вспомни меня - Маргарита Дюжева

Макс

У меня было такое состояние, что не мог поверить в происходящее. С работы ей раз сто звонил, просто убедиться в том, что она действительно здесь, со мной, и все, что произошло между нами — это правда. Янка сначала настороженно отнеслась к моим заскокам, а потом смеяться начала:

— Да тут я, Ершов. Тут.

— Не исчезнешь?

— Не исчезну.

— Смотри у меня, — произносил грозно, а через час разговор повторялся.

Я не знал, как до вечера дожить, все трогать хотелось, прикасаться, снова почувствовать вкус податливых губ. Просто наваждение какое-то. Думал, что, если своего добьюсь — проще станет, а ничего подобного. Наоборот, крутило так, что на месте усидеть не мог. На работе пару раз молотком по пальцам попал, за что получил нагоняй от старшего:

— Ершов, ты больной что ли?

— Нет.

— Тогда чего улыбаешься, как имбецил?

А что я сделаю, если улыбками сама вылезала наружу? Это сильнее меня.

Дома приходилось держать себя в руках, чтобы родители ничего не заметили. Мы даже посмотрели все вместе какой-то новогодний мультфильм, хотя мне сейчас точно не до мультиков было. В голове крутилось кино для взрослых с Янкой в главной роли.

Еле смог ночи дождаться, когда дом успокоился и заснул. Тут же в комнату к Белецкой поскакал, а она меня уже ждала. Жадная, нетерпеливая, готовая.

Полночи не спали, не в состоянии остановиться, оторваться друг от друга. Как только предки нас не услыхали, не знаю. И снова я с ней остался до самого утра, а потом на цыпочках пробирался в свою комнату, чтобы не спалиться.

Я все-таки пригласил Янку на встречу выпускников. Самому хотелось сходить, а без нее бы даже не сунулся. Вдруг пока я где-то шляюсь, она возьмет и исчезнет?

Немного позже условленного времени мы приехали к небольшому уютному ресторанчику в центре города:

— Уверена, что хочешь туда идти? — спросил у Яны, которая недовольно посматривала на бывших одноклассников, дымящих на крыльце.

— Конечно. А почему ты спрашиваешь?

— Ну… раньше… там, — я замялся, не зная, как сказать о том, что произошло в выпускном классе.

— Макс, забей. Это было давно и неправда, — она отмахнулась, а я никак не мог понять. Врет или действительно отпустила прошлое.

— Тогда пойдем?

— Пойдем, — уверенно кивнула она и первая выскочила наружу, мне оставалось только идти следом.

Я закрыл машину, взял Янку за руку, сжав теплую мягкую ладонь, и повел ее к входу.

Это первый раз, когда мы появились на людях вдвоем. Не знаю как она, а я волновался. Словно девственник, который в первый раз девушку за руку взял. Даже смешно.

— О, Ершов, идет, — первым, как всегда, загоготал Рыжий. Ничего в этой жизни не меняется, — и Янка.

Все обернулись к нам. Мне то пофиг, а вот она напряглась. Я почувствовал, как дрогнула ее рука.

— Как жизнь?

Мы приветствовали друг друга, поржали, даже немного вспомнили прошлое, и все было нормально, пока все тот же Рыжий громогласно не спросил:

— Я что-то не понял. Ты какого хрена ее за руку держишь?

Все тут же переключились на наши руки.

— Вы что вместе что ли?

Немые взгляды на нас стали еще настойчивее.

— Разве не видно? — снисходительно поинтересовалась Яна и демонстративно встала ко мне ближе.

Моя девочка.

— Видно… просто… ну охренеть вы даете! — Рыжий показал большой палец, — а я в школе не верил, когда Ден говорил, что ты к ней неровно дышишь.

Ну, Сашка еще в школе умом не отличался. Зато смеялся громче всех.

— Прикольно, — встрял один из парней, — это у нас две пары из класса получились. Вы да, Меньшов с Иркой.

Упоминание этих двух кольнуло куда-то в область задницы. Последний раз, когда мы виделись — я бил Денису морду и выкручивал Ирке руки, за то, что они тогда с Янкой сделали.

Сказать по правде, я уже начал жалеть о том, что мы сюда пришли, потому что при упоминании Дениса и Ирки, Белецкая сразу нахохлилась. Ей тогда сильно досталось. Перед нашими ребятами и перед гостями из других школ. Скажем так, это совсем не те воспоминания, которые хотелось воскрешать.

— Хочешь уйти? — склонился к ней и спросил так, чтобы никто не слышал.

— Ни за что.

В этом вся Белецкая. Яйца в кулаке зажала и вперед. Меня всегда восхищала в ней эта черта.

За большим столом, составленным из целой шеренги маленьких, собрался почти весь класс. Сначала все чувствовали себя скованно, а потом ничего, разошлись. Начали вспоминать школьные годы, как чудили, как от учителей огребали, кто с кем целовался и зажимался по углам.

Новость о том, что теперь мы с Янкой, вместе была встречена двояко. Половина офигели, другая половина была уверена, что мы сойдемся, и вообще не удивилась.

Оказывается, в школе многие видели и понимали, больше нас самих.

Мне очень нравилось, что Белка не стала играть в недотрогу и делать вид, что между нами ничего нет. Ее уверенное и твёрдое «да, мы вместе» — просто мед, для моего самолюбия. Хотелось затискать ее прямо здесь и сейчас, но я держался. Потому что стоит только прикоснуться — и все, крышу сорвет. Утащу куда-нибудь в закуток и не отпущу пока кровь в жилах не перестанет кипеть.

В общем, не смотря на все опасения, было здорово.

А потом пришли они. Меньшов и Левина. И место им досталось, как назло, напротив нас.