Там, где не гаснут звезды - Тина Милош

Я скривилась, показывая его неправоту.

— Да, но гастрольный график убийственен.

— За все нужно платить. Закон жизни.

Да. Закон жизни. Только вот по какому закону эта жизнь отбирает мать у ребенка? Раньше времени…

Я смотрела на мужчину и не могла наглядеться. Он рядом, вот он — осталось только руки протянуть.

Чтобы хоть как-то унять дрожь, я все больше и больше налегала на вино, забыв о том, что пьянею даже от нескольких глотков алкоголя. И вскоре меня нехило развезло.

Заметив это, Андрей осторожно помог мне встать и, обнимая одной рукой, вывел меня на свежий воздух. Хорошо… Моя голова потихоньку прояснилась, мысли обрели четкие очертания. И среди мыслей я выделила одну, очень уж странную: Андрей обнимает меня за талию, и кожу, охлажденную легким ветерком, пробивающимся сквозь тонкую ткань платья, согревает его горячая ладонь.

— А ты изменилась, — едва слышно прошептал он.

— Просто повзрослела, — фраза банальная, заезженная мелодрамами, но не потерявшая свою значимость.

— Не только. Знаешь поговорку? Повзрослела, поумнела, погрустнела — обычная лестница из трех ступеней. Это про тебя.

Ух ты! Андрей цитаты из социальных сетей читает? С каких пор?

— Я грустная?

— По сравнению с той Настей, которую я помню — да, ты погрустнела.

И посмотрел на меня как-то… нежно? Как когда-то давно… Нет, не хочу.

— Той Насти больше нет, — отрезала я.

— У тебя есть кто-то в Москве? Ну, с кем ты встречаешься? — надо же, в голосе Андрея слышится неприкрытое волнение.

— Прочти газеты, там все написано.

— Я хочу, чтобы ты сама мне сказала.

— Да, есть, — слова слетели с губ быстрее, чем я поняла, что хочу сказать.

— Любишь его? — это что, допрос? Почему он это спрашивает?

— Да, — врать было неприятно, но для душевного спокойствия пришлось. Не нужно начинать того, что мы не сможем продолжить.

— А он тебя?

— К чему такие вопросы, Андрей? По-моему, ты должен быть счастлив. Я видела твою девушку, вы с ней красивая пара… У вас будут дети, — ловко вывернула я нужную тему.

— Кто? — не сразу понял Андрея. — А, дети … Да, будут…

— Вот видишь. В детях наше счастье, — с горечью в голосе выдала я.

— Счастье… — услышала я ответное эхо Андрея. — Я как тебя увидел у Аньки, сразу все вспомнил… сам не знаю почему.

— Я о тебе тоже иногда вспоминаю. Было… очень много… приятных моментов… — я не могла успокоиться, чувствуя непреодолимую тягу к Андрею, которая, как сейчас понимаю, стала еще сильнее.

— Когда мы твой автобус догоняли…

— Или когда мы Зорро нашли… Помнишь, как он рьяно защищал тебя?

— А как мы по детским билетам в цирк прошли? Ты тогда хотела с тигром сфотографироваться, — смеялся Андрей.

Воспоминания били ключом. Никогда я не забуду то лучшее, наполненное счастливыми мгновениями время. Время, которое уже не вернуть.

— Иногда хочется вернуться назад, — задумчиво произнес Андрей.

— Нужно строить будущее, а не прошлое, — философски изрекла я.

Андрей промолчал, потом убрал свою руку с моей спины.

— Тебя подвести домой? — спросил он, но при одном взгляде на него я поняла, что прогулку можно считать законченной.

— Нет, спасибо. Я на такси.

Андрей засунул руки в карманы брюк, постоял немного и ушел в ресторан, а я решила немного проветриться. Так сказать, немного освежить мысли.

Я вообще любила ходить пешком. Раньше я бродила по улицам с Аней или Андреем, в Москве много гуляю с Лешкой. Пешие прогулки не только оздоравливают, но и приводят в порядок мысли. А сейчас у меня в голове был настоящий хаос. Перед глазами размыто, словно призрак, маячил образ Андрея.

Боль и смятенье по жилам

С кровью текут пополам.

Призраки все еще живы,

Плачут по дальним углам.

Светят глазами в потемках,

Спать по ночам не дают,

Плетью, жестокой и звонкой,

Память наотмашь секут.

Тянут холодные руки

К горлу, мечте и стихам.

Я им на вечные муки

Сердце свое не отдам.

Ведь я покой заслужила,

Горько молясь в тишине.

Призраки все еще живы —

Пляшут на белой стене.

И это не красивая игра слов. Андрей был жив, но где-то далеко, недостижимо. Для меня он был призраком, для которого я писала песни, по которому скучала, который мне снился по ночам. Кто-то может сказать, что за столько лет вдали от любимого человека чувства притупляются. Возможно, так и есть. Поначалу мне было безумно сложно, слезы по ночам не давали уснуть, я чувствовала себя брошенной и одинокой. И это одиночество грызло меня изнутри до того момента, пока в моей жизни не появился маленький человечек, мой сын. Во всем — во внешности, поведении, разговоре — угадывался Андрей. Леша стал для меня самым главным человеком в жизни, и пусть рядом не было его отца, я могу уверенно сказать: «Я славно воспитала Алешку». Но, несмотря на это, даже спустя восемь лет я все равно чувствую одиночество. И я знаю, что так будет всегда. Андрей никогда не будет рядом, а никто другой мне не нужен. Хотя и понимаю, что с его стороны ничего, даже отдаленно похожего на мои чувства нет и никогда не будет.

С каждым днем я все сильней и сильней привязывалась к Андрею. Мне с ним было спокойно, я чувствовала себя уверенной рядом с ним. Когда он меня обнимал — мне было тепло, и это чувство я запомнила на всю жизнь.

— Знаешь, Настюх, я тебе так скажу, — заявил мне как-то раз двоюродный брат Паша. — Ты из тех девчонок, которые если влюбятся, то на всю жизнь. Твоя любовь будет сильной и преданной. Повезет же тому, в кого ты влюбишься.

Эти слова оказались пророческими. Как я не старалась, Андрея мне не забыть. Да и как забудешь, когда рядом его фотография бегает и смотрит на меня его чистыми глазами цвета неба? Нет, невозможно стереть из памяти его взгляд, голос, наш первый поцелуй, нашу первую ночь и те последующие ночи, проведенные с ним… Я просто не хочу быть с другим человеком.

Из воспоминаний меня выдернул, к удивлению, Степа Гаев с предложением приехать в гости.

— Мы тут встречу одноклассников решили устроить. Возражения не принимаются. И да, кстати — петь тебя заставлять никто не будет.

Немного подумав, я согласилась. Мне нужно было немного развеяться и перестать думать о прошлом, дабы сконцентрироваться на настоящем.

Да и в компании бывших одноклассников я смогла расслабиться, ненадолго забыв об Андрее. Лена — круглая отличница и красавица, ныне жена Степы и счастливая мама. Костя — шут и баламут, без едких комментариев которого не обходился ни один урок, сейчас владелец строительной компании. Витта — зацикленная на красоте и моде девушка, сейчас — директор школы, в которой мы учились, Денис, брат Ани и неплохой хирург областной больницы, сама Аня… Мы все болтали, предаваясь ностальгии и воспоминаниям. Воспоминания… именно они скоро останутся от меня, и больше ничего. Время стирает в памяти внешность, голос, оставляя размытый образ и впечатление, чувства. Например, встреча одноклассников вызвала во мне трепет преемственности школьных лет и сегодняшнего дня.