Мой Герой - Клара Флэйм

— Слушай, прости за всё это, — он окидывает рукой беседку. — Это всегда так происходит, когда она появляется.

Хиро такой поникший, такой грустный, мне хочется его утешить и показать, что меня это ситуация не напугала. Я залезаю к нему на колени, обхватываю ногами талию и беру в ладони его лицо. Он очень напряжён, челюсть сжата, взгляд в сторону.

— Посмотри на меня, — прошу я. Он смотрит. Его глаза тусклого зелёного цвета. — Ты не никчёмный, не посредственный, не бездарный, — я говорю, как можно четче. — Ты очень красивый, умный, талантливый. Ты ответственный, сильный, добрый и, — я делаю паузу, — сексуальный. И рядом с тобой прекрасные, верные друзья. И твоя жизнь наполнена смыслом, в отличие от некоторых.

И я приникаю к его губам. Нежно и в то же время страстно целую его. Он с готовностью отвечает мне.

— Пойдём отсюда, — он отрывается от моих губ, встаёт и ставит меня на пол.

Мы выходим на широкую аллею и неспешно идём по парку.

— Спрашивай, — тихо говорит Хиро.

— Что? — удивляюсь я.

— Не знаю. То, что тебя интересует. Я прямо вижу над твоей головой мигающий знак вопроса, как у мультяшки, — он улыбается.

— Давно вы расстались? — с опаской спрашиваю я. Мне не очень хочется поднимать эту тему, но хочется расставить все точки.

— Пару лет, — Хиро говорит спокойно, словно чувствует, что мне необходимо раз и навсегда закрыть этот вопрос. — Встречались тоже около двух лет. Я тогда начинал в модельном бизнесе, — он не ждёт моих вопросов. — Кейт всегда была капризной и привыкла получать то, что хочет. Сам не знаю, как у нас закрутилось, но сначала было весело. Ну, знаешь тусовки, вечеринки, мы были безрассудными и отрывались, как могли, — он косится на меня, наблюдая за реакцией.

— А потом? Почему расстались?

— Я просто понял, что хочу большего от жизни. Тусовки надоели, бесполезное занятие. Я стал больше работать. Повзрослел, наверное. Кейт бесилась, ей было скучно, она всё время ревновала. Однажды, она заявилась на съёмку и устроила скандал на ровном месте. Оскорбила всех, кто попался ей на пути. А это был очень важный для меня проект, и она чуть не сорвала его. Эта выходка стала последней каплей, и я поставил точку в этих отношениях.

— Чего она сейчас от тебя хочет?

— Статус, — коротко отвечает он и пожимает плечами.

— Ты её ещё любишь? — вырывается у меня, и я зажмуриваюсь.

Хиро замирает. Он встает передо мной, берет меня за подбородок и приподнимает моё лицо. Глядя мне в глаза, отвечает:

— Это глупый вопрос, но я отвечу. Нет, я её не люблю. И понял, что раньше тоже не любил.

Мы идём дальше. На выходе из парка Хиро снова накидывает капюшон на голову. Мы выходим на оживленную улицу, вдоль которой разбросаны всевозможные магазинчики, небольшие рестораны и уличные кафе. Дома здесь высокие, многоэтажные. Кажется, что здесь совсем другой мир, как- будто рядом и в помине нет океана. А сколько здесь людей! Кто-то прогуливается, кто-то сидят в кафе, некоторые даже танцуют под музыку, которая разносится по всей улице. Мне становится не по себе, и я прижимаюсь к Хиро. В этом мы с ним похожи: оба не любим толпу, но у каждого на то свои причины.

Хиро крепче сжимает мою руку и быстро тянет через дорогу. Мы почти бежим и через несколько минут сворачиваем в проулок, здесь намного спокойнее. Он подводит меня к самому высокому зданию. На стеклянной двери Хиро набирает цифры на кодовом замке, и мы входим внутрь.

— Я здесь живу, — поясняет он, хотя я и так уже догадалась. — Привет, Тони, — обращается он к сидящему в холле охраннику и тот с улыбкой отвечает ему тем же.

Лифт доставляет нас на последний, пятнадцатый этаж. На этаже всего две квартиры: 15А и 15В в разных концах коридора. Мы сворачиваем налево к 15В.

— Та тоже моя, — кивает Хиро на 15А — В ней останавливаются родители, когда приезжают.

— Хм. А почему они не могут пожить вместе с тобой? — искренне удивляюсь я.

— Потому что так удобнее всем, — он улыбается и открывает передо мной дверь.

Глава 6

Я вхожу. Передо мной тянется коридор, довольно широкий, но не слишком. У двери, на одной из стен висит огромное зеркало, рядом что-то типа крючков для одежды, у противоположной стены стоит банкетка, а рядом комод. Стены везде светлые, мебель тёмная. Я скидываю свои конверсы к куче остальной обуви на полу. Хиро делает то же самое, но смущённо морщится. Ему неловко за беспорядок. Он бросает ключи на комод, там уже лежат чёрная кепка и тёмные очки, потом снимает свою толстовку и вешает её на крючок.

— Проходи, — слегка подталкивает меня вперёд.

По левой стене расположились три двери. Справа стена обрывается и открывается огромная гостиная и кухня. Зону кухни от зоны гостиной отделяет обеденный стол. Кухня хоть и небольшая, но здесь есть всё необходимое, только, похоже, этим не особенно пользуются. На противоположной стене от кухни висит огромный телевизор, напротив него большой графитовый диван. Перед диваном стоит стеклянный журнальный столик, а слева от него, спинкой к окну, одно вместительное кресло. На полу везде тёмно-коричневый паркет. Обстановка простая, но стильная.

Я подхожу к окну, скрытому плотным дымчатым тюлем, оно от пола до потолка, оказывается за ним небольшой балкон. Хиро подходит и сдвигает в сторону створку, мы вместе выходим. Перед нами парк, а за ним видно и океан. Мне кажется, я даже вижу наш дом. Балкон открытый и ветер сразу подхватывает пряди выбившиеся из собранных в хвост волос. Хоть здесь высокий поручень, я подрагиваю и хватаюсь за Хиро.

— Я боюсь высоты, — голос дрожит. Он обнимает меня сзади. — Но здесь красиво.

Мы заходим обратно. Одна из трёх дверей, прямо напротив балкона, приоткрыта.

— Это моя спальня, — Хиро следит за моим взглядом. — Следующая дверь ведёт в ванную, а дальше гостевая комната.

— Мне здесь нравится, — говорю я совершенно искренне, и Хиро радостно улыбается.

— Хочешь что-нибудь выпить? — он идёт к холодильнику. Я снимаю толстовку и оставляю её на диване.

— Есть пиво, кола и сок, — он разглядывает содержимое холодильника, а я его. Он поворачивается, когда не слышит от меня ответа.

Я иду в его сторону, а он меня ощупывает взглядом, сняв свободную толстовку, и оказываюсь перед ним в обтягивающих джинсах и майке. Он закусывает губу и закрывает холодильник.

— Я не хочу пить, — произношу, подойдя поближе. Он молчит, но