Искусство бегать на каблуках - Рэйчел Гибсон

Лекси намылила волосы шампунем и вымыла все тело. Было так хорошо смыть последние капли макияжа и мусса, которые остались от предыдущего дня. Телевизор продолжал работать без звука, вода капала с волос, желудок забурчал, напоминая, как мало она ела в последние двадцать четыре часа. Лекси не относилась к тем девушкам, которые заказывали салат и никогда его не съедали.

Как и мать, она любила готовить и поддерживала в тонусе свои ягодицы и бедра регулярными упражнениями. Уголки губ Лекси опустились, когда она посмотрела на пончики и эль, лежавшие на кровати. Она или потеряет сознание от голода, или сойдет с ума. А может, все вместе. Джимми сказал что-то о закусочной, и мысль о вафлях с голубикой и кленовым сиропом заставила ее почувствовать себя еще более слабой от голода. Бекон и яйца, и кофе. Настоящий кофе. А не слабая бурда из баночки в номере отеля.

Лекси перевела взгляд от пончиков к экрану телевизора. Может, пока она была в душе, страна потеряла к ней интерес. Может, она могла бы выбраться из своего номера и наесться вафлями с беконом. Может, ей уже не нужно прятаться в седьмом номере.

На экране появилось вступление к четвертому часу шоу «Сегодня», пока камера показывала крупным планом Ходу и Кэти Ли, сидевших за стеклянным столом. Под именами ведущих в нижней трети экрана бегущая строка гласила: “И где же невеста из «Давай поженимся!»?”

— Добро пожаловать, — начала Кэти Ли. — Это розыгрыш в пятницу, и мы даем телезрителям шанс выиграть путешествие в Канкун.

— Чтобы принять участие, — добавила Хода, — позвоните по номеру, указанному внизу, и дайте нам знать, если вы где-то видели Лекси Ковальски.

А может, и нет.

ГЛАВА 5

Любовь с первого взгляда заслуживает того, чтобы приглядеться еще разок

— Не работает.

Лекси Ковальски подпрыгнула, как будто кто-то уколол ее булавкой, и из-под козырька нелепой шляпы посмотрела на Шона глазами глубокого голубого цвета.

— Что?

— Если ты пытаешься смешаться с местными, это не работает.

Не когда ее волосы торчат соломой из-под шляпы, которая выглядит так, будто сквозь голову Лекси плывет рыба.

— С чего ты взял, что я пытаюсь смешаться? — Она подняла чашку кофе и подула на него.

И не когда, несмотря на волосы и рыбу, она выглядит достаточно хорошо, чтобы разложить ее на столе и съесть.

— Я разговаривал с Джимми перед его отлетом. — Шон занял стул напротив Лекси в «Вафельном домике». — И слышал, что людям не терпится найти тебя.

В доме своей матери, прямо перед тем как сбежать от ее непрекращающихся жалоб на здоровье, он также видел, как весь состав «Точки зрения» говорит о Лекси.

Когда мимо прошла пара туристов в парках и резиновых рыболовных сапогах, Лекси наклонила голову и подняла руку, будто поправляя шляпу.

— На кону каникулы в Канкуне от Ходы и Кейти Ли. — Прикрывая лицо рукой, она спросила: — Ты собираешься меня сдать?

— Нет.

— Спасибо. — Лекси перекинула волосы через плечо и выдохнула, будто почувствовала облегчение от его ответа.

— Я был в Канкуне много раз. — Шон опустил глаза, когда локон скользнул обратно через плечо Лекси и остался лежать на рыбе, нарисованной на футболке. Скульптура «Дух Сэндспита» была гордостью общины и первым, что туристы видели, когда приземлялись в аэропорту, но растянутый на большой груди Лекси лосось походил скорее на кита. — Это не самое мое любимое место отдыха.

Подошла официантка, и Шон замолчал, пока та ставила тарелку с вафлями и беконом и бутылочку с сиропом.

— Принести тебе что-нибудь, Шон? — спросила она.

На официантке была флисовая безрукавка поверх красной водолазки и немного криво сидевшие очки, сквозь которые она смотрела на Шона. Тот был уверен, что официантка — подруга его матери, но не мог вспомнить ее имени. Было уже за полдень, так что он заказал «Молсон», чтобы облегчить пульсацию в голове, и взглядом скользнул к бейджику официантки.

— Спасибо, Луиза.

— Не за что. — Она посмотрела на верхушку «рыбной» шляпы Лекси. — Могу я принести вам что-то еще?

— Кофе, пожалуйста.

Шон продолжил беседу, глядя, как Луиза уходит.

— Вот если бы кто-нибудь предложил путешествие на Косумель… — Его взгляд вернулся к Лекси. — Это был бы совсем другой разговор. Мне бы пришлось сдать тебя ради шанса провести каникулы на Косумеле.

— Серьезно?

Нет.

— Ага. В южной части острова есть маленький бар, в котором подают самое холодное пиво, заводят лучшее регги и поощряют женщин ходить топлесс.

Уголки ее полных поцелуй-меня-детка губ неодобрительно опустились, пока длинные пальцы с короткими бледно-розовыми ногтями открывали сироп.

— Крутяк.

— И это слышишь от женщины, которая гонялась за свиньями на национальном телевидении.

— И победила. — Она накапала сиропа в глубокие квадратики на вафлях. — И должна добавить, не сильно при этом испачкалась.

Шон откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, обтянутой серой рубашкой «Хенли».

— Я не знал про грязь. Шоу я не смотрел.

Лекси поставила кувшинчик на стол и взглянула на Шона.

— Тогда как ты узнал про свиней?

— Увидел в рекламе.

Она положила бумажную салфетку на колени и взяла вилку и нож. Один кусочек вафли, и Лекси вздохнула: глаза прикрыты, уголки губ приподняты, как будто она была в раю.

— М-м-м. Как хорошо.

Или испытывала оргазм. Проклятье.

Лекси сглотнула и открыла глаза.

— Ты не смотрел шоу?

— Нет, — ответил Шон, когда официантка поставила его пиво на стол.

— Как у твоей мамы дела с этой ее диффузной поджелудочной?

Шон просто улыбнулся, как делал всегда, и посмотрел в лицо женщине, возможно, постаревшей раньше времени из-за жесткого пропитанного солью воздуха.

— Лучше.

— Она, наверное, испытывает ужасную боль.

— Уверен, она полностью поправится.

Как и всегда.

— В прошлый раз я видела ее на… — Луиза замолчала, задумавшись. — Боже, вероятно, это было на ярмарке в октябре. Она упоминала, что может переехать в Штаты с тобой.

И именно поэтому Шон в Сэндспите. Удостовериться, что мать не переедет.

— Она просто не переносит зимы. Бедняжка. — Луиза чуть прищурилась, как будто пыталась понять, почему женщина, которая ест, как дровосек, кажется знакомой. — Она совершенно точно гордится тобой.

Шон наблюдал, как Луиза наблюдает за Лекси, верхняя часть лица которой была скрыта от взглядов полями «рыбной» шляпы.

— Я скажу маме, что вы спрашивали про нее.

— Хорошо. — Луиза нахмурилась и повернулась, чтобы уйти. — Приятного