Двойная ошибка миллиардера - Тала Тоцка

Я отвечаю. Обвиваю загорелую шею и плавлюсь от того, какая она у него теплая и пахнущая.

— Я тебя больше не выпущу, — говорит он мне в губы, и я безостановочно улыбаюсь.

Слышу приглушенное мяуканье, оборачиваюсь и не могу удержаться от смеха. Артем закрыл Марселя в доме, тот вскарабкался на подоконник и теперь, как может, старается привлечь внимание.

— Артем, мне нужно домой, — говорю, отодвигаясь, — я сейчас заберу Марселя и поеду обратно.

Он на секунду задумывается, потом снова притягивает меня к себе и говорит на ухо:

— Не поедешь.

Миг, и я оказываюсь у него на руках. Артем идет по дорожке, сворачивает за дом. Чувствую себя пушинкой, так легко он меня держит.

— Куда ты меня несешь? — спрашиваю мужчину, но он не отвечает. — Что ты задумал?..

Едва успеваю договорить, как он разгоняется и прыгает в бассейн со мной на руках.

* * *

Я все еще делаю вид, что сердита. Завернулась в полотенце и закрылась в комнате.

Артем показал мне флигель, в котором он живет, я пошла туда переодеться в его спортивный костюм, закрылась и не выхожу.

Он сначала просил прощения, теперь подсылает Марселя. Сам прячется, а его к окну подносит. Котенок царапает стекло и мяукает, и у меня сдает выдержка.

— Перестань мучить животное, — говорю строго.

— Тогда выходи, — Артем сажает котенка себе на плечо, и я втайне радуюсь за австралийских пожарных.

Парни даже не подозревают, как им повезло, что Артему не пришло в голову выпустить календарь. Их календари бы тогда точно никто не покупал.

Быстрым взглядом окидываю комнату. Ничего лишнего. Кровать, тумбочка и шкаф, стандартный набор. Типовое жилье для персонала.

Странно то, что в комнате нет его вещей. Одежду для меня Артем принес из гаража, пока я звонила бабушке. Сказала ей, что случайно поскользнулась и упала в бассейн, поэтому остаюсь ночевать в доме Янкиного дяди.

Об Артеме снова не стала говорить. Просто, чтобы она не волновалась. С ее сосудами и сердцем осталось только услышать, что я ночую в доме наедине с мужчиной. Тут или сердечный приступ или гипертонический криз, без вариантов. Она и так распереживалась, что я заболею.

Пускай думает, что я одна в доме. А я там даже не была, хоть ключ у меня с собой. Я ту же сумку схватила, когда сюда ехала.

Не знаю, почему, но я не опасаюсь Артема, хотя мы совсем мало знакомы. В нем есть что-то такое, что вселяет уверенность. И доверие.

— Аля, мы ждем, — стучит в стекло Артем, придерживая котенка.

Выхожу и забираю Марселя. Держу обеими ладонями и трусь об него щекой.

— Привет, мой сладкий!

Он мягкий и пушистый, но я бы его тоже искупала.

— Все, ты больше не обижаешься? — меня вместе с котом обнимают мускулистые руки, и я думаю, что втроем на календаре мы бы смотрелись вполне достойно.

— Ты меня чуть не утопил. Я очень испугалась.

— Стой, разве ты... — Артем морщит лоб, а затем нахмуривается. — Ты правда не умеешь плавать?

— Нет, — мотаю головой.

— Хочешь, научу? Давай поплаваем, Аля, такой душный вечер. Я и так собирался, но как раз нашелся твой кот.

Смотрю в глаза, которые пронзают меня как лазер. И понимаю, что Артем имеет в виду совсем другое. Он хочет не плавать. Но я благодарна, что он настолько тактичен.

Главное, я чувствую, что он ничего не сделает без моего согласия. А у меня внутри все дрожит от предвкушения.

Мне понравилось целоваться с Артемом. Это совсем новые, незнакомые ощущения, будто в другое измерение проваливаешься. И я бессовестно солгу сама себе, если не признаюсь, что жду, когда он меня снова поцелует.

* * *

Купальник нахожу в сумке. Я не помнила, выкладывала его или нет, поэтому загадала: если он там, я иду с Артемом плавать. Если нет, закрываюсь в комнате с котенком и ложусь спать. Ну подумаешь, что на улице еще светло.

Но видимо я вчера была так расстроена пропажей Марселя, что про купальник совсем забыла.

Быстро переодеваюсь и заплетаю волосы в косу. Закрепляю ее на затылке и иду к Артему. Тот уже плавает в бассейне у бортика — Марсель бегает рядом.

— Он решил, что я тону, и пытается меня вытащить, — кричит мне Артем, и я за смехом прячу смущение. Он окидывает меня таким жадным взглядом, что я даже теряюсь.

Вода приятно холодит, сегодня вечер в самом деле слишком душный. Сначала чувствую себя скованно, но Артем показывает, как надо держаться на воде, и я пробую, держась за его руку.

Сначала все выглядит достаточно непринужденно, мы оба шутим и смеемся. Котенок спит на полотенце, свернувшись клубком.

Но по мере того, как сгущаются сумерки, между нами появляется напряжение. Как будто воздух тяжелеет и накаляется.

Взгляды, которые бросает на меня Артем, тоже тяжелеют. Он больше не улыбается, в его движениях чувствуется рвущийся наружу огонь.

Сейчас он напоминает действующий вулкан — еще немного, и горячая лава хлынет потоком, сжигая все на своем пути. И меня тоже. Осталось совсем немного, чтобы сработал пусковой механизм.

И он срабатывает.

Я поворачиваюсь к Артему, но не успеваю ничего сказать. Он рывком притягивает меня к себе за плечи и впивается в рот, а я издаю глухой стон.

Это что-то феерическое. Так меня еще никто никогда не целовал. И чем глубже поцелуй, тем сильнее чувство, будто я погружаюсь под воду.

В ушах шумит, в глазах темно. Хватаюсь за мощную шею и пробую прервать поцелуй.

Слишком остро. Слишком горячо.

Слишком опасно...

— Артем, — шепчу, пытаясь высвободить губы, — я хочу пить.

Он с трудом отрывается от меня, и пока до него доходит смысл, проходит некоторое время.

— Хорошо. Сейчас, — его глаза кажутся совершенно темными, — только никуда не уходи.

Он направляется к дому, а я глубоко дышу, чтобы восстановить дыхание. И не могу оторвать глаз от Артема. Только почему он идет в дом своих хозяев, а не к себе во флигель?

Внезапно бассейн вспыхивает разноцветными огнями, и я вздрагиваю от неожиданности. Вот зачем он ходил в дом — включить подсветку!

Артем возвращается с двумя высокими бокалами, наполненными льдом и оранжевым напитком.

— Это коктейль?

— Нет, сок.