Море, море, не губи… - Лия Блэр

Оба балансировали на грани. Сгорали. Оттягивали момент кульминации, наслаждаясь прелюдией. Познавали друг друга в мельчайших деталях. Егорова с небывалым наслаждением доставляла удовольствие Эдику губами, буквально высасывая из него все соки с характерным звуком, чем распаляла еще больше.

Поза “валетом” приносила новые краски, стирала стыд, выставляя на первый план истинные желания. Эдик рассматривал ее, целовал, исследовал каждую складку.

Когда напряжение достигло апогея, а Катя дрожала и вскрикивала лишь от теплого дыхания рядом с центром сосредоточения ее наслаждения, Эдик поднялся, поставил ее на четвереньки и вошел сзади. Застонав, она сжимала в кулаках простыни, прогибалась в спине как дикая кошка, а он зарычал как изголодавшийся зверь, стискивая девичьи бедра до синяков.

— Эдик.. — повторяла она как мантру, впадая в адский транс. — Эдик…

— Красавица моя… Катя… — сквозь стиснутые зубы вторил ей красавчик, совершая жесткие, резкие, уверенные толчки бедрами. — Давай, девочка…

Энергия каждой клетки скатилась вниз живота Егоровой, собралась в клубок и взорвалась ярким фейерверком, рассыпая искры перед глазами. В промежности запульсировало, разгоняя эйфорию по всему организму, высвобождая напряжение и заряжая новыми эмоциями.

— Да, солнышко… Черт, как же сильно ты меня сжимаешь, — с хриплым стоном выдохнул Эдик и кончил ей на поясницу. — Ма-а-амба…сказочная…

Он целовал ее вдоль позвоночника, поглаживая рукой по животу. Катя улыбалась, лишенная силы проявить ответную ласку.

— Есть хочу… И пить, — просипела она, улыбаясь.

— Я бы тебя съел. Еще раз пять. Подряд, — усмехнулся Эдик и слегка укусил ее за плечо.

— Вас на лайнере виагрой кормят на ужин? — хихикнула Катя, почесав нос об простынь.

— Ты мой афродизиак, мамба, — он бегло целовал ее плечи.

Она зашевелилась, выбралась из теплых рук и направилась в ванную, провокационно поглядывая на красавчика.

— Доиграешься… — сверкнул томным взглядом Эдик, окидывая ее нагое тело с макушки до пяток и обратно. Облизнулся хищно, сощурив глаза.

— Ой, как стра-а-ашно, — она приложила ладонь ко рту, изображая испуг.

Эдик хмыкнул и моментально подорвался с кровати, настигая пищащую Егорову в дверях душа.

— Попалась, змея…

Внес ее в кабинку, держа за талию, включил воду, отрегулировал и только тогда отпустил, прижав спиной с кафельной стене. Глядел горячим взглядом, красноречивее слов говоря о своих желаниях.

— Мне тебя мало… — прошептала Катя, приподнимаясь на носочки и целуя его в губы.

Глава 24

Собираться на обед — завтрак они протрахали, понятно дело, — Егоровой было непривычно, когда рядом постоянно мелькала шикарная фигура Эдика. И ладно бы просто мелькала, но нет! Он постоянно норовил ее зажать у каждой поверхности: целовал до головокружения, и, как следствие, она оказывалась очередной раз без нижнего белья.

— Эдик, дай мне одеться, — смеялась в его руках Катя, но обнимала крепко за шею и отвечала на ласки. — Иначе я пойду голая.

— Все, — поднял ладони вверх красавчик. — Жду, но не одобряю.

… В кафе Егорова спускалась на трясущихся ногах. Такого секс-марафона у нее ни разу в жизни не было. Мужчина успел поиметь ее в душе, на столе, в кресле…

“В душе было круто… — кивнула сама себе Катя, а потом подумала и мысленно добавила: — И на столе… Ой, да везде! Чертов буржуй!”

Только она хотела опустить пятую точку на пластиковый стул. Так сказать, подготовиться к обходу съестного, как Эдик потянул ее дальше.

— А как же?.. — открыла она рот.

— Идем ко мне. Все принесут в номер, — перебил он и улыбнулся ослепительной открытой улыбкой.

— Ты меня в живых хоть оставишь? — Катя поправила подол сарафана, который задрался, зацепившись за стоящий на пути стул.

— Не сомневайся, мамба. Утром в планах прогулка на яхте.

— Как мило. Видимо, я буду так печально выглядеть, что пляж не лучшее место.

— Печально?! — резко остановился Эдик и она врезалась в его спину. — А вот это было обидно. Тебя ждет наказание.

Пригрозил и потащил ее дальше, как пещерный человек. Егорова выдернула руку из захвата и стала как вкопанная.

— Еще не накормил ни разу, не обещал звезду с неба, не рассказал сказку про мою охренительную красоту, спагетти на уши не навесил, а уже наказание? Ну, нет, буржуй! Сексуальный бойкот!

Он подошел к ней вплотную, игнорируя заинтересованные взгляды со стороны.

— Хорошо подумала?

— Не… уверена, — прошептала Егорова, поражаясь, как быстро он заставляет откликаться ее тело.

“ Ой, и душу тоже, че уж там!” — призналась себе Катя.

Склонившись, Эдик прошептал у самого уха, запуская по ее телу мурашки:

— Невыносимая, но моя…

Снова сплел их пальцы и повел за собой дальше. Егорова улыбалась дебильной улыбкой, спотыкаясь на ровном месте. Потому что в душе чертова весна и подснежники, а ещё конфетти… И ванильные розовые единороги прыгали по карамельным облакам.

“Успокойся, мамба, — хмыкнула она мысленно. — А то от приторности задница слипнется.”

Номер у Эдика оказался на самом верхнем этаже. Огромный. Три комнаты размером со стадион. Утрировано, конечно, но от зависти Катька бы и не такое сравнение привела. Дорогая резная мебель, ковер ручной работы, кровать для десятерых. Имелся даже кабинет! Богатеи, блин!

Еду действительно привезли в номер, на красиво сервированном столике. Даже розочку воткнуть в вазу не забыли. Ай да, буржуй…

Глава 25

Если в их отеле фруктами не слишком баловали, то тут изобилие. Даже арбуз от косточек очистили и порезали на удобные кусочки. Мужчина не спрашивал ее о предпочтениях, когда делал заказ, и теперь Катя наблюдала рябчиков, будь они неладны, черную икру и еще ряд странных деликатесов, названия которых не знала. Однако, заставил урчать желудок сочный стейк. От его запаха Егорова дурела, захлебываясь слюной.

Придвинув к себе тарелку, Катя взяла в руки приборы, отрезала кусок и положила в рот. Прикрыла глаза и застонала от удовольствия. Гастрономический оргазм в полном проявлении.

— Впервые вижу мужика, который себе морепродукты взял, — решила поумничать Егорова.

— Они были для тебя, вообще-то, — усмехнулся Эдик, расправляясь с салатом.

— Что за стереотипы, — фыркнула она, поддевая спаржу.

— Кто-то просил рябчиков, — улыбался красавчик, делая два бутерброда с икрой. Предусмотрительные работники ресторана кусочки хлеба маслом уже намазали.

— Как